Хроника Страны Мечты. Книга 5. Краткая история тьмы - Эдуард Веркин

Но сориентироваться в мокром лесу не получалось никак, кругом все было одинаковое, Зимин начал впадать в беспокойство. И уже почти в панику. Глупость последних дней спрессовалась в жидкий метеорит, в прыжок с моста, во все это дурацкое приключение, которое обещало перерасти в лесную драму. Зимин вдруг представил заголовки областных газет, ну, когда его найдут, через пару недель то есть.

«В лесу найден труп известного писателя».

«Фантаст Зимин съеден барсуками».

«Летописец Страны Мечты: ушел и не вернулся»

Лара расстроится. Если вообще найдут его, а то ведь могут и не найти, он же не сказал, куда направился, и здесь искать его не станут, а Кокосов ничего не расскажет. Так и сгинет в глубях.

Эта мысль вселила в Зимина печаль, погибать в столь унылом лесу не хотелось, это было как то чересчур унизительно, скучно, банально, короче, ему совсем не подходило. Зимин представил свой остывший труп, представил, как к нему, истекая слюной, приближается линяющая росомаха, как куница прядает с ветки на ветку вокруг, рассчитывая поживиться ушами, как голодный еж тропит к нему путь для своего многочисленного семейства. Зимин подумал, что хочет жить. У него Лара, он недавно купил мотоцикл и еще не успел как следует насладиться, и вообще, глупо быть съеденным росомахой на пороге большой славы. Только–только кино сняли. Пошли ка они.

Вспыхнувшая злость придала Зимину сил и даже немного согрела, он встряхнулся и устремился через лес. Старался двигаться быстро, чтобы хотя бы немного согреться. Чтобы совсем не замерзнуть, Зимин решил читать стихи. Безжалостного собственного сочинения. Про чудесные носки из шерсти собаки Баскервилей, которые не только излечивали от ревматизма, но и выполняли некоторые желания. Миссис Хадсон ощипала мертвую собаку Баскервилей, но из за старческой слепоты не смогла насучить из шерсти ниток и призвала для этого доктора Ватсона и доктора Мортимера, и они с энтузиазмом взялись за дело.

На словах «рукавами шурша, пряли шерсть кореша», Зимин запнулся за корень и упал в мокрый мох, поросший крупной клюквой. Ягода оказалась сладкая, Зимин съел две штуки поднимаясь же с колен, увидел небо. В просвете между тучами светили звезды, однако в звездах Зимин разбирался профански и хоть сколь нибудь точно сориентироваться не смог. На всякий случай он выбрал самую яркую звезду и пошагал в ее сторону. Постепенно подлесок редел, становился прозрачнее, а вскоре и вообще сошел на нет, и Зимин оказался в белом сосновом бору. Раньше Зимин видел такое лишь на фотографиях — мох под ногами был плоский и снежный, цвета полярного медведя, толстые и ровные сосны выделялись на нем черными полосами. Точно Зимин оказался внутри резкого и контрастного фотоснимка. Внутри дагеротипа, так было, пожалуй, точнее. Черно–белое пространство выглядело пугающе, а мох почему то хрустел под ногами. Дожди кругом, а мох хрустит, и вообще…

Зимин закрыл глаза, а когда открыл, странный лес никуда не исчез. Зимин поежился и отправился дальше, хотя шагать было нелегко, да и вообще–Мрачные черные грибы. Зимин попробовал сбить подвернувшийся гриб сапогом, однако тот не сбился, издав необычный живой звук, гриб остался стоять, а Зимину показалось, что земля под ногами слегка колыхнулась. Впрочем, возможно, это его качнуло от усталости.

Деревья становились все толще и реже, мох все белей, Зимину чудилось, что он немного светится. А еще Зимин заметил, что грибы объединяются в группы, тянутся друг к другу и образуют замысловатые знаки. Потом деревья кончились, и Зимин вышел в поле. Вполне может быть, что это было не поле, а просто огромная поляна, плешь, возникшая посреди леса после падения метеорита, они тут, видимо, часто валятся. Сам метеорит лежал здесь же. Гигантский черный камень расположился в центре проплешины, кое–где округлый, кое–где черный, он возвышался над белым мхом пологим холмом и кое–где порос травой.

Наверное, это какая то особенная земля, если метеориты падают сюда так часто, подумал Зимин. Он знал, что такие места существуют, знал, что в таких местах происходят необъяснимые вещи.

И вот теперь ему снова повезло. Потому что перед ним лежал метеорит. Большой метеорит, размером с несколько грузовиков, падение такого метеорита должно было вызвать настоящую катастрофу — взрыв, пожар, потоп, вымирание динозавров, непонятно, почему про этот метеорит никто не знал. А может, и знали. Знали и приходили сюда поклоняться этому гостю из космоса, просили у него счастья, здоровья, богатства, намазывали этот камень жертвенной бычьей кровью, сыпали в землю соль, лили слезы…

Неожиданно Зимин почувствовал, что ему стало тепло.

Зимин остановился и прислушался к ощущениям. Вокруг было тепло. На самом деле тепло, Зимин выдохнул и обнаружил, что изо рта не вырывается пар. Зимин сжал кулаки и обнаружил, что и руки у него отошли, пальцы сжимаются без труда, исчезла бледность.

Тепло.

Оно исходило от метеорита, Зимин явственно это ощущал. Тепло, живое и вполне осязаемое. Зимину вдруг захотелось подбежать к нему, забраться на верхушку и прижаться, чтобы согреться.

Зимин сделал шаг в сторону метеорита. И опять случилось непонятное — земля снова колыхнулась, и метеорит чуть сдвинулся, точно он был не каменный, а живой.

Зимин потер глаза, и в следующий момент произошло нечто невообразимое. Метеорит дрогнул и увеличился в размерах. Он вырос почти в два раза, точно вдруг выдвинулся из под земли. Зимин замер.

Камень продолжал увеличиваться, он точно расправлялся из себя самого, Зимин немного окаменел; то, что происходило, было запредельно необычно, невозможно, перед Зиминым возносилась гора. И вдруг эта гора встрепенулась и расправила крылья.

Зимин услышал, как остановилось сердце. Вот только что оно стучало быстро–быстро и вдруг замерло.

Гора развернула крылья и неуловимо быстрым и грациоз–ным движением обернулась к нему.

И Зимин увидел, что это совсем не гора. Зверь. Ростом в трехэтажный дом, с длинной толстой шеей, с острыми плечами, из которых выступали чудовищные крылья, похожие на два черных паруса. С головой, которая не походила ни на что. Ни на вытянутую морду крокодила, ни на тяжелую голову тираннозавруса Рекса, зубастого и бестолкового, ни на плоскую харю комодского варана, ни на что совершенно.

Зверь не напоминал ни одно из виденных Зиминым живых существ. Его голова состояла из сплошных острых линий и вытянутых треугольников, и пустот, и шипов, и черных зияющих провалов, она была длинна и тяжела, но при этом удивительно гармонична и слажена, казалось, что все составляющие части этой головы двигались относительно друг друга.

Крылья взметнулись и сошлись за спиной зверя, Зимина обдало запахом жженой березовой коры и спекшегося металла, существо вытянуло лапы и положило их на сосну, высоченную сосну, почти в тридцать метров ростом, и на несколько мгновений сделалось похожим на кошку, вздумавшую поточить ногти о ножку стула. Когти легко срезали несколько толстых ветвей, а сама сосна наклонилась, как соломинка.

Зимин тупо улыбнулся.