Блокпост - Владимир Колычев

– Не понял! – крикнул он, распахивая дверь.

В комнате не было как минимум половины стены. Граната попала в широкий пролом в ней, пролетела какое-то расстояние в пустоте горизонтальной шахты и взорвалась, наткнувшись на препятствие.

Препятствием для нее оказался выложенный кирпичом потолок. Ход тянулся далеко, но под малым уклоном вниз. Если бы не спуск, граната могла пролететь метров пятьдесят, прежде чем врезалась бы в стену, в которую упиралась шахта.

Ход оказался довольно широким. И мы могли следовать по нему в два ряда. Я слева, Якут с пулеметом справа, Гуцул – замыкающий. Под ногами какая-то слизь и кирпичная крошка, стены сырые, заплесневелые. После взрыва здесь остро пахло тротиловой смесью, дым застилал окуляры ночных очков.

Если бы не эта шахта, мы бы уже настигли Марицу. Она скрылась здесь, но мы все равно найдем ее. Вот-вот появится она в объективе универсального прицела.

Мы вышли к стене, в которую упирался подземный ход, но Марица так и не встретилась у нас на пути. Зато мы обнаружили ответвление шахты, которое под прямым углом уводило нас влево, вдоль дальней стены.

Проход немного сузился, но снижение продолжалось под меньшим, почти незаметным уклоном. Через арочный проход мы вышли в более широкую и высокую шахту, вдоль стены которой тянулись трубы и какие-то кабели. Под ногами захлюпала вонючая жижа, с потолка закапала вода.

– Похоже на канализационный коллектор, – тихо сказал Гуцул.

– Да, но почему он тянется вдоль берега? – спросил Якут.

– А по-твоему, канализация должно сливаться в озеро? Темнота!

– Ну, не в озеро… – пожал плечами Якут. – Но слишком сложная система для маленького поселка… А ты, командир, что думаешь?

– Не знаю… Может, к психушке выйдем. Или к мукомольному заводу.

– Точно, а я смотрю, что это мне напоминает!.. Мы же к мельнице по такому коллектору вышли… Да тут и правда целая система!

– Потому злоформеры здесь и устроились, – заключил я.

Эти твари неплохо чувствовали себя и на солнечном свету, но, насколько я понимал, им больше по нраву сырые подземелья. Потому и обосновались они в «Пещере», которая к тому же имела выход в коллекторную систему.

– Вряд ли мы найдем Марицу, – выразил опасение Гуцул.

– Может, повернем назад? – спросил Якут. – Здесь же целый лабиринт…

– Ну, не лабиринт, – качнул головой я. – Но заблудиться можно.

– И заблудиться. И пропасть.

Марицу мы упустили, и это следовало признать. Она знает это подземелье как свои пять пальцев. Она у себя дома, а мы для нее, мягко говоря, нежеланные гости. Тем более она вовсе не безобидна…

– Уходим! – решил я.

Но не тут-то было. Земля вдруг качнулась под ногами, стены задрожали, а спустя мгновение позади с грохотом обвалился потолок. Клубы пыли хлынули в нашу сторону, и я шарахнулся от них так, будто из них могли вылететь камни.

– Сначала шторм, теперь землетрясение.

Земля больше не качалась под ногами, стены не вибрировали, и только у Гуцула дрожал голос.

– И куда мы теперь пойдем? – невесело спросил Якут.

– А куда нас ведут, туда мы и пойдем…

– Куда нас ведут, там и встретят… К лечебнице надо идти, – рассудил Гуцул.

У меня же почему-то перед глазами всплыл силуэт утонувшего в ночи мукомольного завода, зомби, которые кружили вокруг него… Да, там наша группа впервые пролила гнилую кровь ходячих мертвецов… Возможно, неспроста…

Я почувствовал, что эта мысль оформляется в четкую догадку, и поспешил отрешиться от нее… Не думать. Надо идти, ни о чем не думая… Вперед, просто вперед… Но, по возможности, хорошо бы выйти к мукомольному заводу. Если, конечно, эта коллекторная система выходит на него…

Чем дальше мы уходили от завала, тем глубже наши ноги погружались в чавкающую жижу, и вода с потолка вскоре стала стекать струйками. Одежда намокла, а шум льющейся воды действовал на нервы. Все это жутко раздражало меня, и я вдруг ощутил, что теряю контроль над собой. Но, вспомнив о способностях Марицы, я постарался взять себя в руки. Может, она только и ждет, когда я дам слабину…

Мы погрузились в зловонную жижу по колено, но все-таки продвигались на юго-восток, где, по нашим предположениям, должна находиться психиатрическая лечебница, а дальше и мукомольный завод…

Завод, завод… Не нужен он мне… Не нужен!.. Спокойней, Джером, спокойней…

Под ногами не чавкало уже, а булькало, и вода с потолка стекала звучно. Поэтому я не сразу понял, что это за шумный всплеск раздался за моей спиной. А когда обернулся, было уже поздно.

На Гуцула напал косорог. Эта мерзость выпрыгнула из нечистот, с ходу атаковав бойца. Монстр сбил его с ног, свалил в жижу, навалившись на него всей своей массой. Но еще страшней было то, что из смрадного месива поднимались другие косороги, не столь расторопные, как их сородич. Они тянули к нам свои руки, щетинились штыками рогов, но все же они находились на приличном расстоянии. А Якут уже развернул к ним свой пулемет.

Я не видел, как тяжелые пули рвали их мерзкую холодную плоть. Инстинкт самосохранения развернул меня обратно, в сторону, куда мы шли. Ведь монстры могли появиться и с этого направления. И они появились.

В зловонной жиже косороги чувствовали себя, как свиньи в грязной луже. Одна проблема, из-за малой глубины им приходилось лежать в ней, а не сидеть. Поэтому и не смогли они подняться так быстро, как им это было нужно. Отсюда и легкая заминка, которой воспользовался сначала Якут, а затем и я. Одному монстру я раздробил голову, другому разворотил живот. Третьего просто не было. А ведь появись он, я мог бы и не успеть перенести огонь на него…

Я добил второго монстра выстрелом в голову и обернулся к Якуту, который рубил своим кортиком лежавшего на Гуцуле косорога.

Он убил мутанта, оторвал его от Гуцула, но тот, увы, был уже мертв. Косорог высосал из него все, что можно.

– Твари! – зло, сквозь зубы, процедил Якут.

– Что будем делать? – спросил я, когда он немного успокоился.

– Марицу искать. Я должен заглянуть в ее сучьи глаза. Должен сказать, как я ее ненавижу… За всех спросим, командир. За всех!..

– Тогда вперед.

Мы шли долго, все глубже погружаясь в зловонную жижу, из которой в любой момент могли выплеснуться косороги.

Жижа доходила нам до груди, когда из глубины шахты послышался приближающийся шум, сотни крыльев хлопали вразнобой. А потом я увидел темную, надвигающуюся массу, заполнившую собой все свободное пространство.

– Ныряем! – крикнул я.

И мы с Якутом погрузились в смрадную жижу, оставив на поверхности только оружие. Я почувствовал, как мне в руку стукнулось что-то живое, прохладное на ощупь и, главное, крылатое. Второй удар, третий, четвертый…