День Дракона - Вадим Панов

На мгновение стало страшно.

«Пальба? И тут засада? Что происходит? А где моряна? Почему не выскакивают челы?»

Через мгновение он разобрался, что в слабом магическом фоне, идущем из квартиры Итара, присутствуют новые краски. Кто-то навел морок, а потому челы не слышат выстрелов.

«Но кто стреляет? Почему? На Итара напали?»

Ундер едва не бросился наверх, на помощь компаньону, но сдержался. Сработали навыки бойца: если в квартире действительно идет бой, то лучше дождаться, пока он закончится, и напасть неожиданно, врезать по уставшему победителю, а не пороть горячку, влезая в самый разгар драки, когда обе стороны на взводе и можно получить удар от союзника.

Приняв решение, Витольд остановился на площадке третьего этажа, мысленно досчитал до пяти, стараясь успокоиться, и только потом сообразил, что шас никогда не станет отстреливаться от нападавших. Никогда. Получается, что Итар тут ни при чем…

«А если его убивают?»

«Шаса? Кто рискнет?»

Все знали, что торговцы никогда не берут в руки оружия, никогда не дерутся и навы мстят за шасов не менее жестоко, чем за своих.

Беспорядочные выстрелы стихли.

«Но в кого стреляли… — И тут до Ундера дошло: — Старуха! Дух освободился!»

Других вариантов не было.

«С кем он сражался?»

Витольд сжимал и разжимал кулаки, совершенно не представляя, что делать дальше.

И на какое-то мгновение почувствовал себя очень и очень маленьким.

— Готов, ублюдина! — Маркер ткнул носком сапога тело голема. — Все!

В комнате было полно дыма, а на стенах, потолке и мебели появились уродливые знаки только что закончившейся пальбы.

— Он мне ногу прокусил! — простонал несчастный Трубка.

— Хорошо, что мы морок навели, — буркнул Отвертка. — А то сюда челов набежало бы…

— Это Булыжник догадался, — припомнил Маркер.

— Булыжника вяжите! — завопил Тумбочка. — Это он его освободил!

— Не он, а старуха! — поправил бойца Отвертка.

— А он ей рот открыл.

Уйбуй кряхтя поднялся с пола, потряс головой и непонимающе огляделся:

— Что случилось, а?

— Сейчас узнаешь что!

— Ты старуху освободил!

— А ейный голем меня задрать хотел! Ботинок прокусил!

Булыжник покосился на Трубку, затем, окончательно опомнившись, схватил с пола пистолет и гораздо более уверенным тоном заявил:

— Меня ведьма заколдовала! Понятно?! Я сам пострадавший, мля!

Крыть бойцам было нечем: во-первых, какой-никакой, а Булыжник уйбуй, во-вторых, пистолет снят с предохранителя и первый же усомнившийся в словах начальства наверняка получит пулю в лоб.

— А ведь она и правда ведьма! — покладисто поддакнул кто-то из задних рядов.

— Зеленая! — авторитетно подтвердил Маркер, преданно глядя на уйбуя.

Отвертка, давно мечтавший возглавить десятку, спорить не стал, понял, что не время, а покусанный Трубка вернулся к созерцанию испорченного ботинка.

— Где старуха?

— Туда пошла, — услужливо сообщил Маркер. Красные Шапки высыпали на балкон и уставились вниз.

— Четвертый этаж, однако…

— По дереву сползла.

— Во дает!

— Ведьма, одно слово.

— Зеленая!

Уйбуй потер висок и осведомился:

— Ящик нашли?

— Нет.

— Значит, надо Урбеку все рассказать, — решил Булыжник. — Пусть он сам решает, что дальше делать.

— И про ведьму расскажем?

— И про ведьму, — кивнул уйбуй. — И про ботинок трубковский тоже. Пусть барыга знает, как мы за него пострадали.

Витольд проследил дикарей до фургона, убедился, что они погрузились в машину, не оставив в квартире засады, по привычке принялся вспоминать, сколько денег в бумажнике, и угрюмо усмехнулся: чего-чего, а деньги есть. Денег много.

Ундер вытащил из кармана телефон и, набирая номер, принялся ловить такси.

— Итар!

— Да? — немедленно отозвался шас. — Я скоро…

— У тебя тоже небезопасно, — быстро сообщил чуд. — Гони ко мне.

— Как небезопасно? — чувствовалось, что Кумар готов разрыдаться. — Витольд, что происходит?

— Потом расскажу, — отрезал Ундер. — Давай ко мне… Хотя нет, зайди сначала к себе. Посмотри, что там… по возможности наведи порядок.

— Ты потерял Шуму-Шуму?

— Не перебивай! Короче, посмотри, что у тебя произошло, и сразу дуй ко мне. Ключи у тебя есть. Я буду через пару часов.

— Ты где?

— Попробую выяснить, кто тебе квартиру разнес, — Витольд усмехнулся. — Чтобы знать, кому претензии выкатывать. Все. Пока.

Около чуда остановилась желтая «Волга». Ундер убрал телефон в карман, плюхнулся на переднее сиденье и попросил:

— Давай за тем фургоном.

— Ты полицейский, что ли? — нахмурился водила.

— Вот тебе две сотни для начала. — Витольд положил на торпеду бумажки. — И не задавай глупых вопросов.

— Понял.

«Волга» резко сорвалась с места.

К себе на этаж Итар поднимался на полусогнутых. Медленно. Неохотно. Останавливаясь едва ли не на каждой ступеньке. Мучительно борясь с желанием бросить все и сбежать, умчаться как можно дальше от дома, но… Витольд попросил посмотреть, что произошло в квартире. Витольд прекрасно знает, что шас не боец, и не отправил бы его в засаду. Витольд компаньон, он честен, и подводить его нельзя. Значит, надо идти.

И Кумар шел.

Медленно отворил незапертую дверь. Помялся. Бочком проскользнул в коридор. Прислушался. Не шевелился почти минуту, а затем, неожиданно осмелев, широким шагом прошел в комнату. Огляделся и, несмотря на то что находился в собственной квартире, смачно плюнул на пол, выразив таким образом свое отношение к увиденному.

— Что за сволочи здесь были?

В принципе все оказалось не так плохо, как ожидал шас. Или, возможно, гораздо хуже. Как посмотреть.

В коридоре, кухне и гостиной только натоптано. Грязные следы, раскрытые дверцы шкафов и полок, брошенное на пол белье. Ерунда.

В спальне запах порохового дыма. На стенах и мебели пулевые отверстия. Окно разбито. На полу — изрешеченный пулями голем. Крови в искусственном теле никогда не было, поэтому мертвый Шнырек казался простой куклой, на свою беду забредшей в стрелковый тир.