Адская практика [= Дело о неприкаянной душе] - Сергей Садов

Ненашев испуганно отшатнулся, но тут же взял себя в руки.

— Вы… вы… — но под яростным взглядом художника сник. — Наверное, на вашем месте я тоже не смог бы доверять такому отцу…

— Убедите меня, что я не прав. Заставьте меня поверить в вас.

— Хм, не слишком ли часто мы в последнее время употребляем слово «вера»? — задумчиво поинтересовался отец Федор. — И ведь в точку. Вам, Виктор Николаевич, придется очень потрудиться, чтобы вернуть доверие людей… Ладно, я побегу. Надо кое-что уточнить. Постарайтесь без нужды не покидать дом и не светиться у соседей. Я завтра утром приду.

Дальше уже можно было не слушать. Ясно, что ничего важного не будет. Я дал знак Альене, и она прервала контакт.

— Что теперь? — поинтересовалась она.

Я задумчиво побарабанил пальцами по стволу дерева.

— Этот священник слишком умен, — пробормотал я себе под нос.

— С каких это пор ум считается преступлением? — едко осведомилась Альена.

— Не считается. Но беда в том, что он раскусил мои намеки. А значит, будет сомневаться в том, что они правдивы. Среди людей о чертях ходит уж слишком дурная слава.

— Удивительно.

— А ты не ехидничай, — вяло огрызнулся я. — Лучше скажи, что делать?

— А как насчет рассказать правду?

— Смеешься?! Хотя… — Я крепко задумался. — Такой вариант мне в голову не приходил.

— Конечно, где уж тебе могло прийти в голову рассказать все честно. Честность — это слово вообще не из твоего репертуара.

— Ну это ты напрасно. Иногда можно обмануть и честностью.

— Хватит! Лучше объясни, что задумал?

— Сама же сказала. Все расскажем честно.

— Ты уверен?

Я вздохнул и подумал. Понравилось. Еще раз подумал. Так, шуточки, шуточки. А это значит, что ни в чем я не уверен. Но делать что-то надо. Ведь раскусил меня священник. Точно раскусил. Только никак не может понять, зачем я ему все это выложил. Значит, будет сомневаться. Проверять и перепроверять. А это потеря времени. Более того, он может мне совсем не поверить. Тогда ой…

— Боюсь, что выбора у нас нет, — вздохнул я.

— А почему боишься?! — сразу взвилась Альена. Блин, ну что она к словам-то цепляется! Сейчас я в чем не прав? Правда, Альена тут же мне все объяснила: — Ты не боишься только тогда, когда управляешь людьми напрямую, да? Когда они пляшут под твою дуду!

— Ну… прямо так бы я не сказал…

— Именно так! Вот что, Эзергиль, учись доверять людям!

— Людям?

— Людям!

— Фиг. А вот священнику я, пожалуй, доверюсь.

— А он что, не людь? Или доверишься, потому что священник?

— Вот уж нет! Еще чего, попам доверять. Я доверюсь ему потому, что он умен. А это единственный критерий, который может заставить меня кого-то уважать.

Альена фыркнула и отвернулась. Кажется, она обиделась. Хм, интересно, и что я такого обидного сказал?

— Пошли, что ли, — как-то бесцветно отозвалась она.

Так, похоже, она действительно обиделась… и тут до меня дошло. Мать, мать, мать… я же неоднократно дразнил ее троечницей!!! Вот она и приняла последние мои слова на свой счет! Раз троечница, то не умна, а значит, я ее не уважаю! О, матка бозка… тьфу, тьфу, совсем с катушек из-за этой девчонки съехал! Уже молитвы начал читать! Но ведь я же ее совсем не имел в виду! Уж кем-кем, но дурой я Альену никогда не назову. Может, лентяйка, да, слегка безалаберная, но не дура. Извиниться, что ли? Только хуже будет. С другой стороны, значит, мое мнение о ней для нее важно. О! Классно! Я мигом воспрянул духом.

— Альена, ты умница!!! — прокричал я чуть ли не на весь парк, кидаясь к ней, и, опершись на ее плечо, подпрыгнул в воздух так высоко, как смог.

— Ты!!! Сумасшедший!!! Кретин!!! Болван!!! — Девчонка, не удержавшись на ногах, рухнула на землю и теперь старательно меня обругивала. Я же только хохотал в ответ. В конце концов Альена выдохлась и подозрительно уставилась на меня. — А ты, часом, не заболел? — поинтересовалась она.

— Заболел, — со смехом признался я. В конце концов все люди признают любовь болезнью. И угораздило же меня полюбить ангела! Ужас! — Еще как заболел! Но лечиться не хочу.

Альена выразительно покрутила пальцем у виска и зашагала к выходу из парка. Я поплелся за ней, мысленно представляя, какая Альена будет, когда получит крылья. Зрелище получилось сногсшибательное. Я оглядел себя с ног до головы и вздохнул. Даже с хвостом я не буду красавцем. Зато умен. Умен, этого не отнять. А уж скромный…

Успокоенный этими мыслями, я зашагал уверенней, гордо подняв голову. Вперед! Если в одной команде действуют ангел и черт, то кто против нас? Кто?! Вы?!!..