Форс-мажор - Алексей Калугин

– Что вы сделали с телефонами, заявленными как пропавшие?

– В тот же день я выкинул их в утилизатор.

– Карточка экспресс-оплаты?

– Вот она… Секундочку…

Грибанину потребовалось две с половиной минуты на то, чтобы выбраться из кресла, достать из кармана помятый кожаный бумажник и отыскать в нем среди множества других пластиковых карточек ту, что требовалась.

– Вот.

Он протянул мне темно-синий пластиковый прямоугольник с двумя желтыми кругами; в первый вписан знак «минус», во второй – буква «Т».

– Почему вы ее не уничтожили? – с подозрением посмотрел я на клиента.

– Думал, вдруг еще пригодится. А потом… Просто забыл.

Подцепив ногтем, я отодрал от карточки магнитную полоску, под которой оказалась другая, на пару миллиметров уже. Кинув обе полоски в пепельницу, я чиркну зажигалкой.

– Вы хотите их сжечь? – спросил Грибанин.

– Да, – я поднес огонь к пластику.

– Почему?

– Так будет правильно.

Магнитные ленты с кодами банковских вкладов и самопальной программой-вирусом съежились и превратились в бесформенный комок.

– Что дальше?

– Дома я подключил оставшийся телефон, – толстяк снова расплылся по креслу, – тот, что вы разбили, – к элноту, позвонил Марте и сказал, что все готово. Мы договорились, что, как только с ее файлов будет снята защита, она мне перезвонит…

Грибанин умолк. Как будто задумался о чем-то.

– И что?

– И – ничего. Я ждал до полуночи – Марта не звонила. Тогда я сам позвонил ей, но автоответчик сказал, что она занята. У меня появилось недоброе предчувствие. Я решил, что приятель Марты обманул нас – вместо программы подсунул самую обыкновенную карточку экспресс-оплаты. А утром в «Новостях» я услышал о том, что сразу с несколькими банковскими счетами «Минус-Ти» были проведены некие незаконные операции, в результате чего пропало более десяти миллионов евро. В тот момент я ничего не заподозрил, только подивился такому совпадению – накануне я был в центральном офисе «Минус-Ти», а сегодня у них свистнули целую кучу денег. Я снова попытался дозвониться до Марты и вновь нарвался на злосчастный автоответчик, после чего отправился на работу. Пока я ехал в такси… Я всегда езжу на работу в такси, поскольку в метро, сами понимаете, мне не совсем удобно… В такси я включил мобильник, чтобы более подробно просмотреть утренние новости. Мне не давала покоя информация о взломе банковских счетов «Минус-Ти» – я боялся, что именно с этим происшествием связано то, что мне никак не удается дозвониться Марте. Подборка сообщений об ограблении века, как его уже успели окрестить журналисты, имелась на каждой информационной ленте. Я прочитал, что программа-вирус, с помощью которой с банковских счетов компании оказались сняты деньги, была введена в закрытую систему «Минус-Ти» с одного из элнотов центрального офиса, расположенного на Тверской улице. Было даже установлено точное время, когда вредоносная программа проникла в систему, и сейчас шла проверка всех операций, совершавшихся в тот момент в центральном офисе. Время было примерно то же, когда я там находился. В бумажнике у меня сохранился чек оплаты, и я достал его, чтобы уточнить время. В первый момент я глазам не поверил – время, когда я произвел оплату и когда в систему «Минус-Ти» была запущена программа-вирус, очистившая банковские счета компании, совпадало до секунды! Вы можете себе такое представить?

Грибанин смотрел на меня так, будто я в самом деле готов был усомниться в справедливости его слов.

– Чек все еще у вас? – спросил я.

– Да.

Грибанин снова начал вылезать из кресла, намереваясь достать из кармана бумажник.

– Оставьте, – махнул я рукой.

– Зачем? – удивился клиент.

– Может быть, еще пригодится.

– Вы разве не хотите его сжечь?

– Нет.

– Ну ладно… – Грибанин, казалось, был разочарован моим решением. Но спорить не стал. – Я начал читать статью эксперта-криминалиста, который утверждал, что у преступника, запустившего программу-вирус в сеть «Минус-Ти», непременно должен быть сообщник внутри фирмы. Он объяснял это тем, что, если бы злоумышленники попытались загнать готовую программу в закрытую сеть фирмы, она непременно была бы опознана и уничтожена антивирусными фильтрами. Следовательно, утверждал криминалист, программа была разбита на множество мелких фрагментов, каждый из которых свободно прошел через все антивирусные фильтры, а затем уже эти кусочки были собраны вместе. Сделать это мог лишь тот, кто имел доступ к закрытой сети фирмы. Статья показалась мне любопытной. Я мало что понимаю в компьютерах, но с точки зрения здравого смысла все должно быть именно так, как предполагал эксперт. От статьи меня оторвал телефонный звонок. Звонила Марта.

«Ты где?» – спросила она, не поздоровавшись.

Что, надо сказать, было совершенно на нее не похоже.

Да и выглядела она взволнованно.

«Еду на работу», – ответил я.

«На работу тебе нельзя», – сказала Марта так, будто я был болен гриппом, поэтому она не разрешала мне подняться с постели.

«Почему?» – удивился я.

«Потому что тебя обвиняют в краже десяти миллионов».

Вы, наверное, удивитесь, но я сразу понял, о каких миллионах идет речь.

«При чем тут я?»

«Это ты следователям объяснять будешь, если явишься на работу. Кража произошла именно в тот момент…»

«Это совпадение».

Марта недобро прищурилась.

«Тогда, может быть, ты расскажешь следователям, зачем именно ты приходил в офис „Минус-Ти“?»

«Наш план сработал?»

«Сработает, если ты не дашь себя схватить!»

«Что мне делать? Я же не могу удариться в бега!»

«Эй, уважаемый, – оглянулся на меня шофер. – Тебя в „Криминале“ показывают».

Я перегнулся через спинку переднего сиденья…

А я попытался представить себе, как это выглядело.

– …Под приборной доской со стороны шофера был пристроен маленький телемонитор. И на его экране действительно висело будто приклеенное мое лицо.

«Что говорят?» – спросил я сдавленным полушепотом.

«Говорят, что тебя разыскивает милиция, – искоса глянул на меня шофер. – А еще говорят, что за тебя награда объявлена».

«Большая?»

«Я из-за тебя прослушал», – обиженно стукнул пальцами по рулю шофер.

«Двойная оплата», – предложил я.

«Нормаль», – кивнул шофер.

Я упал на заднее сиденье и прижал к уху телефон.

«Меня разыскивает милиция».

«Знаю».