Корпорация Лемнискату. И каждый день за веком век - Наталья Косухина

– Ты виделся с папой? – спросила я.

– Благословение? – прорычала мама. – Не хочешь ли ты сказать, что собираешься на ней жениться?

– Вообще-то мы собираемся пожениться, – вклинилась я в разговор, который все больше и больше начинал меня раздражать.

– Настя, ты не понимаешь, что делаешь.

– Нет, это ты еще не поняла. Я его люблю, он любит меня. К тому же Редклиф сказал правильно: мы одной природы, которую ты так и не сможешь принять до конца. Причем я не совсем понимаю, как мой выбор спутника жизни тебя касается?

– Я же твоя мать и беспокоюсь за тебя.

– Хорошо. Тогда скажи мне, чем конкретно Фордайс тебя не устраивает?

– Тем, что намного старше тебя и опытнее. Уверена ли ты, что через пару лет все останется по-прежнему? – тихо спросила мать.

– Да, – кивнули мы с Редклифом одновременно, и я добавила: – Мы творцы и любим по-другому. Время не ослабляет наше чувство, а лишь сильнее нас им связывает. Помнишь, что оно с нами на короткой ноге?

– Если это то, чего ты хочешь… – с сомнением протянула мама, поняв, что решение я приняла и ничего не изменить.

– Да, – уверенно кивнула я.

– Я как увидела вас в газете, не поверила своим глазам. И при первой же возможности вылетела домой. Надеюсь, больше сюрпризов не будет? – устало вздохнула мама.

– Кроме того, что ты скоро станешь бабушкой? Нет, – качнул головой Редклиф.

«Ну вот зачем он так?» – думала я, смотря, как губы мамы сжимаются в тонкую линию.

Но Евгения сделала над собой усилие и ничего не сказала.

– Может, останешься на ужин? – пролепетала я.

– Я бы и переночевать не отказалась, – буркнула мама, и мы облегченно выдохнули.

Самый страшный разговор состоялся.

* * *

Как я и думала, сообщить маме было сложнее всего. Бабушка, узнав новость, позвонила мне по скайпу, и я, как могла, рассказала ей о нашем с Редклифом романе. Бабуля была довольна и с умным видом заметила, что предполагала, что все так и будет. А я, кивая и улыбаясь, сообщила ей о скором появлении правнука. И вопросы пошли по новой.

Сестра написала поздравление и обещала, что вытрясет из меня все подробности, как только вернется. И только от Ирины я получила самое лаконичное сообщение:

* * *

Место девичника выбираю я!

Ха-ха, так я ей и позволила.

Но прежде чем окунуться в приятные хлопоты, мне предстояла еще одна встреча – на этот раз с кланом Фордайсов. Соберется вся семья, родственники и друзья. Небольшой такой прием, человек триста…

Посидим по-семейному…

Именно это и старался внушить мне, нервничающей, Редклиф, пока мы добирались до загородного дома Фордайса-старшего. Но все его усилия пропали даром, едва мы вышли из машины.

Красивый большой старинный особняк призывно сверкал огнями в окнах, а недалеко от входа была припаркована машина его императорского величества.

– Император тоже здесь? – спросила я в ужасе.

– Он же мой троюродный брат, забыла? – усмехнулся Фордайс, увлекая меня ко входу, и не успела я попытаться улизнуть, как отворилась дверь и нас втащили внутрь.

– Настя, как я рада тебя видеть! – обняла меня будущая свекровь.

Редклифа, несмотря на мое сопротивление, увел отец со словами: «Нам нужно серьезно поговорить».

А я, едва меня выпустили из объятий, затравленно оглянулась.

– Я же говорила, что все у вас сложится прекрасно. И это замечательно, что вы не стали ждать с детьми, – потащила меня в шумную гостиную мать князя. – Но со свадьбой надо торопиться. Недели через две мы сможем все устроить. Мой племянник подпишет нам императорское разрешение.

– Несомненно, раз такой повод, – веселился император.

Не успела я поприветствовать его как надо, меня утащила старшая сестра Фордайса.

– Конечно, вы молодцы, что не стали ждать с детьми, но безумно важно правильное питание в начале срока. Я сейчас расскажу тебе, как было со мной…

Не дав выслушать и половины рассказа, меня утянула шумная детвора, выспрашивая, не могу ли я научить их играть в карты. С трудом отбившись под предлогом, что не умею, я попала в руки то ли кузины, то ли племянницы Редклифа, которая с горящими глазами расспрашивала меня про мой мотоцикл и просила совета, какой ей лучше всего выбрать.

Но ее перебила одна из теток Редклифа, сделав комплимент моему платью, после чего меня перехватила какая-то маленькая девочка, уговаривая научить ее добывать золото.

– Ты же ювелир!

Так вот что обо мне сообщили детям! Не все готовы к правде.

Только я начала объяснять, что ювелир и алхимик – разные профессии, как меня перехватил будущий муж, и я на радостях тут же вцепилась в него как клещ.

– Не отпускай меня больше! – прошептала я.

– Они тебя напугали? – тихо спросил Редклиф, крепко прижимая меня к себе за талию.

– Это слабо сказано.

– Давай ненадолго сбежим. – И он увлек меня в сторону террасы.

Дул пронизывающий ветер, долго находиться там было невозможно, но мне действительно требовалось прийти в себя.

На плечи опустился пиджак князя.

– Трудный был разговор с отцом?

– Непростой. Зато я узнал ответы на интересующие меня вопросы.

– О дуовитах? – прижалась я к его теплому боку.

– Да. Сейчас корпорация бросит все силы, чтобы их выследить и уничтожить. Людей Гэбста мы всех поймали и получили много информации о дуовитах, которую тот собирал годами.

– И что дальше?

– Дальше все будет в руках наших генетиков. Но, думаю, уже через пару лет появится прививка, которая будут блокировать рождение детей с мутацией дуовитов.

– А что, если это подействует на нас?

– У нас разная природа, как бы Гэбст ни тешил себя надеждой на обратное. А пока ученые работают, будем работать и мы. Надо нейтрализовать угрозу до конца и уделить больше внимания отношениям с другими корпорациями. История с предательством не должна повториться.

– Теперь все будет хорошо?

– Конечно. Кстати, у меня для тебя дома сюрприз.

– А? – с любопытством посмотрела я в глаза творца.

– С корпорацией и дуовитами ты совсем забыла о защите диплома и экзаменах. Поэтому, думаю, будешь не против, что Лемнискату исправила за тебя это недоразумение.

– Недоразумение… – пыталась я осмыслить то, что осталась без высшего образования.

– Поэтому диплом ждет тебя дома.

Неужели Редклиф все устроил и хотел меня порадовать? Пискнув, я прижалась к нему.