Каста мимов - Саманта Шеннон

– Скажи, Странница, – проговорила Тирабелл, словно не услышала моей реплики, – с нашей последней встречи никто из рефаитов не покушался на твою жизнь?

Я скрипнула зубами:

– Нет, но это лишь вопрос времени.

– Тогда советую быть начеку. И остерегайся легионеров – среди них теперь много «алых», – сообщила Тирабелл, продефилировав мимо. – Наступил решающий момент. После ряда неудачных попыток свергнуть Саргасов мы как никогда близки к цели. Однако в материальном мире могущество врага слишком велико, и с расширением империи власть Саргасов только крепнет. Вот-вот будет основан Второй Шиол.

– Где?

– Где-то во Франции, – ответил Страж. – Альсафи свяжется с нами, как только выяснит точное местонахождение.

– Во главе всего стоят Нашира и Гомейса. Ты наверняка заметила, с какой легкостью Гомейса одолел четверых наших в «Гилдхолле», – без тени смущения произнесла Тирабелл. – Источник его силы лежит за гранью нашего понимания. Изначально мы планировали тихо устранить Наширу, но, по всей видимости, этот шанс безнадежно упущен. – Она покосилась на Стража. – Прежде чем нанести новый удар, нам необходимо разрушить земной оплот Саргасов.

– Сайен, – кивнула я.

– Вся затея с колонией была направлена не на борьбу с эмитами, а на порабощение человечества, – пояснил Страж. – Не зря «алым» так тщательно промывали мозги. Планировалась, что они выступят на стороне Саргасов, когда те явят себя миру.

– Вы серьезно?! – Мое недоумение рефаиты встретили с каменными лицами. – Но это же безумие! Сайену сразу объявят войну.

– Вряд ли. У Сайена слишком мощная армия, а у независимых государств мало союзников; они не рискнут ввязываться в военный конфликт.

– Судя по последним сводкам, многие закрывают глаза на бесчинства Сайена, чтобы сохранить мир, – добавила Тирабелл. – Президент Розвер, к примеру, открыто придерживается политики невмешательства. Кроме того, Сайен тщательно скрывает свои зверства от ока независимых наблюдателей.

Школьницей я мечтала о том, как независимые государства избавят нас от тирании. В один прекрасный день правда о преступлениях Сайена всплывет на поверхность и сверхдержавы выступят единым фронтом против моего врага. Но все оказалось не так просто. Независимых государств не существовало на карте, лишь по обрывкам разговоров на черном рынке и в беседах с Зиком и Надин мне удалось узнать кое-что о ситуации в Америке. Президенту Розвер, при всех ее достоинствах политического лидера, хватало своих забот: выходящие из берегов океаны, токсичные отходы, финансовые и прочие проблемы. До нас там никому не было дела.

– Начать нужно с Лондона, – безапелляционно заявила Тирабелл. – Без мозгового центра цитадели долго не протянут. Насколько нам известно, ваш темный владыка приказал долго жить.

– Верно.

– Судя по всему, к убийству приложил руку кто-то из рефаитов, – вклинился Цефей. – Возможно, Ситула Мезартим. Рубить головы – как раз в ее стиле.

– Похоже на то, – поддакнула Плиона.

Продолжая буравить меня взглядом, Люсида вопросительно изогнула бровь.

– А ты что думаешь, Странница?

Я скрестила руки на груди и откашлялась:

– Очень может быть, однако все улики указывают на главаря мимов по имени Старьевщик. Именно он тогда похитил Стража.

– Выходит, нет прямого наследника на трон? – уточнила Тирабелл.

Я покачала головой:

– Нового владыку выберут по итогам состязания.

– Ты участвуешь?

– Да. И мне нужно победить, чтобы мой голос наконец услышали. Однако начало уже положено. – Я вытащила копию «Разоблачения» и протянула Цефею. Тот с отвращением уставился на мою руку, словно это была дохлая крыса. – Как только рукопись напечатают, вся цитадель узнает о вас.

– Что это? – прищурилась Тирабелл.

– Страшилка.

Тирабелл выхватила у меня листки. При виде заголовка ее глаза гневно вспыхнули.

– Страшилка? Дешевое уличное чтиво? Да как ты посмела марать наше имя этим гнусным пасквилем!

– Слушай, у меня не было времени сочинять оду. А без доказательств люди не поверят…

Цефей зашипел, точно раскаленный уголь, залитый водой:

– Не смей так разговаривать с правительницей. Какое право ты имела ссылаться на нас, не спросив разрешения?

– А мне и не нужно твое разрешение, рефаит, – парировала я.

Тот бросил что-то Стражу на родном наречии, и из зала вылетел фантом. Золотая пуповина чуть завибрировала, посылая мне сигнал тревоги.

Тем временем Люсида забрала у Тирабелл рукопись.

– По-моему, идея не так уж плоха, – пробормотала она, шурша страницами. – Конечно, это слегка усложнит наше пребывание в цитадели, зато потом не придется лишний раз объясняться.

– В цитадели чураются любых проявлений сверхъестественного, – заметил Страж. – Местные не желают видеть в упор никаких гигантов, а если и увидят, вряд ли побегут жаловаться властям.

После небольшой паузы Тирабелл склонилась ко мне все с тем же непроницаемым выражением – не угадаешь, поможет или нет.

– Ты согласна объединить наши силы, если выиграешь эту свою битву и встанешь во главе Синдиката?

– Сомневаюсь, что такое возможно. А ты разве не сомневаешься?

– Поясни, – потребовала Тирабелл.

– Вас воротит от одного моего вида, это раз. Во-вторых, Синдикат трещит по швам. Чтобы сплотить его, понадобится время. – Я посмотрела ей прямо в глаза. – И деньги.

– Ясно. – Тирабелл облокотилась на спинку кресла. – Деньги. Человеческая раса ими буквально одержима.

Цефей брезгливо поморщился:

– Материальные блага не вечны, но вы бьетесь за них, как коршуны. Жадность – ваш злейший порок.

– И вдобавок бессмысленный, – вставила Плиона.

– Достаточно! – Я раздраженно вскинула руку. – Хотела бы лекций – давно пошла бы в университет.

– Охотно верю, – съязвила Тирабелл и, помолчав, спросила: – А если мы не дадим тебе денег, странница?

– Тогда мне не удастся изменить Синдикат. Даже статус темной владычицы не поможет. Прежде всего нужно заплатить главарям мимов, чтобы поддержали меня в борьбе. И вообще революция требует огромных расходов. Оружие, продовольствие, лечение раненых – мне за всю жизнь столько не заработать. Ваши деньги в обмен на мою помощь. Если не согласны, ищите кого-нибудь побогаче. Цитадель кишмя кишит состоятельными преступниками.

Рефаиты переглянулись. Цефей отвернулся и забормотал что-то, его мускулистая спина вздымалась и опускалась.

Нельзя допустить, чтобы они превратили Лондон во Второй Шиол. Зря рефаиты надеются сделать из наших ясновидцев «алых», а меня поставить надсмотрщицей. Если сотрудничать, то только на равных условиях.