Мегаполис Ленд - Алексей Вилков

Шаткие ступени вели наверх. Каждая дощечка скрипнула неповторимым звуком, создав уникальную лестничную симфонию. Наверху располагались еще две комнаты, разделенные перегородкой. У стены громоздился шкаф на коротких ножках с десятками книг. По бокам пустовали три кровати, два облезлых кресла, сломанные стулья и разобранная реликвия – кресло-качалка, рядом с которым стоял журнальный столик с кривым светильником без лампочки. На полу спал беспробудным сном насквозь проеденный молью половик, усыпанный советскими газетами и желтой бумагой.

– Целое хранилище прошлой эпохи, – констатировал Стас, – и никто ничего не украл.

– Да кому нужен это хлам? – буркнула подошедшая Настенька.

– Не скажи, кое-что представляет историческую ценность.

– Например? Раздолбанные стулья или комод шестидесятых годов?

– Я не эксперт. Ты приведи сюда местного краеведа или любую музейную крысу, они разберутся и найдут то, что представляет хоть мизерную ценность для будущих поколений.

– Они и прикарманят эту ценность.

– Да ну тебя! – отмахнулся Стас. – Все тебе не так и не эдак. Капризная ты, как я погляжу.

– Да, не подарок. Согласись, я настоящая стерва.

– Ты хочешь ей казаться или на самом деле являешься? – спросил Стас, надув губы.

– Тебе виднее, ты же мужчина. Женщины считают меня отъявленной стервой.

Стас подошел к полкам и принялся разглядывать книги:

– У тебя кто любимый писатель?

Зитман задумалась, вспоминая. Память и в этом случае не подвела:

– Особенно не люблю читать. Из классики – Пушкин, Толстой…, а из современности, например, Пелевин. Их сейчас так много, что не запомнишь. Прочитаешь книжку и благополучно забываешь ее содержание и автора в придачу. Я читаю то, что рекомендуют мне подружки. Вот сейчас писк моды – этот, как его… Забыла. А, Минаев! За топ-менеджера себя выдает и типа сам о себе пишет, обличая свое окружение.

– Знаю, наслышан, – кивнул Стас. – В этой библиотеке ты его не найдешь, зато тут есть Маяковский, Пастернак, Фадеев, Замятин – сплошные совковые писатели. Их, правда, еще в школе проходят.

– Ну их в баню! – отмахнулась Настя. – Я не читала этот бред и не собираюсь. Они же все плохо кончили: Маяковский застрелился, остальные, наверное, аналогично. Мне бы чего-нибудь полегче.

– Шолохов «Поднятая целина», – предложил Стас, достав с полки увесистый том.

– Ты в самом деле достал! – толкнула его в бок Настя. – Кончай издеваться. По-твоему, я тупая блондинка, над которой можно смеяться с утра до вечера, а она ни хрена не поймет? Не выйдет. Я хоть и блондинка, но не тупая, все прекрасно понимаю.

– Я не хотел тебя обидеть, – стал оправдываться Стас, сдерживая смех.

– Я похожа на дурочку? Нет, ты скажи честно, похожа?

– Нет, что ты, как ты могла такое подумать. Наверняка сама догадываешься, какие блондинки тупые, а какие очень даже смышленые. Лично я очень люблю блондинок.

– Неужели? А твоя Вика кто?

– Брюнетка, – признался Стас. – Но это случайно получилось.

Настя ухмыльнулась и продолжила свою мысль:

– Я горжусь быть истинной блондинкой и абсолютно уверена, что на моем месте желает оказаться каждая или почти каждая брюнетка. Давно замечено, что женщины чаще перекрашивают волосы в светлый цвет. Спрашивается, зачем? А затем, чтобы быть похожими на блондинок. Исторически темный цвет – это удел простолюдинов, а светлые волосы свойственны аристократической крови, они отражают своего рода небесную подданность, особую значимость и чистоту. Даже лучшие актрисы Голливуда блондинки. Примеры не буду приводить, они у всех на устах.

– Ты меня окончательно убедила. Только не советую спорить об этом с Викой.

– И что? Я предложу ей перекраситься. Хотя нет, в таком случае появится лишняя блондинка. Пусть лучше будет брюнеткой, и я останусь вне конкуренции.

Уставшие от затянувшейся прогулки и осмотра помещения весельчаки спустились вниз и, стряхнув вековую пыль с дивана, расположились на нем. Неожиданно позвонила Вика и сообщила, что освободилась. Она навестила сестру, наболталась с ней вдоволь и теперь едет обратно в переполненной маршрутке, но застряла в пробке. Стас поделился новостями, как они с Настей нашли злополучный райсовский дом и сейчас сидят в нем в ожидании сгинувшего гастролера. Вика спросила, где находится это здание. Стас не без помощи Насти объяснил его географическое положение, окончательно запутав Викторию. К ее чести, она все-таки уловила суть и с третьей попытки пространного объяснения все же поняла, о чем идет речь и как ей отыскать затерянный особняк. Стас пообещал ее встретить, чтобы она не блуждала по опасным переулкам. Вика согласилась на его предложение и назвала примерное время своего приезда, заметив, что неплохо знает этот район.

Между тем Настя щелкнула выключателем, и под потолком загорелась лампочка.

– Гуд! Потемки нам не грозят, – бодро произнес Стас. – А то я уже свыкся с идеей затариваться свечками.

– Было бы очень романтично, – соблазнительно прошептала Настя, – ты, я и Вика. Правда, одного не хватает. Может, Андреас появится, и тогда…

– Ну вот, сама жалуешься, что боишься, а выдаешь свои тайные эротические фантазии, – усмехнулся Стас. – Противоречие у вас, барышня.

– Пустяки! – сверкнула глазами Настя. – У тебя было сразу с двумя девушками?

– Что за вопросы, как не стыдно? Я ухожу.

Стас нервно помахал ей на прощание и ушел, бесцеремонно хлопнув дверью. Настенька плюхнулась на диван, выбив из него килограмм пыли, поджала ноги и закрыла лицо ладонями.

По памяти Стас вернулся через дворы на улицу с трамвайными путями. Вика собиралась подойти к остановке, но знакомого силуэта среди ожидающих трамвая не было. Напротив остановки сверкал огнями продуктовый магазин. Стас посмотрел по сторонам и спустился в подвальное помещение мини-маркета. С потолка прохладно пыхтели кондиционеры. Он купил хлеба, воды и копченой колбасы, расплатился на кассе и, шурша пакетом, торопливо вернулся на остановку.

Из подкатившего дребезжащего трамвая показалась Виктория, первая заметила Стаса и подбежала, тут же спросив о Насте. Девушка жутко ревновала. Молодой человек неумело оправдывался, уверяя, что та совершенно не в его вкусе. Вика не верила, а Стас не утруждал себя объяснениями, зная, что ее невозможно переубедить. Отбросив споры, он взял ее руку и повел выученными закоулками.

Вернувшись в дом, Стас обнаружил Настю, спящую на диване. Вика вслух посетовала на мрачность обстановки. Зитман очнулась и лениво приподнялась.

– Привет! – поздоровалась она. – Я наслышана о тебе.

– Стас обо мне сплетничал? – смущенно спросила Вика.

– Не скажу, – стервозно ухмыльнулась Зитман. – Он постоянно о тебе вспоминал и хвастался, какая необыкновенная у него подружка.