По ту сторону реки. Ярилина рукопись - Софи Авдюхина

Анисья заметила, что и Сева сегодня не отличался завидным Митиным терпением. Он ходил туда?сюда вдоль огромных книжных стеллажей их семейной библиотеки, вытаскивая и ставя обратно один том за другим. Но иногда его что?то заинтересовывало, и он надолго погружался в выбранную книгу, а Анисья наблюдала за ним, положив голову на руки.

Сейчас становились совершенно незначительными его некрасивое обхождение с девушками и холодность в общении с самой Анисьей. Сейчас ее это совсем не волновало. Да и что ей за дело до остальных девиц, когда он был рядом с ней? Сидел с ней, читал с ней, жил с ней в одном доме почти каждое Новолуние и Полнолуние. Она как никто другой подходила ему: красивая, умная, богатая, да еще и сестра его лучшего друга. Как бы здорово она смотрелась с ним рядом! Но не могла же она сама сказать ему об этом! А он словно откладывал свое признание на неопределенный срок.

Почему?то Анисья вдруг вспомнила тот день, когда она впервые увидела Севу. Ей было одиннадцать лет, и Митя привел домой своего нового друга. Уже тогда этот молчаливый темноволосый мальчик превратился для нее в прекрасного принца. Она втайне мечтала, что, когда станет взрослой, он непременно спасет ее от какого?нибудь злобного дракона и женится на ней – так ведь заканчивались все лучшие сказки.

Она помнила, как пряталась за спину матери, когда Митя неловко пытался объяснить родителям, почему Севе было необходимо провести выходные вне дома. Анисья так толком и не поняла, что именно случилось в тот день в семье Заиграй?Овражкина. Но ее родители все поняли, и с того самого момента Митин друг проводил в поместье Муромцев чуть ли не все свободное время. Поначалу разговаривал он только с Митей, а в присутствии родителей как?то терялся. Иногда он подолгу глядел на Анисью, но резко отворачивался, стоило ей посмотреть на него. Позже из молчаливого и скрытного мальчика он превратился в… молчаливого и скрытного юношу. Втихаря наблюдать за Анисьей он перестал. Перестал и стесняться родителей, которые души не чаяли в лучшем друге их сына.

За дверью послышались быстрые шаги, и в следующую секунду в библиотеку заглянула Муромец Евдокия Рюриковна, вернув Анисью из воспоминаний к реальности:

– Вы еще здесь? Уже полдвенадцатого ночи!

Анисья поспешно захлопнула толстый том в черном шершавом переплете, положив сверху раскрытое пособие по целительству, и принялась судорожно царапать на розоватом листе березовой коры первые попавшиеся руны.

– Мы заканчиваем, – протянул Митя, продолжая, как загипнотизированный, глядеть в книгу.

Анисья хотела намекнуть ему, чтобы он спрятал книжку подальше, но не успела, так как мама подошла и встала у него за спиной.

– Что ты читаешь, дорогой? – голос ее звучал сладко, но властно, что не предвещало ничего хорошего.

– Да так, нашел старую энциклопедию по практической магии Фауны. У нас с Нестором Ивановичем вышел спор, и мне нужно отыскать доказательства того, что я был прав.

Евдокия Рюриковна наклонилась и поцеловала сына в макушку.

«Энциклопедию по практической магии?» – мысленно удивилась Анисья и покосилась в книгу брата.

– И что полезного о Ярилиной рукописи ты собирался отыскать в этой книжке? – спросила она шепотом, когда мама удалилась на достаточное расстояние.

– Ничего, но у нас с Севой есть дела и помимо поиска рукописи.

– Сева, – вдруг мягко позвала мать Муромцев, и Сева резко обернулся, чуть не выронив из рук книгу, – а у тебя что, тоже какой?то спор с наставником?

– Нет, – Сева неторопливо вернул книгу на полку и повернулся к Евдокии Рюриковне. – Мне понадобились кое?какие сведения, а в других библиотеках их найти просто невозможно, потому что они касаются самых древних тайн волшебства, может быть, даже Темной Магии.

– Правда? – мать Муромцев с интересом вглядывалась в Севино лицо и улыбалась. – Ну что ж, я очень надеюсь, что ты их непременно найдешь здесь. Ладно, оставляю вас одних, но не засиживайтесь долго.

Как только дверь за ней захлопнулась, Митя расхохотался и повернулся к другу:

– И как ты это делаешь? Скажи я ей такое, она немедленно вышвырнула бы нас отсюда и повесила бы на дверь неотворяемый замок.

Сева в ответ лишь улыбнулся и сел напротив Анисьи. Он был явно доволен своей выходкой, глаза его светились.

– Что?нибудь интересное нашел? – Сева посмотрел на Митю, и тот ответил ему долгим взглядом, отчего у Анисьи появилось ощущение, что ребята переговаривались мысленно.

– Не думаю, – наконец отозвался ее брат и закрыл книгу. – Я вообще склоняюсь к тому, что Полина была права насчет Ярилиного копья. Действительно, руна Марса на старом языке изображается в виде копья, а все остальные планетарные руны никак не связаны с Ярилой, разве что Солнце, то есть наш дом на карте. Рукопись должна чем?то охраняться, а копье, то есть некое оружие, как нельзя лучше указывает на местонахождение книги.

– Мне интересно, чей дом обозначен руной Марса?

– Этого мы не можем узнать. Вот, посмотри. – Митя достал откуда?то из?под стола карту Росеника. – Эти планетарные обозначения не совпадают с домами на обычной карте, разве что Белая Усадьба. Это лишь план, понятный немногим. Кто знает, является ли этот план зашифрованной картой? И какой тут масштаб? Конечно, можно попытаться высчитать… примерно…

– Это может быть и какое?то совсем неприметное здание, – сказала Анисья. – Я имею в виду то место, где спрятана Ярилина рукопись. Не знаю, например, городская больница.

– Больница? Ну, нет, исключено.

Анисья задумалась, ей все время казалось, что в ее голове уже есть подсказка… «Но что это? Что? Что?»

Сева взял из рук друга тяжелую энциклопедию по практической магии Фауны, но так и не открыл ее.

– И все?таки как тебе удается говорить правду в глаза нашей матери и не получать за это по шее? – поинтересовался Митя, вспомнив о реакции своей строгой родительницы.

– Да просто говорю, и все. – Сева снова улыбнулся.

– Н?да, с вами, Воздушными, страшно связываться! Вы используете нечестные приемы!

Сева усмехнулся, но не ответил.

– Повезло одной Полине. Ее ведь невозможно заставить что?либо делать мысленными приказами?

– Наверное, нет, – нехотя протянул Сева: он не собирался признавать свое поражение в попытках заставить Полину подчиниться его мысленным просьбам. – Если не считать того обряда на Ивана Купалу, я не пробовал повлиять на нее. Да и пробовать не собираюсь.

– Почему? – вдруг осведомилась Анисья. – Она тебе так не нравится?

Сева, казалось, немного опешил от такого вопроса, поэтому ответил не сразу:

– Да нет, почему же. Я имел в виду, что мне это не нужно.

– Зато ты ей совершенно не нравишься, – улыбнулась Анисья, найдя в этом что?то очень забавное.

– Отлично. – Митя рассмеялся и посмотрел на растерянного друга. – Вот и нашлась одна?единственная девушка, которой ты не нравишься.