За что не берутся даже джинны - Татьяна Андрианова

Мы постучали сильнее. Затем еще сильнее. Потом дубасили руками, ногами — с тем же результатом. Либо брат нашей эльфийки безнадежно глух от рождения, либо его попросту нет в комнате. Второе более вероятно.

Немного посовещавшись, мы решили подождать принца в его покоях. Ведь он наверняка решит переодеться перед праздником. Оставался вопрос, как проникнуть внутрь. Лисса предложила воспользоваться магией и даже долго плела какое-то сложное зубодробильное заклинание, я же попыталась было примериться к замку на предмет вскрытия шпилькой. Хотя самой шпильки у меня не было, но это уже другой вопрос, который отпал сам собой, как только ручка повернулась и дверь открылась. Все-таки странный народ эти эльфы. Созвали полный дворец незнакомого народу, а двери не запирают. Так ведь и ограбить могут.

— Ничего себе! — удивилась Лисса, и ее уже почти сформировавшееся заклятие соскользнуло с пальцев, ударило в зеркало, отразилось от него и жахнуло в камин.

Бабахнуло так, что кирпичи в камине весело подпрыгнули, столб пламени взметнулся вверх. По счастью, огонь не вырвался на свободу, а просто мгновенно закоптил белый мрамор облицовки. Признаться, черный камин выглядел даже оригинальнее. Сама же комната совсем не походила на мужскую в моем понимании. И дело не в отсутствии разбросанных носков или вещей, раскиданных по всем стульям. Обычно жилище мужчин устроено более просто, что ли. А эту комнату хоть сейчас фотографируй — и в журнал по интерьерам, с подписью «Будуар прекрасной дамы».

Стены обиты синим в серебряную полоску атласом. На окне занавески из белой органзы. Тяжелые бархатные ночные шторы отдернуты и закреплены серебряным витым шнуром с кистями. Над закопченным стараниями Лиссы камином висела картина с изображением пары борзых, на другой стене — с изображением серебристого единорога, купающегося в горном озере. При ближайшем рассмотрении оба изображения оказались вышивкой крестом. Я обалдела от неожиданности. Это ж надо было столько стежков сделать, чтобы такая вот красота получилась! На полу лежал ковер с вытканными единорогами и девицами, укрощающими этих самых единорогов. Посередине комнаты стояла гигантских размеров кровать, на которой вполне мог выспаться великан вместе со своей супругой-великаншей и парой ребятишек.

Пока я таращилась на всю эту красотищу, как крепостная крестьянка на барские хоромы, Лисса по-хозяйски прошлась по комнате, нырнула в какую-то дверь… и оттуда раздался ее пронзительный визг. Я ворвалась внутрь с подсвечником наперевес, готовая дать отпор любому, но внутри не было никого, кроме охотницы и самой огромной ванны, которую мне доводилось видеть.

— Представляешь, у них тут даже горячую воду подают прямо из крана. И не надо ее таскать в кувшинах. Наверное, здесь бьют какие-то горячие источники, эльфы просто проложили трубу и пользуются потихоньку. Я читала об этом. Короче, чур, я первая.

— Это еще почему? — возмутилась я произволу подруги.

— Потому что я первая нашла.

— Но ванна большая. Мы вместе поместимся.

— Конечно, поместимся, — радостно кивнула она. — Только если принц вернется, лучше будет, если его встретит кто-то одетый, иначе он может нас неправильно понять.

И не поспоришь. Пара обнаженных девиц в горячей воде удивит кого угодно. Тяжело вздохнув, я покинула ванную под довольное мурлыканье Лиссы и звук льющейся воды. Везет же некоторым. Надеюсь, брат нашей эльфийки появится нескоро и даст двум усталым путницам время отмокнуть в ароматной пене.

От нечего делать пришлось разглядывать интерьер. Интересно, каково это — жить в таком великолепии? Помню, как в детстве посещала Эрмитаж, но даже тогда мне и в голову не приходило, что можно запросто проживать в подобном месте, а не бывать здесь с экскурсией. Тут скрипнула дверь. В тишине этот звук прозвучал, как выстрел из стартового пистолета при забеге на стометровку. Не знаю, что меня заставило так поступить, но я вдруг оказалась под кроватью, судорожно сжимая в руке серебряный подсвечник, и затаилась, как преступница, застигнутая на месте преступления полицейским нарядом.

