Экипаж - Александр Рудазов

— Ты имеешь в виду… — нахмурил брови он

— Этот корабль мне кашется очень снакомым, — обеспокоенно подтвердил серран. — А еще мне кашется, что мы пеленгуем его уше не впервые. Я практически уверен, что он болтался неподалеку и на Деметре, и на Янусе… На Янусе я решил, что мне просто покасалось…

— Свяжись с ними, — велел Святослав.

— Не отвечают, — почти мгновенно отозвался Койфман.

— Увеличить скорость.

— Не отстают, — откликнулся Косколито.

— Пошли им сигнал лучом. Пусть назовутся, иначе открываем огонь.

Койфман еще некоторое время поколдовал над своим пультом и добродушно улыбнулся:

— Есть контакт.

В центре мостика появилась голограмма высокой спортивно сложенной женщины. Судя по чертам лица — имперка. На Моручи она смотрела с неподдельным удивлением — как на вернувшегося с того света.

— Слушаем вас, капитан, — холодно промолвила она.

— Аналогичное сообщение, — ответил Моручи. — В чем дело, капитан? Мы, кажется, не нанимали вас к себе в сопровождение…

— А мы, кажется, летаем по свободному космосу, — парировала капитанша. — Мы в своем праве, капитан.

— Фрида? — одними губами произнес Моручи.

— Не могу, — сожалеюще прозвенела телепатка. — Расстояние очень большое. Вот если бы немного поближе…

— Назовитесь, капитан, — потребовал Святослав. — Ваше имя, название корабля, порт приписки.

— Это не ваше дело! — быстро ответила женщина. — Мы мирное судно!

— Вот так, да? — скептически прищурился Моручи. — Что ж, объявляю официально. Я Святослав Моручи, капитан звездолета третьего класса «Вурдалак», пятый штапель Империи. Частная собственность, свободное плавание, порт приписки отсутствует. Теперь вы либо называете себя, либо мы считаем вас пиратским судном и открываем огонь. Доступно объяснил?

— Блин, капитан, да это наверняка шпиены! — не смог сдержаться Денисов. — Этого вашего режиссера… Куросавы, блин!

Лицо капитанши еще больше окаменело. Она приоткрыла рот, явно намереваясь что-то сказать, но тут же передумала. Вместо этого она сделала быстрый жест рукой и голограмма погасла.

— Сержант, два наряда, — спокойно сообщил Святослав. — Экипаж, по местам! Включить защиту, подготовить орудия, приготовиться к бою! Связист, держать связь! Штурман, начать расчет гипера! Абордажной команде — на изготовку!

Команда стремительно забегала. Джина выпрыгнула из-за пульта, оставив Косколито в одиночестве, и начала натягивать боевой скафандр — нечто тонкое и колышущееся, похожее на живое существо. Дитирон натянул треугольную дыхательную маску и включил серебристое поле бронескафа, окутавшее его со всех сторон. Тайфун просто подъехал к абордажному шлюзу и остановился там, нетерпеливо бибикая.

На голоэкране было отчетливо видно, как от звездолета-шпиона отделилась зеленоватая звездочка и ударила точно в заднюю часть «Вурдалака». Защитные поля еще не успели заработать в полную силу, и удар достиг цели. Корабль ощутимо тряхнуло.

— Они в нас стреляют! — без всякой необходимости доложил Койфман.

— Третья дюза разбита! — крикнул Рудольф откуда-то сзади.

Косколито полностью отключился. Он слился со звездолетом, став его продолжением — его чешуя словно бы окаменела, глаза уставились в одну точку, когтистые пальцы порхали над сенсорами, уводя «Вурдалака» из-под обстрела. Рефлект-ускоритель, подключенный к запястьям, ускорил нервную деятельность в десятки раз, позволяя серрану принимать решения за доли секунды.

— Повернуться лицом! — скомандовал капитан. — Канонир, готовь ракеты! Суперкарго, за радиопушку! Лейтенант, сержант, занять позицию на лазерах!

— Елы-палы, капитан, мы же не умеем… — смутился Ежов.

— Учись по ходу! — отрезал Моручи, водя пальцами по голоэкрану — отдавал команды всем сразу.

А Денисов уже залезал в правую стрелковую кабинку. У него давно чесались руки пострелять из чего-нибудь этакого, помощнее.

Корабельные лазеры оказались предельно просты в управлении. Даже руки не обязательны. Усаживаешься в седло, надеваешь на лицо специальную маску, а дальше дело техники. Все интуитивно — наводишься на цель и палишь как можно чаще.

Из-под днища корабля вышла толстенная ракета, с диким ревом умчавшаяся к противнику. Хотя этого рева все равно никто не услышал — в безвоздушном пространстве звуки не распространяются. Но в цель она попала — одно из передних орудий разлетелось в мелкие брызги. Из канонерки донесся довольный хохот Остапа.

На вражеском корабле замерцали защитные экраны. Ежов изо всех сил долбил по гашетке, силясь попасть в какое-нибудь уязвимое место. В одно из орудий, например — их-то при всем желании силовым полем не закроешь, иначе оно само не сможет стрелять. Конечно, существуют такие вещи, как односторонние экраны — все впускают, ничего не выпускают. Или наоборот. Но в бою, когда счет идет на секунды, такая игрушка неэффективна — пока-то еще снаряд пройдет сквозь нее…

Денисов палил в черный космос, как в копеечку. Он еще ни разу не попал не то что в корабль, но и хотя бы куда-нибудь рядом. Один раз его лазерный луч даже угодил в борт самого «Вурдалака», хотя до этого считалось, что попасть в самого себя звездолет не может просто по определению! Соазссь, представитель такой мирной профессии, как суперкарго (завхоз по-нашему), и то стрелял лучше. Впрочем, ничего удивительного — до этого дня Колька-Хорек ни разу не стрелял ни из чего вообще. У Ежова хотя бы был опыт игры в авиасимуляторы — корабельные лазеры, в принципе, управлялись почти так же.

Остап выпускал ракету за ракетой. Попарно — сначала шла мелкая, бесславно погибающая на защитном поле, а в считанных сантиметрах от нее — крупная, взрывающаяся в проделанном отверстии, пока силовое поле не успело сомкнуться. Получалось очень эффективно.

Два звездолета носились друг за другом на сравнительно небольшом отрезке пространства, паля из всего арсенала. Причем большая часть — вхолостую. Что-то уходило в «молоко», что-то отражалось защитными полями, а то, что все-таки достигало цели, наносило слишком незначительный урон. Рудольф с командой робопауков-ремонтников носился по коридорам «Вурдлака», латая поврежденные места на скорую руку. На то, что он в любую минуту может погибнуть, бывший профессор не обращал ни малейшего внимания.

Одна из чужих ракет врезалась куда-то в верхнюю часть «Вурдалака». Какая-то фиговина разлетелась на кусочки, которые лениво поплыли в разные стороны. Рудольф схватился за голову — это была установка искусственной гравитации. Ближайшие часы обещали стать для экипажа очень неприятным временем…

Сиреневый Бархат, срочно призванный капитаном из своего лазарета, висел возле переднего иллюминатора в паре сантиметров от Косколито и внимательно смотрел на чужой корабль. Смотрел и смотрел. Смотрел и смотрел. А потом у них вдруг лопнула обшивка и оттуда огромными пузырями начал выходить воздух.