Ночной Дозор - Сергей Лукьяненко

Меня пробила дрожь. Мертвый пытался общатьсясо мной. Друг он или враг? Советовал или предостерегал? Не понять.

Я посмотрел сквозь стены павильона, сквозьземлю — Темный был почти на самом верху, но еще на эскалаторе. Так, попытаемсяпонять, чего хотел призрак? Идти к башне я не собирался, у меня был готовдругой, рискованный, но неожиданный маршрут. Значит, предостерегать меня отОстанкинской башни смысла не имело.

Указание? Но от кого полученное? Друг иливраг, вот главный вопрос. Не стоит надеяться, что за гранью жизни различиястерты, наши мертвые нас не покинут в бою.

Мне придется решить. Придется, но не сейчас. Япобежал к выходу из метро, на бегу доставая из подмышечной кобуры пистолет.

Вовремя: Темный маг показался из дверей инемедленно влез в сумрак. Достаточно легко, вот только я видел, что дало такуювозможность. Всплески чужих аур, темные искры, разлетевшиеся в разные стороны.

Будь я в человеческом мире, я увидел бы, какискажаются лица людей: от внезапной боли в сердце или от сердечной боли, чтогораздо тяжелее.

Темный маг озирался, выискивая мой след.Вытягивать силы из окружающих он умел, а вот с техникой был не в ладах.

— Тихо, — сказал я, и ствол пистолета прижалсяк позвоночнику мага. — Тихо. Ты меня уже нашел. Вот только рад ли этому?

Другой рукой я сжал его запястье, не даваявозможность произвести пассы. Все эти нагловатые молодые маги пользуютсястандартным набором заклинаний, наиболее простых и мощных. А они требуютслаженной работы двумя руками. Ладонь мага стала влажной.

— Пойдем, — сказал я. — Потолкуем.

— Ты, ты… — Он все никак не мог поверить впроизошедшее. — Ты — Антон! Ты — вне закона!

— Допустим. А тебе сейчас это поможет?

Он повернул голову — в сумраке его лицоисказилось, потеряло привлекательность и добродушие. Нет, он еще не обрелокончательного сумеречного облика, подобно Завулону. И все же лицо уже былонечеловеческим. Слишком отвисшая челюсть, широкий, будто у лягушки, рот, узкиемутные глазки.

— Ну и урод же ты, приятель. — Я еще разтолкнул его в спину стволом. — Это пистолет. Он заряжен серебряными пулями,хоть это и не обязательно. В сумеречном мире он сработает ничуть не хуже, чем вчеловеческом, медленнее, но тебя это не спасет. Наоборот, почувствуешь, какпуля рвет кожу, ползет между мышечными волокнами, дробит кость, рвет нервы.

— Ты этого не сделаешь!

— Почему?

— Тогда тебе нипочем не отмазаться!

— Правда? Значит, пока — шансы есть? Знаешь,мне все более и более хочется нажать на спуск. Пошли, гаденыш.

Помогая движению пинками, я завел мага в узкийпроход между двумя ларьками. Синий мох, в изобилии росший на их стенах,задергался. Сумеречной флоре очень хотелось попробовать наших эмоций: моейярости, его страха. И в то же время даже безмозглым растениям хватало инстинктасамосохранения. Темный маг им был наделен с избытком.

— Слушай, чего ты от меня хочешь? — выкрикнулон. — Нам дали ориентировку, велели тебя искать! Я лишь выполнял приказ! ЯДоговор чту, дозорный!

— Я больше не дозорный, — толчком я отправилего к стене, в ласковые объятия мха. Пусть высосет немножко страха, а то неудастся и поговорить. — Кто ведет охоту?

— Дневной Дозор.

— Конкретно?

— Начальник, я не знаю его имени.

Это почти наверняка правда. Впрочем, я егознаю.

— Тебя направили конкретно к этой станцииметро?

Он заколебался.

— Говори.

— Я нацелил ствол в живот мага.

— Да.

— Одного?

— Да.

— Врешь. Впрочем, не важно. Что приказано былосделать, обнаружив меня?

— Наблюдать.

— Врешь. И это важно. Подумай и ответь снова.

Маг молчал, кажется, синий мох излишнепостарался.

Я спустил курок, и пуля с радостным пениемпреодолела разделявший нас метр. Маг даже успел ее увидеть — глаза округлились,приобретая более человеческую форму, он дернулся, но слишком поздно.

— Пока это только ранение, — сказал я. — Дажене смертельное.

Он корчился на земле, зажимая рваную рану наживоте. Кровь в сумраке казалась почти прозрачной. Может быть, иллюзия, а можетбыть, личная особенность этого мага.

— Отвечай на вопрос!

Взмахнув рукой, я поджег синий мох вокруг.Хватит, теперь будем играть на страхе, боли, отчаянье. Хватит милосердия,хватит снисхождения, хватит разговоров. Это Тьма.

— Приказано сообщить и по возможностиуничтожить.

— Не задержать? Именно — уничтожить?

— Да.

— Ответ принимается. Средство связи?

— Телефон, просто телефон.

— Давай.

— В кармане.

— Кидай.

Он неуклюже полез в карман — ранение несмертельное, запас сопротивляемости у мага был еще высок, но боли он испытываладские. Такие, какие ему и положены.

— Номер? — поймав мобильник, спросил я.

— На кнопке экстренного вызова.

Я взглянул на экранчик.

Судя по первым цифрам, телефон может стоятьгде угодно. Такой же мобильник.

— Это оперативный штаб? Где он находится?

— Я не… — Он замолчал, глядя на пистолет.

— Вспоминай, — подбодрил я.

— Мне сказали, что сюда приедут в течение пятиминут.

Так!

Я посмотрел назад, на горящую в небе иглу.Вполне подходит, вполне. Маг шевельнулся.

Нет, я не провоцировал его, отведя взгляд. Нокогда он потянул из кармана жезл — грубый, короткий, явно не собственноручнойработы, а купленную дешевку, я испытал облегчение.

— Ну? — спросил я, когда он замер, так и нерешившись поднять оружие. — Давай!