Вестник смерти - Алексей Калугин

Падение оказалось совсем не таким долгим, как ожидал Антип. Он даже не успел почувствовать замирание духа, сопутствующее полету в бездну, как уже вновь ощутил под ногами твердую почву. В следующее мгновение лицо Антипа обожгло ледяным дыханием ветра, а все тело сковало лютым морозом. Он оказался в царстве холода и серого полумрака. Вокруг себя Антип видел только бесформенные нагромождения льда и огромные торосы, покрытые глубокими кавернами в тех местах, где лед соприкасался с морской водой. Да и под ногами была вовсе не земля, а все тот же лед, присыпанный тонким слоем снега. Над головой же у него простиралось небо, похожее на выкрашенную в темно-фиолетовый цвет крышку огромной кастрюли, прихлопнувшей собой весь мир. Никого из тех, кто прыгнул в жертвенный колодец перед Антипом, видно не было. На снегу были заметны какие-то полустертые ветром следы, но куда они вели, Антип определить не мог. В голове мгновенно, как взрыв, родилась мысль: подлая нечисть нарочно заманила его в это гиблое место и бросила здесь на погибель.

Чтобы сохранить остатки тепла в собственном теле, Антип зябко обхватил себя за плечи и повернулся к ветру спиной. Пронзительный ледяной ветер без труда проникал сквозь легкую одежду – Антипу казалось, что кожа на спине превращается в грубую дерюгу, утыканную острыми иголками.

– Где Хорн?! – услышал Антип позади себя отчаянный крик Лукони.

Обернувшись, парень увидел голову бесенка, выглядывающую из ледяной пещеры.

– Не знаю! – прокричал в ответ Антип. – Он собирался прыгнуть в колодец следом за мной!

– Иди сюда! – Луконя махнул Антипу рукой.

На негнущихся ногах Антип подбежал к тому месту, где прятался Луконя, и быстро нырнул в неглубокую ледяную нишу, в которой помимо бесенка находились также Брандл и Волк.

– Здесь не теплее, чем снаружи, – заметил, попыхивая трубочкой, лепрехун. – Зато ветра нет.

– Где же Хорн?! – в отчаянии всплеснул руками Луконя. – Мы не можем покинуть это место без него! Он не выберется отсюда один!

– А если и мы не выберемся отсюда в ближайшие несколько минут, то тоже останемся здесь навсегда, – мрачно заметил Брандл.

Лепрехун был единственным, кто в поисках тепла решался прижаться к мохнатому боку Волка, которому мороз был нипочем. Но, судя по тому, как отчаянно стучали зубы Брандла по чубуку трубки, это не спасало его от пронзительного холода.

Спрятав кисти рук в рукава рубашки, Луконя снова выглянул за пределы ледяной пещеры.

– Хорн! Хорн! – радостно закричал он, увидев лучик света от фонаря Волчатника.

Развернувшись на голос, Хорн подбежал к своим спутникам и нырнул в облюбованное ими укрытие.

– Ну и холод! – пожаловался он, отчаянно стуча зубами. – Куда ты завел нас, бес?

Луконя попытался сложить посиневшие губы в свою обычную, хитроватую и одновременно немного насмешливую улыбку, но вместо этого у него получилась жутковатая гримаса, похожая на предсмертный оскал.

– Не догадываешься? – спросил он у Хорна, выбивая зубами неровный, прерывистый ритм.

– Высказав предположение, что мы на Замерзшем континенте, я скорее всего окажусь недалеко от истины, – сказал Хорн.

– Точно, – кивнул Луконя. – Это он и есть – Замерзший континент. Кстати, ты с полным на то правом можешь испытывать законное чувство гордости: до тебя здесь не ступала нога ни единого человека – разве что только нечисть изредка забредает.

– Да? В таком случае кто же это?

Луч света из фонарика в руке Хорна скользнул по ледяной стене пещеры.

– О, черт!

Антип так резво отпрыгнул в сторону, увидев то, на что указывал луч света, что ударился головой о свод пещеры. В непосредственной близости от того места, где он только что сидел, изо льда высовывалась кисть руки со скрюченными пальцами.

Хорн поднял фонарь чуть выше, и взглядам всех присутствующих предстало ужасающее зрелище: не менее десятка обнаженных человеческих тел, вмороженных в глыбу льда. Особенно жуткое впечатление производило лицо одного из мертвецов. Обращенное в сторону ошеломленных путешественников, оно смотрело на них широко открытыми глазами. Рот погибшего был открыт, словно он и мертвый все еще продолжал взывать о помощи, пытаясь вырваться из ледяного плена.

– Что все это значит, черт тебя дери?! – заорал на Луконю Брандл.

– А что, по-твоему, происходит с теми несчастными, которых аборигены с острова Гур-эт-Дар сбрасывают в жертвенный колодец? – посмотрев на своего приятеля, тихо произнес Луконя.

– Ты хочешь сказать, что это?.. – не закончив фразу, Брандл указал рукой на стену льда, в которой навечно застыли тела принесенных в жертву островитян.

Луконя молча кивнул.

– Проклятие! – заорал, раскинув руки в стороны и с ужасом глядя себе под ноги, Антип. – Это значит, что здесь все вокруг усеяно мертвецами!

– А что я могу сделать? – виновато развел посиневшими от холода руками Луконя. – Это не я надоумил островитян использовать окно перехода в качестве жертвенного колодца.