Кольцо - Вячеслав Кумин

– Здравствуй, Червонец.

– Приветствую, уважаемый, – отозвался наемник в куртке-косухе с меховым воротом, сразу же выдающей в нем пилота.

Червонец имел свою эскадрилью из двенадцати машин на собственном носителе – переделанной самоходной барже. Раньше он занимался пиратством, и вместе с другими разбойниками налетал на караваны купцов и лайнеры с богатыми пассажирами, которых абордажные команды брали в заложники для выкупа.

Но скопив на разбое достаточно средств, он решил остепениться или просто решил отойти от дел, когда за пиратов всерьез взялись спецслужбы и космическая полиция, переквалифицировался в благопристойного охранника и теперь сам оберегал купцов от все еще шалящих на космических трассах разбойников.

Впрочем, ходили слухи, что Червонец по-прежнему не прочь подработать разбоем, если за это хорошо заплатят, что и собирался проверить Джамах. Впрочем, в последнем он не сомневался.

– Давно не пересекались.

– Давненько, – согласился Джамах.

– Работа? – перешел к делу Червонец.

– Да есть.

– Сопроводить груз?

– Н-нет.

– Ага… – выдохнул Червонец, и в этом слове Джамах прочел десятки разных интонаций – от недоверия, дескать, не проверяют ли его на вшивость, а если нет, то стоит ли рисковать положением, до чуть ли не детской радости, что снова придется заняться делом юности.

– Конкретнее, – попросил Червонец после долгой паузы.

– Немного пострелять. Тут недалеко.

– То, что недалеко, это плохо. Засветимся. Но что за цель?

– Небольшая стройка возле Фраттдрола.

– Ага. Я недавно проходил мимо, когда сопровождал одного купчика, – кивнул Червонец. – Что там строят?

– Без понятия, – пожал плечами Джамал. Он действительно не знал, что это такое. – А тебе не все равно?

– Да в принципе так. Но там помимо стройки я еще разглядел какую-то строительную баржу. Ее тоже расколупать?

– Не нужно. Лишние жертвы нам ни к чему. Там ведь строители…

– Ну да, – согласился Червонец. – Лишние жертвы – это плохо. Как там с оборонительной инфраструктурой?

– Ее просто нет. Это только стройка. Вы разделаетесь с ней за пять минут. Один налет твоих орлов, и все готово.

– Хорошо. Как насчет оплаты?

– А сколько ты хочешь?

– Как обычно, – улыбнулся Червонец, – возмещение издержек, потерь, если таковые будут, и миллион в качестве гонорара.

Червонец назвал явно запредельную сумму, но начинать с чего-то нужно. Он знал, что торговаться с нанимателями подобного рода всегда трудно, но нужно, иначе и гроша ломаного не вытянешь, а то и себе в убыток сработаешь.

– Сто тысяч.

– Ладно. Девятьсот.

– Четыреста пятьдесят. Это же голая конструкция, Червонец. И это последнее слово.

– Ладно… Четыреста пятьдесят так четыреста пятьдесят. Срок выполнения?

– Чем скорее, тем лучше.

– Хмм… вам повезло. Я смогу раздолбать ее уже сегодня.

Джамал даже немного опешил. Видя это, Червонец пояснил:

– Через три часа отправляюсь в очередной рейд, буду сопровождать очередного купца. Пройду как раз недалеко от Фраттдрола. Небольшой крюк, несколько залпов, и все дела.

– Это замечательно! Признаюсь, я даже не рассчитывал на такую скорость исполнения.

– Ну что же… как только деньги капнут на счет, я выполню свою часть сделки.

– Деньги появятся через полчаса.

– Жду…

Червонец отключился, а Джамах с удовлетворением потер руки. Пятьдесят тысяч никогда не помешают. Он получил подтверждение на перевод денег от Ассаха и совершил операцию.

Вспомнив, что у плана есть и вторая часть, Джамах вызвал своего десятника Хосе. Ему он бросил стопку фотографий с сопроводительной информацией об адресах, кто чем занимается и тому подобное, и пояснил:

– Этих людей нужно взять к завтрашнему вечеру без шума и пыли, как ты это умеешь. Проследите за ними. Уточните их планы и все такое. Ну не мне тебя учить.

– Да, тысячник, – кивнул десятник, но остался стоять на месте.

– Чего еще?

– К чему эта тягомотина, тысячник? Не лучше ли взять их прямо сейчас?

Джамах тоже об этом подумал, но вспомнив, какие деньги стоят на кону, произнес:

– Не лучше. Нужно все сделать чисто, чтобы ничто не сорвалось, и одновременно.

– Ясно…

– Тогда иди. Сегодня к десяти план операции должен лежать у меня.

– Слушаюсь.