Немира. Колесо судьбы - Катя Зазовка

Когда река и небо поменялись местами, кряжистый палец коснулся слез Макоши. Ледяная вода обожгла сморщенную плоть, но Юга руки не одернула, наслаждаясь этим странным противостоянием. Да и Великая богиня просто так не убьет, попугает – и будет. А ведьма нет-нет да и станет сильнее. Пущай через боль, пущай через муку. Ведь только страдания и закаляют.

Когда кисть занемела, а пальцы перестали слушаться, Юга повернула послушного «скакуна» в лагерь. Покружив над пятью головами, что на разном уровне, но с одинаковым выражением ужаса «красовались» на кольях, Дубина опустился наземь. Ведьма слезла и еще раз глянула на отрубленные головы. Дольше всего взгляд задержался на том, что еще недавно прочно сидел на узких плечиках да лелеял надежду о достойной награде, что дозволила б к семье возвернуться и подобно князьям зажить. Старуха нахмурилась – говорила ведь, упреждала! Малец бестолковый! На выцветшие от прожитого очи набежала слезинка. Старуха утерла ее пальцем и отправила в рот – нече жалость расходовать. Все ж получил юнец награду: из всех подельников ему и вправду перепал знатнейший куш – самая длинная и прочная палка из всех. Да уж, умеет Лисица слово держать…

Старуха невольно сжала свое горло и еще раз обвела головы внимательным взглядом – эх, столько силы зазря перевел. Лучше б ей дозволил обновиться – все ж молодая она куда прытче. Наказал… Ну да ничего, заманят новых сторонников, тогда она и избавится от морщин. А покуда…

– Эй, Дубина, пойдем-ка. Самое время твоей лю́бой силенок поднабраться.

Здоровенный детина заскулил и, зажав яремную вену, кинулся наутек.

– Вечно бежит! – посетовала старуха, ощупывая взглядом бушующую растительность, сомкнувшую ветви за гигантом. – Вернись подобру-поздорову. Сам ведаешь, только хуже будет. И дольше, коли разозлюсь.

– Юга! – позвал главарь.

Ведьма тут же стерла с лица кровожадность и подобострастно поклонилась.

– А ты уверена, что на этот раз не оплошаешь?

– Как можно, господин? – приняла оскорбленный вид старуха.

Лисица раздул ноздри и молча вернулся к костру.

– Дубину-у-ушка, – протянула Юга, высвобождая острый кинжал из-за пояса и направляясь к трясущимся кустам, где спрятался здоровяк. – Выходи!

* * *

Немиру разбудил громкий стук в дверь и оклик Пульхерии:

– Вставай, соня! Тебя уже спутник дожидается.

– Иду! – прохрипела в ответ подопечная ослабевшими за ночь связками. Резко села, протерла глаза. Чернела лунница, прорезанная в запертых ставнях – солнце еще не взошло. Но напоминание о Войтехе мигом развеяло остатки сна. Немира соскочила с кровати и принялась собираться. Обмылась, причесалась, оделась. Схватив лук, колчан со стрелами да заготовленную с вечера котомку, направилась к двери, но вдруг остановилась. Обернулась. Взгляд скользнул по каменным стенам, по скудному убранству, оконцу. Нет, жалость не всколыхнулась, сердце не ускорило ритма. Келья долгое время была скорее средоточием мучительных дум и переживаний, чем домом, как и весь Лунный храм. И скучать по ним она не станет, разве что по волхвицам да по лесу Макоши.

Дубовая охранительница захлопнулась, но Немира уже не слышала грохота от соприкосновения толстого дерева и камня. Она стремглав неслась по коридору. И лишь у входа в столовую остановилась. Переведя дух, вошла с гордо поднятой головой, едва усмиряя взгляд, что так и норовил зашарить по помещению в поисках Войтеха.

– А ведьмарь где? – поинтересовалась девица, вкладывая в голос побольше безразличия.

– Он уже поел, – пожала плечами Пульхерия. – И ты давай не мешкай. Сама ведаешь, рассвет быстро растворится, а ногай-птицы теперича особливо обозлились.

Немира кивнула и плюхнулась на лавку. После битвы прошло несколько дней, но крылатые твари не только не успокоились, а стали еще опаснее и лютее. Олелько едва до Луннинца добрался. Кабы стрелки города сплоховали – быть и ему разорванным на куски страшными клювами да когтями.

Ой, Олелько!

Девица резко выпрямилась. Как же она уедет, не попрощавшись с ним? Надо бы Войтеха упросить через град пройти. Да и куда их путь лежит, не мешало бы выяснить. Конечно, она втайне холила мысль, что ведьмарь ее себе в помощницы возьмет, но выведать наверняка не помешает. Да и про оберег узнать. Хорошо бы им вообще поговорить. Так все что-то мешает!

– Твои любимые блинчики с мясом.

Громкий стук глиняной тарелки о столешницу отвлек от дум. Рядом стояла румяная улыбающаяся Леля. Хвала богам, она тоже уцелела в страшной схватке. Говорят даже, что в ипостаси волчицы в одиночку ногай-птицу загрызла. Только при этом трех пальцев лишилась. Правда, волхвица не унывала – потеря не мешала молитвам и кухарству, а стало быть, следовало не хулить судьбу за несчастье, а радоваться, что осталась жива.

– Как чудно пахнет! Благодарствую.

– И еще вот малиновое варенье со сметанкой, – Леля пододвинула небольшое блюдце с розовым содержимым. – Говорят, ты уезжаешь?

– Да, – кивнула девица и вдруг почувствовала, как сжалось сердце. Да, по волхвицам она будет скучать, и сильно…

– Послушай, сестра…

Немира оглянулась – в помещение вошли ведьмарь и Ружа. И снова все внутри затрепетало при виде возлюбленного.

– …Покиньте храм хотя бы на время.

– Войтех, мы достаточно сильны, чтобы отстоять себя и свой дом.

– Вспомни, что случилось всего несколько дней тому…

– Сам знаешь, им нужны не мы, они охотятся за… – женщина резко понизила голос.

На Немиру уставилось сразу несколько пар глаз. Девица поерзала, словно лавка вдруг стала жутко неудобной, и продолжила наслаждаться вкуснющими блинчиками. Лишь слух напрягла сильнее.

– Макошь с нами! Как только вы покинете стены храма, они потеряют к нам малейший интерес. А ногай-птиц теперь и дюжина самых сильных ведьм усмирить не сумеет.

– Ружа…

– Все, Войтех. Беседа окончена. У вас трудный путь, скоро рассвет – поторопитесь.

– Прошу тебя, хотя бы будьте настороже.

Девица по пальцам могла пересчитать, когда видела ведьмаря таким взволнованным.

– Обещаю.

Войтех побежденно выдохнул, словно сделал все, что было в его силах, а затем подошел к Немире:

– Заканчивай поскорее.

– Ладно, – девица впопыхах набила рот остатками блина.

– Я подготовлю лошадей.

– Погоди, – привстала с места Немира, пытаясь остановить спутника и спешно, до боли в желудке, глотая плохо прожеванные куски. – А куда мы направляемся?

Лоб ведьмаря прорезала глубокая морщинка.

– В безопасное место.

– Разве здесь недостаточно безопасно?

– Тебя по-прежнему ищут. И они ни перед чем не остановятся.