Ричард Длинные Руки - ярл - Гай Юлий Орловский

– Уже не колдун, – заверил я. – Да и Рено де Три, как погляжу, не такой уж и великий.

Я нажал на рукоять, острие меча, пронзив горло, почти отделило голову. Колдун прожег меня ненавидящим взглядом, однако из рассеченной трахеи с шумом хлещет красный воздух, из перерубленных артерий тугой струей бьет кровь, глаза потускнели и застыли, а тело пару раз дернулось и вытянулось.

Я вытер лезвие меча об одежду колдуна, Мартин неверяще смотрел, как я аккуратно вложил меч в ножны.

– Господи!.. А я собирался ставить охрану снаружи!

– Во всяком случае, – ответил я, – ты не ошибся в главном.

Он еще раз посмотрел на кинжал в руке убитого, перевел взгляд на меня.

– Не понимаю… почему не колдовством? Во всяком случае, нам повезло, что я оказался здесь. В моем слове пока еще никто не усомнился, и если я расскажу все как было, никто не посмеет вас в чем-то обвинить.

– Надеюсь, – пробормотал я. – Вижу, ночка тоже будет еще та… Но, знаешь ли, а надо ли рассказывать?

Он внимательно посмотрел на меня.

– Вы что-то придумали?

– Нет, но тот, кто послал этого гада, не станет поднимать шума. Пусть у нас идет обычная жизнь: пиры, танцы, лямурные игры, а под ковром привычная борьба спецслужб и засекреченных структур.

Он минуту смотрел на меня, вдруг зябко передернул плечами.

– Привычная? Ох, сэр Ричард… я даже боюсь заглянуть в те адские бездны, из которых вы пришли!

Не слуги, а двое доверенных воинов Мартина убрали труп, неумело замыли кровавое пятно. Я запер за ними дверь, Пес собрался уже было лечь у порога, но посмотрел на меня, вздохнул. Несмотря на то что он не просто пес, а Пес, в чем-то все же пес. Поспать любит, как любой зверь. Это только кровожадный человек спит треть суток, все нормальные звери спят две трети, а то и три четверти, даже львы спят сутки напролет, просыпаясь только для короткой охоты и обеда.

– Ты угадал, – сообщил я ему. – Но все равно спи. Здесь, на пороге. Охраняй, никого не впускай. А я малость пройдусь, что-то неладно в Датском королевстве…

Мартин сметлив, сразу обратил внимание, что колдуну проще бы воздействовать на меня магией, однако зачем-то явился с кинжалом. Но не стану же объяснять направо и налево, что я восприимчив только к магии своего мира: слушал, развесив уши, всяких там экспертов, аналитиков и организаторов предвыборных кампаний. Здесь же колдуны еще днем попытались если не поставить меня под контроль, это с любым непросто, то хотя бы как-то воздействовать. Получился пшик, вот и попытались воспользоваться проверенной комбинацией из колдовства и кинжала. Неплохая связка, надо признаться, но, к счастью, первым предупредил Пес, а потом я и сам увидел термозрением фигуру человека в якобы плотной колонне. Да и комнату свою уже достаточно хорошо знаю, ну не было там колонны, не настолько уж я упился.

Я щелкнул пальцами, взглядом отмерив расстояние в два метра. Вспыхнул багровый свет, красный демон появился строго на отмеренном расстоянии.

– Ну что, парень, – сказал я, – давай все-таки работать?

Демон все так же тупо смотрит перед собой, только едва заметно колышется вверх-вниз. То ли так дышит, то ли мускулы борются с гравитацией, но всегда вот эта поза, всегда полное безразличие к этому миру, словно и не видит вовсе. Возможно, и не видит, а откликается только на зашифрованные сигналы или на кодовые. Все, что мне удалось, это переподчинить, но и тогда, теперь понимаю, вовсе не благодаря моей удивительной догадливости, а просто структура моего мозга более близка к тем, кто создавал вот такое.

Пес пару мгновений изучал демона придирчивым взором, но угрозы не ощутил, опустил голову на лапы и, устав дожидаться моего ухода, захрапел. Демон покачивается, абсолютно индифферентный к окружающему миру. Когда-то, когда еще не потерял надежды быстро установить с ним контакт, я пробовал вызывать его так, чтобы оказывался то на скользком полу, то на ковре, то на раскаленной поверхности печи, однако он одинаково комфортно чувствует себя и на песке, и на льду, и на жаровне.

Несколько раз, находясь в одиночестве, я вызывал в лесу, оставлял на некоторое время, надеясь на какую-то реакцию. Звери и птицы замечали, шарахались с криком, но сам он их как будто не видел или абсолютно не обращал внимания. Однако когда я поместил на оживленной муравьиной тропе, ни один муравей не попытался взобраться по его ноге, что странно – эти любопытные существа всегда тщательно обследуют все, что появляется в их владениях. Однако бегут все так же, аккуратно огибая его ступни, не доходя до них всего миллиметр. Ни один не коснулся даже усиком, я лег на землю, проверяя и всматриваясь, из-за чего на меня самого наползло с полсотни этих любопытных, что сразу начали деловито прикидывать, как тащить эту гору мяса в муравейник, придется ли расширять вход или же проще расчленить на мелкие кусочки.

Увы, пока что для меня этот красный демон, что золотое кольцо с бриллиантом для модницы: прямой пользы никакой, однако есть косвенная – уважение, завистливые взгляды, даже некоторая опаска, что человек с таким бриллиантом достаточно влиятелен, чтобы причинить неприятности, так что надо с ним быть поласковее.

Блеснуло, демон исчез, выждав положенное время. Видимо, есть в нем такой предохранитель на случай ложного вызова. Я вздохнул, отворил дверь и вышел. Я буду мало чем отличаться от здешней челяди, если не сумею воспользоваться даже тем, что имею.

В большой зале придворные короля веселятся от души, вино льется рекой, везде песни, пляски, звучит музыка. Я поискал глазами Патрика, но менестреля не видно, у короля свои музыканты, и, надо признать, более профессиональные, а Патрик все-таки любитель. Что-то не видно и графа Франсуа, этот поклялся, что добьется у короля, дабы тот не церемонился с вольностями провинциальных лордов, графы они или герцоги, никто не смеет перечить воле Его Величества. Если король возжелал отдать замуж чью-то дочь, никто не смеет перечить священной воле Его Величества!

Да-да, сказал я про себя. Все так, но это пока касается чужих дочерей. А вот если коснулось бы твоей…

Широко улыбаясь, я подошел, очень вежливо поздоровался с вельможами. Наступило холодное и ошарашенное молчание, никто не ожидал, что я приду в самое опасное для меня место, где каждый горит жаждой сразиться со мной, а я сказал громко, перехватывая инициативу:

– Приветствую всех, доблестные лорды!.. Я рад, что никто из вас не видел еще Красного Демона…

В настороженной, как стрела арбалета, тишине кто-то спросил неуверенно:

– Что…

– Красного Демона? – подсказал я.

– Да. Что за такое?

Я улыбнулся шире, развел руками, словно обнимая всех разом.

– В этом замке живет страшный демон… Некоторые говорят, что он вообще не живет, а просто является иногда из ада вот в такие дни после обильного ливня с грозой и молниями. Он вообще-то не опасен, если правильно себя вести, даже забавен, но кто поступит неверно…