Академия Тьмы и Теней. Телохранительница Его Темнейшества - Ирмата Арьяр

– Да ни за что! – воскликнула я с жаром.

– Так я и подумал. Что ж… Иди, – он повел ладонью в воздухе, и в двух шагах от меня замерцали контуры портала.

В клубящемся тумане просматривалась знакомая комнатушка с койкой, столом у зарешеченного окна и жутким бардаком студенческого быта принцессы в башне. Маг должен хорошо представлять конечную точку выхода, чтобы настроить портал, иначе никуда не дойдет.

– Разве ты там бывал?

– Нет. Зулия спрятала амулет в твоей комнате. Я его сейчас активировал, но он одноразовый и разрушится, как только ты перейдешь. С постоянным я не стал рисковать. В твоей башне, судя по донесениям, проходной двор с зоопарком. Еще залетит сюда какая-нибудь горгулья, совьет гнездо, птенцами обзаведется. Замучаюсь каменный помет с ковра отскребать.

Я покосилась на ворох папок. Вздохнула.

– Не дам, – Алиан качнул головой. – Читать можно только здесь.

И протянул амулет портала. Интриган древний. Знает, чем подцепить рыбку.

– Ладно, – я взяла колечко. – Но я его на цепочке буду носить.

– Хоть в ухе. Этот амулет под любое украшение можно замаскировать. Просто представь, каким хочешь его видеть, и он трансформируется.

– Ну, я пошла. Не скажу, что очень рада была с тобой познакомиться: обстоятельства встречи не располагали. Похищение – не самая лучшая идея.

– Согласен. Прости. И возвращайся. Пожалуйста.

– Я подумаю.

Сколько писано в учебниках: нельзя долго держать портал раскрытым. Не только потому, что магический потенциал амулета, если переход открыт с его помощью, не бесконечен. Но и потому, что всплеск магии привлекает самых разных сущностей и тонкого, и плотного мира.

Мы получили наглядную иллюстрацию.

Пока я, отвлекая отца трогательным прощанием, пыталась втихаря слевитировать личное дело куратора, с той стороны в портал ринулась какая-то тварь.

От неожиданности я испугалась до колик, взвизгнула и шарахнулась в сторону. Живот скрутило судорогой боли, словно в него ввинтилась чья-то растопыренная огненная лапа и потянула на себя кишки. Вокруг меня мгновенно выросло защитное кольцо, не мной поставленное. Архимаг разрушил портал, но чудовище уже ворвалось и с лету врезалось в стол.

И понеслось.

Папки разлетелись, листочки вспорхнули, заметались белыми птицами по комнате, сведя видимость к нулю. Чудовище тоже металось, уворачиваясь от воздушных петель архимага. А я с трудом дышала.

– Ох, мамочки! – прижав к телу ладони, я, без пяти минут боевой маг, позорно повалилась на пол. Режущая боль рвала мое тело в области пупка. Печать! Эта Хургова печать!

Меня запорошило бумагами поверх щита. Сквозь этот сугроб, я пыталась рассмотреть бой мага с увертливым чудищем. Что-то в этом крылатом существе с куриными лапами, львиной гривой и орлиным клювом мне до жути знакомо… Да это же наш грифон!

– Не убивай его! – простонала я. – Это моя охрана!

От окна раздался грохот и звон разбитого стекла. Что-то еще влетело – огромное, черное на белесом. И огненная лапа отпустила мои внутренности.

– Лика! – заорало черное.

«Хозяйка!» – радостно взвыло белесое на языке династии Холь.

– И этих не убивай, папа, – попросила я. Мельком осмотрела себя. Никаких ран. На руках крови нет. Одежда цела. Что со мной было?

Алиан не стал меня расстраивать и убийственных заклятий не применял – лишь пытался связать нежданных гостей. В него летели черные молнии. Архимаг отбил их световым щитом, им же, как мусор веником, отмел нападавших.

Грифон кувыркнулся и попал точнехонько в пустой камин, заткнув его немаленькой тушей. Каминная решетка с лязгом придвинулась и заперла пойманного.

Сверкавший злыми синими глазами Дьяр, не удержавшись, слетел с нагло присвоенного им Шурша, впечатался в стену. Его тут же опутало золотой сеткой, в распластанные крылья вонзились световые иглы. Принц затрепыхался бабочкой в паутине, тщетно пытаясь разрубить мечом и разорвать когтями бесчисленные, выраставшие из стены и множившиеся нити.

Оставшийся без седока дракончик проехался по полу, усыпанному бумагами. Шуршавшие листочки его на миг отвлекли, как погремушка младенца. Но только на миг. Он обиделся на неласковый прием, зашипел и сердито разинул пасть на архимага. Между клыков заклубился смертоносный дымок.

«Шурш! Не смей!» – мысленно завопила я.

Пасть захлопнулась. Дракон, подавившись нереализованным заклятием, раскашлялся, взвеяв бумажный вихрь.

– Дочка, ты в порядке? Не ушиблась? – Алиан протянул мне руку, помогая подняться.

Пшшш… – донеслось от стены. В комнате резко потемнело. Бзеньк! – лопнула паутина, державшая принца. Дьяр отодрал крылья, встряхнул. Пи-у! Чпок! – просвистели пришпилившие его световые иглы над нашими головами – мы едва успели пригнуться – и воткнулись в противоположную стену.

– Не тронь ее, маг!

– Какой настырный гость! – поморщился Алиан. На кончиках его пальцев затрещали золотые искры. – И какой характерный цвет глаз. Твой отец написал мне, что взял мою дочь в заложницы, но я ее вытащил. А ты решил стать моим пленником в качестве компенсации? Похвально.

– Ты меня еще не пленил, маг. Силенки не хватит.

Сейчас они точно убивать друг друга начнут! – струхнула я, взглянув в искаженное яростью лицо темного наследника и на раздраженного архимага. А мне, как телохранительнице, достанется больше всех.

– Прекратите! – я решительно встала между ними.

– Лика, в сторону! – рявкнули оба.

И меня отмело сразу двумя метлами – угольно-черной и сияюще-белой. Спасибо, не в разные стороны раскидали, а то неизвестно, что бы от меня осталось.

«Шурш! Завесу смерти!» – приказала я.

Дракон мгновенно оказался рядом, обвил меня хвостом. И от души чихнул, целясь в середину комнаты.

Между враждующими сторонами промелькнула ослепительная комета, растаявшая где-то за разбитым окном. Но след от нее, протянувшийся, как лохматая туманная нить, мгновенно расширился кверху и книзу, встав посреди комнаты полупрозрачной белесой стеной толщиной в руку. Я эту штуку видела с ребра как большое веретено от пола до потолка.

В эту пелену вошли и сорвавшиеся с когтей принца черные стрелы, и золотые молнии Алиана, окрасив ее каруселью красивых сполохов. Но не вышли. Осыпались мертвым серым пеплом внутри завесы. Подобное зрелище и породило легенды о возникновении Серых Пределов между Тьмой и Светом.

Протянув руку, я потрогала зыбкое ребро завесы смерти. Хотелось посмотреть, как отреагируют разведенные по разные стороны барьера соперники.

Одинаково отреагировали. Хором грянуло:

– Не смей, Лика!

Завеса дернулась и прогнулась в том месте, где я попыталась прикоснуться к ней.