Вошедший оказался мужчиной. Поступь его была практически бесшумна. То ли из-за длинного ворса ковра, то ли он просто привык передвигаться именно так, но его присутствие выдавали сапоги, которые я прекрасно разглядела из-под кровати. Осознавая всю нелепость ситуации, я уже хотела покинуть свое убежище и объясниться с принцем (а кто еще мог так запросто зайти в эту комнату без стука?), когда раздался звук, словно кто-то пытается повернуть ключ в замке… и тут же под кроватью оказался совершенно незнакомый эльф. Инстинктивно я попыталась вытолкнуть наглеца обратно, но незнакомец проявил чудеса изворотливости. Несмотря на многочисленные пинки и тычки, он умудрился не только подползти вплотную, но и закрыть ладонью мой рот, задушив в зародыше все попытки выразить негодование. Я как раз успела запустить в наглую руку зубы, когда дверь наконец распахнулась и в комнату вошли двое.

Судя по мелодичной речи, это эльф и эльфийка. Пара явно увлечена друг другом. Только этого нам не хватало для полного счастья. И так ситуация как в старом анекдоте. Прямо не знаю, что лучше предпринять: вылезти и поздороваться, глядя на шокированные лица вошедших, или остаться и стать свидетелями процесса любви этой пары. А если судить по звукам, именно этот процесс и грозит состояться.

Незнакомец все же убрал руку от моего рта. Я не могла разобрать точно все оттенки эмоций на его породистом лице, но думаю, выражение было многообещающее.

Тем временем парочка, нежно воркуя и страстно целуясь, грохнулась на кровать. Матрас угрожающе прогнулся, нас начало ощутимо плющить на полу. Вот эльфы жмоты! Такие хоромы отгрохали, стены атласом затянули, даже водопровод провели, а кровать нормальную купить не могут. Инстинкт самосохранения требовал покинуть сомнительное укрытие в надежде, что увлекшаяся друг другом парочка меня не заметит, и я тихо по-пластунски выползу за дверь. Но эльф не разделял моего энтузиазма и мертвой хваткой бультерьера вцепился пальцами в мои щиколотки. «А ведь точно синяки останутся, — затосковала я. — Как я с такими ногами танцевать-то буду?» Я брыкалась, пытаясь высвободиться из цепких лап агрессора, и даже ухватилась за ворс ковра. Но эльф был сильнее и резко втянул меня обратно вместе с клочками шерсти буквально за секунду до того, как с кровати на пол спустились изящные женские ножки. От удивления я моргнула и перестала сопротивляться. Эльф тут же воспользовался заминкой и плотно прижал меня к себе, явно не доверяя моему внезапному приступу благоразумия. Это он зря. Я же не самоубийца.

Тем временем дама нежно проворковала что-то своему кавалеру и удалилась явно в сторону ванной комнаты. Я застыла от ужаса, автоматически вцепившись в руки, державшие меня за талию. Клянусь, даже волосы на голове встали дыбом. Эльф хмыкнул, но возражать не стал. Пока я пыталась решить, что мне следует предпринять: мчаться на помощь с подсвечником наперевес, закатить истерику или молиться, чтобы Господь явил чудо и Лиссу не заметили, раздался истошный визг, затем очередной «бумз!», дверь в ванную комнату сорвалась с петель и с грохотом рухнула на пол. Даже ковер не смог совсем заглушить звук ее падения. Похоже, что-что, а двери эльфы делали на совесть, судя по тяжести створки. Эльфийка выскочила из ванной со скоростью метеора. Саму леди я, разумеется, не могла разглядеть, но маленькие ножки в изящных туфельках из переливчатого голубого атласа очень торопились, иначе почему они целых три раза запнулись и два раза запутались в подоле платья, заставив нас с эльфом напрячься в ожидании разоблачения? Ведь стоило леди упасть, она бы наверняка обнаружила парочку, затаившуюся под кроватью.