Замуж второй раз, или Еще посмотрим, кто из нас попал! - Франциска Вудворт

Каждая женщина со временем понимает простую истину: мужчины приходят и уходят, а любовь к детям незыблема и постоянна. Они – единственная настоящая ценность, то, ради чего стоит жить. Есть ты и ребенок – вы уже семья, самая крепкая на свете.

Максимилиану было достаточно один раз перевести наши отношения из холода в жар и обратно в холод – и я сразу отрезвела. Хватит, проходили. Я не девочка, чтобы меня так осаживать, и не потерплю такого с собой обращения. Хватит здесь сидеть, пора домой! Здоровье поправила, пусть теперь Дениэль выполняет свое обещание. Хочу к Машуне, обнять свою малышку и послать всех мужчин к черту.

Хотя… Было приятно вновь ощутить, каково это, когда за тобой ухаживают. Ну так дома никто не мешает начать смотреть по сторонам. Я с Глебом не потому, что люблю его. Чувства ушли, но осталась привычка, привязанность. На других мужчин я не обращала внимания, сердце как будто заморозилось. Но если сейчас оказалась готова к флирту, то кто знает?.. В любом случае наш мир мне нравится гораздо больше, чем этот. Магия магией, но та свобода, которой обладают наши современные женщины, здешним даже не снилась.

Когда я остыла и вернулась в дом, Дениэля с Дарстеном уже не было. До вечера я занималась тем, что подбивала дела и писала письма. Аннике. Делилась с ней своими впечатлениями об ее отце, мачехе, сестрах. Рассказала о похищении, сделала выводы насчет несостоявшегося жениха. Сообщила о деньгах в ячейке банка.

А вот книгу оставить ей не решилась. Отнесла в библиотеку поместья и спрятала на стеллаже с философскими трудами. Их вряд ли будет перечитывать Дарстен, и туда не полезет Анника. Извини, девочка, но оставлять тебе книгу с ритуалами – это как доверить обезьяне гранату.

В этот день я не только обедала, но и ужинала в одиночестве – хозяин вместе с гостем покинули особняк. Уже поздним вечером Ирида сообщила, что лорд вернулся и приказал принести перекусить в кабинет на двоих. Я уже собиралась идти купаться, но, понятное дело, теперь о сне не было и речи.

Нестись сразу в кабинет не стала. Глупо начинать серьезный разговор с уставшим, голодным мужчиной. Но я была уверена, что Максимилиан пожелает сегодня же выяснить, о чем я хочу поговорить с его другом, и осталась ждать в своей комнате, готовясь к серьезному разговору.

Внутреннее чувство не подвело, и вскоре пришел лакей с сообщением, что супруг желает меня видеть. Выдохнув, как перед казнью, пошла к нему. Хоть я готовилась к этому разговору, но нервы были натянуты до предела.

В кабинет я больше не врывалась, а чинно постучала, уведомляя о своем прибытии, и только после этого вошла. Увидела Дениэля, и немного отлегло от сердца. Некромант встал, приветствуя меня. А вот Максимилиан выглядел мрачным и недовольным. Сидел за столом, как судья, собирающийся вынести приговор. Интересно, плохое настроение мужа связано с его делами или с неразговорчивостью рыжего? Чутье подсказывало, что право рассказать о себе Дениэль оставит мне.

Супруг окинул меня долгим взглядом и неторопливо поднялся.

– Проходи, Анника.

Начинать разговор я не торопилась, как и садиться. Зато его продолжил Максимилиан, и совсем не о том, о чем я думала.

– Ты сегодня разбила горшок с цветком, который тебе был дорог. Я приказал все исправить. Как видишь, не случилось ничего непоправимого, – произнес он, делая несколько шагов в сторону и доставая откуда-то снизу цветочный горшок с розой. Поставил его на стол.

В словах мужа мне послышался подтекст: мол, что бы ни случилось, нет ничего непоправимого и лучше обо всем рассказать.

Я подошла ближе посмотреть на цветок. Он был похож, но не тот. Слишком долго я сидела над розой, желая сохранить неувядающей ее красоту, и изучила каждый лепесток и оттенок. Наверное, ту выбросили вместе с мусором, а когда получили приказ от хозяина, сорвали похожую, и садовник прорастил ее в горшке. Подделка.

– Это не моя роза. – Я с грустью погладила лепесток.

Максимилиан посмотрел на меня. На цветок…

– Я могу уточнить. Но какая разница? Это тот же сорт.

– И правда, какая разница, – медленно повторила за ним. Как символично!

Прямо взглянула на мужа и улыбнулась.

– Думаю, ты хочешь узнать, что за дела у меня с Дениэлем?

Моя фамильярность по отношению к Берийскому пришлась Дарстену не по душе, и он весь подобрался.

– Считаю, что имею на это право.

– Ничего предосудительного, Максимилиан. Потребовала с него долг жизни, чтобы он вернул тебе настоящую Аннику, – произнесла я.

Хотела бы сказать, что мое заявление произвело эффект разорвавшейся бомбы, но нет. Аррх Коурстена отреагировал весьма сдержанно, лишь приподнял бровь и вопросительно посмотрел на меня, а потом на некроманта.

– И как это понимать?

Дениэль сел в кресло, закинул ногу на ногу, скрестив руки на груди, и всем видом дал понять, что объясняться с мужем я должна сама.

– Анника настолько не хотела замуж, что провела один ритуал, призванный перенести ее как можно дальше от дома. Но вместо того чтобы самой переместиться, перенеслась ее душа. В мой мир. Я же легла спать в своем, а очнулась в ее теле. И очень хочу вернуться обратно. Я нашла ритуал и показала Дениэлю, а он указал возможную причину, почему что-то пошло не так.

Дарстен смотрел на меня с таким видом, как будто в любой момент ждал, что я рассмеюсь и скажу, что это шутка.

– И ты этому поверил?! – изумленно спросил он у некроманта.

– Аня, нарисуйте ему схему.

– Как ты ее назвал? – вскинулся Максимилиан.

– Мое настоящее имя Анна, можно Аня, если сокращенно. У нас с Анникой даже имена похожи. И в восемнадцать лет я выглядела как она. Сейчас мне тридцать четыре. В нашем мире нет магии, развитие получили технологии.

– Вы меня разыгрываете?

У Дарстена был такой скептический вид, что мои нервы не выдержали, и я взорвалась:

– Мне делать больше нечего, как разыгрывать спектакль! Наверное, я бы что-то весомее придумала, чем участие в розыгрыше, требуя долг жизни. Дайте мне чистый лист, я нарисую эту чертову схему! – потребовала у мужа.

Как ни странно, но именно мой срыв заставил Максимилиана по-иному взглянуть на ситуацию. Он достал листок бумаги и писчие принадлежности.

Рисовала я нервно и не очень ровно, а вот символы и руны передала точно. Не знаю, что не так с этими скопированными записями, но, увидев их, муж на меня посмотрел изучающим взглядом военного. Цепким, оценивающим. Как просканировал, а потом повернул голову к некроманту.

– Да-да, весьма интересное смешение классической и запретной магии, – отозвался Дениэль.

– Где ты это взяла? – требовательно и резко спросил Дарстен.

– Нашла в вещах Анники. Откуда? Спрашивайте уже у нее.

– Значит, ты очнулась внутри этой пентаграммы? – потряс он листком.