Свинцовый шквал - Вячеслав Шалыгин

– А во-вторых, я в следующий раз сожгу его на хрен! До последнего нанобота спалю, обещаю!

– Вот и ладно, – снисходительно уступил Механик, как уступают взрослые детям. – В следующий раз так и сделаешь. А пока… ступай к Лере, извелась девица.

– Тьфу ты! – Леший с досадой махнул рукой. – Правду люди говорят, чокнутый ты, Механик, и мутный. И правды у тебя не найдешь, как у змеи ног. Ты даже нам, своим крестникам, не доверяешь!

– Вот именно, крестникам, – Механик хмыкнул и склонился над Трояном.

– Я не чугунков имел в виду!

– А мне без разницы, – проронил Механик, внимательно осматривая Трояна. – Ай, как он тебя… Ну ничего, потерпи, сначала мертвеца из тебя вынем, а там посмотрим, что можно сделать… потерпи.

– Потерпи! – Леший возмущенно фыркнул. – Ты с машиной говоришь, Механик!

– А мне без разницы, – повторил бородатый чудак, не оборачиваясь к сталкеру. – Не уйдешь сам, заставлю.

– Иду уже, иду, – Леший развернулся к Лере, которая переминалась на краю холма, не решаясь ступить на тропинку.

Лера все же решилась шагнуть навстречу сталкеру, когда он приблизился к холму. Она подошла и прижалась к его груди, будто бы пытаясь без слов сказать, что больше никогда и никуда его не отпустит. Леший погладил девушку по голове и неловко чмокнул в макушку. Все-таки нежности не по части сталкеров-мужчин. Впрочем, и не по части девушек-сталкеров тоже. Когда схлынула первая волна эмоций, Лера отстранилась и, пряча влажные глаза, отвернулась в сторону Механика.

– Он хочет… помочь Трояну? – негромко спросила Лера.

– Вроде того, – ответил Леший, тоже оборачиваясь. – Сейчас остановит агонию, разделит нанитов… а дальше не знаю. Отпустит, наверное, на все четыре стороны.

– Непохоже, – Лера чуть качнула головой.

Механик к этому моменту действительно сформировал из троянских наномашинных комплексов внешне безобидный и абсолютно инертный черный ком, но отпускать на все четыре стороны его не спешил. Что же касается морбота, Механик оттащил Прина в сторону и будто бы забыл о нем.

Гюнтер Прин лежал без движения и постепенно «таял». Тело морбота оседало, как оседают борта резиновой лодки, из которой выпускают воздух. Очень скоро морбот стал походить на тех своих собратьев, которых обнаружили военные разведчики в Ржавом желобе. Истлевшая мумия и только. А вернее – обтянутый темной кожей скелет. Видимо, наноботы окончательно покинули оболочку.

Лешему почему-то сразу стало легче. Нет, не потому, что с пути исчез очередной коварный противник. Ему стало легче на душе оттого, что этот моряк – не важно, хорошим он был человеком или плохим – нашел наконец успокоение. Теперь не на дне Атлантики, а на берегу Оби, в далекой Сибири, но нашел. И это правильно. Никакой Узел или другая нежить не имели никакого права воскрешать мертвецов, пусть они и устраивали не настоящее воскрешение, а только его имитацию. Внешне-то эти биомеханические зомби выглядели как их давно умершие прототипы. И даже отчасти мыслили, как те люди. А вот возвращение праха к праху стало делом законным. В том смысле, что полностью соответствовало законам Природы. И живой и мертвой.

Мысль о живой природе неожиданно будто бы за что-то зацепилась и не ушла в архив памяти, а осталась на плаву. Леший не сразу понял, в чем причина, но в конце концов сообразил. Где-то справа, на самом краю поля зрения, колыхнулось нечто необычное по форме, размеру, а главное – по цвету. Нечто… зеленое!

Леший резко обернулся и уставился на это «нечто».

– Что случилось? – встревожилась Лера. – Что ты увидел?

– Жизнь, – Леший вдруг улыбнулся. – Она возвращается.

Он кивком указал на то место, где коварный песок стыковался с нормальным грунтом. Почти вплотную к пляжу мизерный участок грунта не так обильно покрывала зола и сажа, а потому он имел относительно светлый оттенок. И точно посреди этого серого пятачка торчала крохотная зеленая травинка. Лера невольно охнула и торопливо подошла к «клумбе».

– Она… настоящая! – шепотом сообщила девушка. – Живая!

– Вот это номер, – пробасил подошедший к друзьям Гелашвили. – Однако Зона идет на поправку.

– Ой, трава! – присоединяясь к ним, воскликнул Копейкин. – А говорили – мертвые пустоши…

– Так и есть, – без энтузиазма произнес капитан Галимов. – На поправку Зона пойдет еще очень и очень не скоро. В лучшем случае, лет через десять.

– Да, но… вот же… трава!

– Оглянись, – Галимов грустно посмотрел на Копейкина. – Оглянись и приди в себя.

– Верно мыслит Щука, – к товарищам подошел Механик. – Долго еще таким травинкам пробиваться, очень долго. Но рано или поздно жизнь сюда вернется. Иначе и быть не может. Все в мире когда-то возвращается к началу. Вода уходит к облакам, а затем снова падает в море, жизнь уходит, но дает начало новой жизни. Так что сюда жизнь тоже вернется. А пока… пора и вам, ребятки, по домам, заигрались вы что-то.

– Всеми конечностями «за», – согласился Гелашвили. – Командир, что скажешь?

Сержант обернулся к Галимову. Тот пожал плечами и взглядом указал на Бойкова. Майор разговаривал с флотскими офицерами, но будто бы почувствовал взгляд спецназовцев и оглянулся.

– Что дальше, майор? – спросил Галимов.

– Мы в базу, – сообщил Бойков разведчикам. – Сбросьте мне видеорапорт и можете убыть в свое расположение. Завтра в девять состыкуем планы по М-связи. Если раньше ничего не случится.

– Понял. – Галимов кивнул сержанту: – Идем в Москву.

Разведчики попрощались с Лешим и компанией и двинулись в направлении сухого тамбура. Пройдя полсотни метров, они притормозили, о чем-то посовещались и обернулись.

– Эй, Копейка, – позвал Гелашвили. – Ты хотел попасть в Курчатник?

– Да, – Копейкин воодушевился, но почти сразу же сник, – но… как же маркер?

– Возьми, – Леший протянул репортеру метку. – В кармане завалялся. Случайно нашел.

– Случайно? – Копейкин надулся. – Не надо! Отсюда буду добираться!

– Бери, не выделывайся, – сталкер сунул маркер Копейкину в карман. – Отсюда не выберешься. Мы в самом центре, и до Барьера никто провожать тебя не намерен. А в Москве ребята до вашего корпункта лично проводят. Все, шагай, пока спецы добрые.

– Спасибо, – буркнул Копейкин. – До свидания.

– Прощай, парень, – Леший хлопнул репортера по плечу. – Надеюсь, хоть чему-то ты научился.

Копейкин кивнул, неловко раскланялся с Лерой и бросился догонять спецназовцев. Когда троица «москвичей» скрылась в жестяном подлеске, в путь отправились и «крымчане». В компании Лешего остались только Лера, Механик и Каспер.

– А вы куда? – спросил посредник, обращаясь к Лешему и Лере. – Если не спешите, приглашаю погостить в моем скромном убежище.