Особый случай - Екатерина Васина

– Хорошо. Эту новость держите в секрете, – выдавил я. Самоконтроль трещал по швам. Казалось, еще немного, и взорвусь. С трудом отдал последние указания: – За нее и ребенка отвечаете головой. Дайте свои рекомендации и проводите в покои. Я покину вас, меня ждут безотлагательные дела.

Вылетел от целителя, ничего не видя перед собой. Скорее, скорее… Только бы сдержаться. Игнорируя всех, кто пытался привлечь мое внимание, я добрался до конюшни и оседлал Мрака, своего скакуна.

Краем глаза увидел Саара, который хотел последовать за мной, и приказал:

– Оставь меня. Никакой охраны!

Взлетел на коня, пуская того с места в галоп. Как можно дальше удалиться от дворца!

Как в бреду, я миновал город и свернул с дороги в поле. От меня расходился лед. Лежащий на земле снег взметнулся до небес, отгораживая своего хозяина ото всех.

– А-а-а-а!!! – закричал я во все горло, выплескивая горечь поражения и разъедающую до костей боль от несбывшихся надежд на счастье.

Следующие дни слились в один. Я пытался с головой уйти в дела, благо за время моего отсутствия их накопилось много. Но, заседая с советниками, выслушивая доклады о положении дел, не мог отделаться от мыслей об Арлисе.

Специально старался не видеться с ней, избегал. И не мог решиться на встречу, не определив для себя, как нам дальше быть. Подготовку к свадьбе никто не прекращал, и я не находил сил отдать приказ об отмене, с подчеркнутым вниманием выслушивая, что уже сделано и что осталось.

Я не мог ее отпустить. Не мог. Но ее беременность перечеркнула наше будущее. Взять ее в жены и признать ребенка своим? Ни за что! Не смогу воспитывать чужого. Но для всех она моя невеста, и скоро об ее беременности станет известно. Отослать в удаленное поместье и дать родить, а потом отдать дитя на воспитание? Она на это не согласится.

Мне нужно как-то отреагировать на ее беременность. О нашей свадьбе уже объявлено. Фактически она мне изменила, и это спускать нельзя, но и наказать ее я не мог. Тогда ссылка? При любом раскладе я ее терял. И находиться беременной при дворе она не может.

Я судорожно искал выход и не находил. Самому становилось страшно от своих мыслей. Хотелось уничтожить еще в утробе это дитя, стереть его, пока окружающим не видны признаки беременности, – вот так, одним махом решить возникшую проблему. Но я вспоминал счастливое лицо Арлисы, ее ладони на животе и понимал, что не смогу. Не смогу причинить ей боль.

От бессилия и невозможности что-либо изменить я неистовствовал, отыгрываясь на приближенных. Не спускал ни малейшей провинности, лишая чинов и привилегий. Занимался перестановкой, снимая с должностей. Мне уже боялись попадаться на глаза.

Окружающие искали причины моего плохого настроения и уже шептались о моем охлаждении к невесте. Слугам известно, что с момента нашего возвращения я больше не навещал ее. Наверное, к лучшему. Пусть считают, что размолвка стала причиной разрыва отношений.

Нужно позаботиться о ее будущем. По-хорошему, следует выдать замуж, чтобы ребенок родился в браке. Я все еще ее опекун и могу дать хорошее приданое. Подходящего родовитого жениха, готового признать чужого ребенка, найти не проблема, но вот как заставить Арлису подчиниться и быть благоразумной? Она скорее согласится жить в глуши и одна воспитывать ребенка, чем выйти замуж за незнакомца.

А вот с пиратом она хотела остаться. Только я не мог позволить ей вести жизнь, полную опасностей. Несмотря ни на что, любил ее и должен был позаботиться о благополучии своей девочки. И поэтому думал, думал, ища решение.

Когда мне донесли, что границы нарушил неопознанный корабль, который не удалось задержать и против которого все боевые заклинания оказались бесполезны, я уже знал, что дальше делать.