Мастер рун - Михаил Михайлов

«М-да, тут уборка точно не помешала бы», – про себя подумал Костя, увидев в неярком свете пласты и горки пыли на любом имевшемся выступе, и «паруса» паутины, покрытой всё той же пылью. Низкорослая девушка ловко проскальзывала под ними, а вот Костя пару раз не успел и теперь с ног до головы был облеплен мусором. Если бы не плащ, то после такого можно было бы разворачиваться и возвращаться к себе в комнату.

Шли минут пять, петляя по узким проходам и несколько раз спускаясь и поднимаясь по крошечным лесенкам. Наконец, служанка остановилась на чистом пяточке перед ровным прямоугольником двери, чётко выделяющейся в каменной стене. Приложилась глазом к отверстию, заметному по тонкому лучику света, льющегося с той стороны.

– Всё хорошо, никого нет, – произнесла она, после чего дверь распахнулась. На что нажала или потянула служанка, чтобы открыть потайной проход, Костя так и не заметил.

– Госпожа, к вам господин Кост, – произнесла служанка, едва оказалась в комнате. Следом за ней вошёл Костя, чувствуя себя неловко в плаще, с ног до головы покрытого пылью и паутиной. Глядя на него Танша прыснула, закрыв ладошкой ротик.

Девушка была одета в лёгкое белое платье открывающее её руки до плеч и ножки чуть ниже колен, был и небольшой вырез, чуть-чуть приоткрывающий вид на грудь баронской дочки.

С достоинством Костя снял плащ и поискал взглядом, куда бы тот положить, чтобы ничего не замарать. На помощь пришла служанка, что приняла измазанную одежду. Вместе со своим, она сложила плащ в корзину, укрыла сверху парой простыней и поставила рядом с дверью. После чего выскользнула из комнаты. Танша тут же задвинула резной засов на двери, запирая комнату.

– Если отец узнает, что вы здесь были, то сильно разозлится.

– А он, разве, узнает? – чуть приподнял одну бровь Костя. – Да и что такого в обычном чтении?

Глаза молодых людей встретились. Несколько секунд Танша не отводила взгляд, потом покраснела и потупилась. Чуть постояла на месте, теребя платье, отвернулась от Кости, подошла к журнальному столику и взяла с него книгу, вернулась к Косте и протянула ему том.

– Там закладку положила на странице, где закончили читать, – тихо произнесла девушка и следом ещё тише, Косте пришлось почти угадывать по губам её слова, добавила. – Начните с той сцены… в храме с королевой амазонкой, когда она проиграла Шагру.

Девушка присела на маленькую кушетку на гнутых ножках, с одним подлокотником и неровной спинкой. Косте молчаливо был предложен стул с мягкой обивкой, очень высокой спинкой и деревянными узкими ручками.

«… подхваченная сильными руками героя прекрасная девушка через миг была возложена на алтарь богини хаоса. Мысль о кощунстве промелькнула в голове королевы, но была тут же смыта новыми сильными чувствами, до этого никогда не испытанными.

Прочная материя туники затрещала в руках Шагра и порвалась, открыв взору мужчины крепкие налитые с ярко-розовыми острыми сосочками груди королевы амазонок…».

Танша сидела и с полузакрытыми глазами слушала чтение.

«Да к чёрту всё. Или пан или пропал… не ради же моего таланта чтеца баронета ночью впустила к себе», – подумал Костя и решительно отложил книгу в сторону. Девушка удивлённо посмотрела на него.

– Леди, прошу меня простить, если покажусь откровенным и невоспитанным, но у меня сердце бьётся так часто, как никогда до этого даже в самых смертельных схватках. И всё это от одного взгляда на вас, от чувства, что вы рядом со мною, вы слушаете меня, смотрите на меня! – Костя опустился на одно колено рядом с девушкой, осторожно взял её правую ладошку и прикоснулся к ней губами. – Позвольте мне быть вашим рыцарем. Вашим героем, а вы будьте моей королевой амазонок!

Костя поцеловал узкую девичью ладошку ещё и ещё, потом коснулся губами чуть выше… пятый поцелуй достался шейки, шестым были награждены губки.

– Ах, Кост, что вы делаете, – тяжело дыша, прошептала Танша, не делая попыток отстраниться. Вместо ответа Костя бережно взял её на руки и понёс к кровати.