Отягощенные злом. Разновидности зла - Александр Афанасьев

Несмотря на то что он был мусульманином, «монгол» и не думал отождествлять себя с людьми, живущими в этом городе. В этом городе достаточно было мерзости, лжи и харама, чтобы содрогнулось даже каменное сердце… как можно, например, быть правоверным и торговать детьми? Разве в Коране написано, что такое разрешено? А почему местные, считающие себя правоверными, не восстанут против негодяев, выращивающих коноплю и опиумный мак… разве не сказано, что правоверным запрещено все одурманивающее? Как они смеют говорить, что этот дурман – тоже средство ведения джихада[75], разве такой джихад разрешен? И о каком джихаде вообще идет речь, если в Афганистане правоверные убивают правоверных… разве же это джихад?

Он увидел британскую бронированную машину с пулеметами на ней… она выехала и остановилась, пулеметы смотрели не точно на него, но в его сторону, и это было плохо, потому что он не знал, какой квалификации пулеметчик, наблюдает он или просто тупо смотрит вперед. Он насторожился, потому что офицер, выдвинувший вперед пулеметную машину к окончанию намаза, – человек осторожный, а значит, и опасный. Но он продолжал лежать, как камень под палящим солнцем, и ждать – не своего часа, а своей секунды. Даже доли секунды…

И дождался.

Сначала по улице промчались две машины, лимузин и машина сопровождения. Затем у ворот началось что-то вроде свалки… не в смысле драки, а в смысле хаотического перемещения. Он видел британских солдат – хоть те были в меньшинстве, но похоже, что контролировали ситуацию у ворот. Затем он увидел, как из ворот выбежали трое – один с автоматом и двое с носилками, – и понял, что те, кто охотился на первую цель, сделали свое дело… Шейх тяжело ранен, возможно, смертельно. Умрет он или нет… решать только Аллаху, но это особого значения не имеет, Шейх – побочная цель, а вот ему нужна основная.

Она здесь появится, рано или поздно – критическая ситуация, не может не появиться. Если уже не здесь…

Салам аль-Ареф – по крайней мере, это единственная его фамилия, известная разведке. Возраст неизвестен, от тридцати до сорока, место рождения – Каир. Полиция, спецотдел, борьба с исламским экстремизмом, а затем аль-Ареф и сам стал исламским экстремистом. Точнее даже не так – британским инструктором и представителем в радикальных исламских организациях.

Аскет, отличный стрелок, неплохой организатор. Лицо скорее семитское, нежели чисто арабское – курчавые волосы и пухлые губы. Один из немногих людей в тердвижении, который имеет реальный опыт оперативной работы. Прямая связь с Хасаном – через университет Аль-Азхар в Каире, который он и курировал. Именно он – фокусник англичан, позволяющий им добывать из цилиндра то одного, то другого предводителя джихада…

Вот носилки несут…

Аль-Ареф ошибается только в одном – он самоуверен. Именно поэтому с каирских времен он не считает нужным маскироваться и носить бороду, как все: он чисто выбрит и лысоват. Лучшего опознания там, где борода или хотя бы усы являются признаком мужественности, и не придумаешь…

А вот и он…

Серая безрукавка, широкие местные штаны…

Он…

Разведкой Пешаварской стрелковой бригады – скаутами[76], в настоящее время командовал полковник, баронет Стюарт Маннингэм-Буллер. Типичный англичанин – высокий, рыжий, с веснушками и серыми, холодными глазами, – его отличал итонский выговор и довольно мерзкая привычка ломиться напролом, сбивая с ног людей, – и то и другое он приобрел в команде итонского университета по рэгби. Он не носил винтовки, за исключением случаев, когда отправлялся в зону боевых действий, но всегда носил сразу три пистолета, все три марки «глок», только разных моделей. Еще он был осторожным человеком – ровно до тех пор, пока не приходила пора становиться человеком храбрым…

Баронет Стюарт Маннингэм-Буллер был из САС, Специальной авиадесантной службы. До того момента, пока на трон не взошел Его Величество Эдуард Девятый, взаимоотношения между САС и всеми другими подразделениями характеризовались так: САС забирал в свои ряды лучших, а регулярные формировании армии Его Величества отвечали на это ненавистью. Самые лучшие два раза в год приезжали в графство Герефордшир, чтобы попробовать себя на прочность, и примерно три процента после всех отборочных испытаний становились членами этого элитного братства под названием «Специальная авиадесантная служба». Точно так же вели набор в двадцать первый полк САС и двадцать третий территориальный, чья штаб-квартира находилась в Абботабаде, совсем недалеко от Пешавара. Понятное дело, что как молодежь стремилась доказать и себе самой, и всем остальным, что она достойна проходить службу в самом элитном, самом засекреченном, больше всего участвующем в реальных боевых действиях подразделении ВС Великобритании, так и командование полков было крайне раздражено паломничеством в Герефордшир. Так было уже шестьдесят с лишним лет, и только Эдуард Девятый, сам в в Афганистане служивший бок о бок с опытнейшими бойцами САС, все изменил.

Предельный возраст для бойца САС – сорок лет, после сорока ни один боец не имеет право оставаться в подразделении, если только он не соглашается на штабную или вспомогательную работу. Кто-то уходит на пенсию по выслуге лет – тем более что в спецподразделениях выслуга течет то год за полтора, то год за три, если участвуют в боевых действиях, – она к сорока годам у всех выслужена, даже с лихвой. Кто-то уходит на повышение – так, например, капитан Питер де ла Бильер, ставший легендой еще в шестидесятые, стал фельдмаршалом, сэром Питером де ла Бильером, начальником Генерального штаба и членом Палаты лордов. Но в целом такое бывает редко, после САС многие либо уходят на гражданку и там тихо спиваются, либо становятся наемниками и испытывают удачу до тех пор, пока она все-таки не отвернется от них, либо уходят в Дет – четырнадцатое разведуправление, специальную службу для борьбы с ирландским терроризмом и сепаратизмом, которые склонные к ярким и образным сравнениям англичане называли просто «траблы», troubles. Его Величество Король Эдуард Девятый решил, что бойцы САС слишком ценный товар, чтобы так ими разбрасываться.