Невеста Короля Воронов - Константин Фрес

Тайные Врата были открыты; это было понятно по тому, что меж их створок лился нестерпимо яркий свет. Бражник все еще ждал Короля; для него он держал Врата открытыми.

При приближении Королевы Бражник почтительно склонил голову, прижал руку к груди.

Он давно поправился, и шкура, когда-то рассеченная пером Бьянки, на боку его коня зажила. Теплый плащ из белой шерсти лежал на его плечах, а под ним трепетали пестрые светлые шелка его одежд, тонкие, как крылья бабочки, и горел огнем алый шелк его туники. Ни дать, ни взять — крылья ночного мохнатого мотылька. Яркий свет, пробивающийся меж створок Врат, играл бликами на его светлых волосах, выбеливал его молодое красивое лицо, искрами сверкал на губах, шепчущих заклятья. Грозное копье с острым тонким наконечником смотрело вверх, в темное ночное небо, но и одного взгляда на его наконечник заставил Бьянку, до того шагавшую с отчаянной храбростью, споткнуться и сбиться с шага и почти отстать от коня Королевы.

Невидящий взор стража Врат был устремлен на Анну, но казалось, что Бражник смотрит куда-то сквозь нее, будто пытаясь разглядеть отступившую в тень Бьянку, и это было понятно — он чуял в ней страшное зло, Двуглавого, своего заклятого врага. Но не только опасность, таящаяся в теле девушки, привлекла его внимание. Отчего-то Бражник изо всех сил старался рассмотреть ее глазами своего верного друга, коня. Но животное упрямо не желало разглядывать девицу и отворачивалось, так и не удовлетворив жгучего любопытства Бражника, и тот в мелькании образов видел лишь белесое пятно, больше похожее на бесплотное приведение, на Доорна, не обретшего хозяина.

— Ваше Величество, — произнес Бражник торжественно, стоило только Королеве приблизиться к нему и встать точно напротив. — Вас можно поздравить с очередной победой? Ваша смелость не позволила врагам подобраться близко и попытаться закрыть Врата.

От Бражника не укрылось и то, что Анна была одета очень похоже на него самого, в белый плащ и светлые шелковые одежды. Слышал он и бой с нечистью, и бегство Лукреции — тоже.

— Я обещала Королю, что никто не закроет Врат и не потревожит твоей магии. И слово свое я держу, — ответила Анна храбро; но голос ее предательски дрогнул, потому что она собиралась задать такой вопрос, на который нужно было собрать в кулак все ее мужество. Но Бражник опередил ее, увидев страх Анны.

— Король непременно оценит ваши усилия, когда вернется, — мягко произнес Бражник, и Анна, до того сидящая в седле напряженная, неимоверно прямо, почти неподвижно, шумно выдохнула и склонилась чуть не к самой конской гриве, скрывая от Бражника свои слезы облегчения и усталости. — Он скоро будет здесь, моя Королева. Я уже слышу его шаги; осталось только немного подождать.

— Так он жив? — Анна наконец-то осмелилась произнести эти три коротких слова, и Бражник кивнул.

— Конечно, моя госпожа, — серьезно ответил он. — Конечно. Если бы Король был мертв, Врата закрылись бы навсегда. Не бойтесь; Король не первый раз ходит этой тропой. Все будет хорошо.

— А можно мне… — от волнения у Анны даже дыхание перехватило. В глазах застыла немая мольба. — Можно мне отправиться к нему?.. Туда?.. Я могла бы помочь, защитить…

Губы Бражника тронула легкая улыбка, он опустил голову и конь под ним нетерпеливо заплясал, словно просясь в бой.

— Предоставьте мужчинам самим решать их разногласия, моя госпожа, — мягко, не непреклонно ответил Бражник. — Я не пущу вас туда. И не только потому, что в бою вам не место. Нет. Но Вы — Королева. Вы должны думать не только о Короле и его безопасности, но и о королевстве. В чьи руки попадет власть, если оба вы останетесь за Вратами? Я не пущу вас.

Анна тихо всхлипнула, отерла со щеки сбежавшую быструю слезу.