Черный Янгар - Карина Демина

Я знала, что люди жестоки и что порой жестокость их лишена всяческого смысла, но это…

Их я увидела издали.

Белое поле, лиловые тени, словно кружевная шаль. Кромка леса. Ели. Осины, чьи ветки украшают ледяные ожерелья. И весеннее, еще робкое солнце, забравшееся высоко.

Дорога.

Серая полоса где-то у самого горизонта.

Я смотрю на нее до рези в глазах. Какой уже день я выхожу сюда и, присев на вывернутую осину, жду. С каждым днем ждать все сложней, и голосок сомнений шепчет, что, верно, Янгар уже не вернется. Да и зачем ему? Он нашел себе другую женщину, красивую и… живую.

А я?

Я вот сижу, глажу обындевевший ствол, не ощущая ни холода, ни боли, пусть ледяное крошево и расцарапало ладонь. Мои руки грубы, лицо перечеркнуто шрамом, а на плечах проклятием лежит медвежья шкура.

Сумею ли избавиться от нее?

Осталось не так долго, но… кем я стану после?

И все же я приходила на окраину леса, садилась и ждала.

Дождалась.

Лошадка брела, проваливаясь в сугробы по самое брюхо. Она была невысока и лохмата. В гриве ее застряли колючки репейника, а гнедую шкуру украшали шрамы. Грязный хомут был слишком велик для нее, а массивные дровни и вовсе казались неподъемными. И все же лошадка брела.

Тащила.

И человек, который шел рядом, марая белизну поля цепочкой свежих следов, придерживался рукой за оглоблю.

Его я узнала сразу, пусть и был он облачен не в шелковый халат, а в косматый овечий тулуп, подпоясанный широким алым поясом. Лысую голову прикрывала высокая кунья шапка, лихо заломленная на левое ухо. Кейсо ступал легко, будто бы и не было сугробов, и лошадку, когда та останавливалась, тянул вперед.

– Эй. – Завидев меня, Кейсо остановился. – Госпожа медведица, покажись!

Я вышла из тени.

Не к нему, но к тому, кто лежал на дровнях, укутанный в меховые одеяла.

Бежала?

Летела по снегу. А он, цепляясь за длинный мех моей шкуры, делал ее невыносимо тяжелой, тянул обратно, в лес.

– Помоги, – попросил Кейсо, отступая. И лошадка, вдохнув звериный мой запах, попятилась, но была остановлена твердой рукой. – Если можешь, помоги ему. Пожалуйста.

Как?

Я вглядывалась в такое родное лицо и кусала губы, пытаясь не расплакаться.

Кто сделал это?

И за что?

– Он сильный мальчик. – Теплая рука Кейсо нашла мою ладонь. – Он выкарабкается. Нужно только помочь немного.

Сердце Янгара стучало медленно, тяжело. И запах крови, свежей и старой, пропитавшей повязки, дурманил.

Я сглотнула слюну.

– Нам некуда больше идти. – Кейсо пытался поймать мой взгляд. – У него столько врагов, что… добьют.

И я не друг. Я хийси-оборотень, нежить.

Солнце слепит мне глаза, а в голове одна-единственная мысль: Янгхаар Каапо все равно умирает и смерть его мучительна. Разве не милосердно было бы отпустить его?

Я сумею убить быстро.

И сердце будет сладким.

– Нет, – сказала я себе.

А Кейсо только хмыкнул и, вцепившись в поводья, потянул лошадку назад. Она пятилась по собственному следу.

– Стой. – Я понимала, что это правильно.

Они должны уйти.

Оба.

Слишком много ран. Крови. Искушение, преодолеть которое я не сумею и однажды убью.

– Ты… – Мне сложно смотреть в глаза человеку. – Ты не должен оставлять нас наедине.

Кейсо кивнул.

Понял? Вряд ли. И я не знаю, как рассказать о том, что испытываю. Гнев. Жалость. Страх оттого, что Янгар умрет здесь, на поле, не дождавшись помощи. И ужас при мысли, что, помогая, сама убью его.

– Я слышу его сердце. – Не удержавшись, я коснулась темных волос. – И помню вкус его крови. Мне… сложно. Если я пойму, что мне слишком сложно, я уйду.

– Спасибо.

Пожалуйста. В Горелой башне хватит места для всех.

– Медведица, – повис Кейсо на поводьях, удерживая лошадку, которая трясла головой и всхрапывала, – по нашему следу идут. И можно ли сделать что-нибудь, чтобы не дошли?

Я кивнула: и делать ничего не понадобится. Горелая башня спрятана за заговоренными тропами. Кого бы ни послали по следу Янгара, он уйдет ни с чем.

При мысли об этом я испытала злую радость.

В этот вечер душа Янгхаара Каапо едва не покинула тело. В этот вечер я, глядя в безумные беспамятные глаза, умоляла бездну, в них живущую, дать Янгару сил. И та откликнулась.

– Ты… – Он произнес лишь это слово.