Сказки врут! - Ирина Шевченко

Наверное, он что-то сделал, когда держал меня за руку, что-то, от чего я спокойно спала всю ночь, без тревог и без снов. Но вот пробуждение никак нельзя было назвать приятным.

Сначала что-то стукнуло в стену, затем с грохотом повалилось на пол. Захлопали дверьми, затопали.

— Да пошел ты…

Я зажала руками уши: маршрут Сережка предлагал затейливый. Кому, интересно?

Хотя вариантов не так уж много.

— Хамить мне не надо, Сережа. Могу и ответить.

— Да черта с два ты что-то можешь! Только стволом размахивать!

— Чего это они? — шепотом спросила у меня Натали.

Я пожала плечами. Видимо, продолжают вчерашний разговор.

— Я тебе, Сережа, и без ствола навешаю — до конца жизни хватит. — Сокол повысил голос, а поскольку делал он так нечасто, знак был недобрый.

— До конца жизни? — рассмеялся Серый. — До конца? Денька на три, да?

— Истерику прекратил! — гаркнул колдун. — Иначе я это сделаю. И мои методы тебе не понравятся.

— Сейчас весь дом перебудят. — Натали встревоженно выбралась из постели. — Совсем с ума сошли!

Часы показывали начало десятого, вряд ли в доме кто-то, кроме нас с ней, спал до этого времени. Но, подойдя к окну, я заметила, что крики из нашей квартиры привлекли внимание караульных у подъезда. «Алкаши» обсуждали что-то, задрав головы, тетка с таксой замерла на дорожке, и даже собака, казалось, посматривает вверх и прислушивается. Точно, с ума сошли!

— Что вы тут устроили? — вылетела я на кухню.

— А, Анастасия, — скривился при виде меня темный. — Утихомирьте своего приятеля, бога ради… Достал уже!

— Чего?!

Не знаю, что сделал бы Серый, если бы я не встала между ним и Соколом, отчего-то вновь перешедшим в обращении ко мне на «вы».

— Сереж, пойдем…

— Насть, не лезь, пожалуйста. Сами разберемся.

— Вы не разбираетесь, вы орете друг на друга. Может, успокоиться и нормально поговорить?

— Нормально, Анастасия, говорят с нормальными людьми, — желчно ввернул от окна темный. — Сергея я к этой категории с недавних пор не отношу.

— Да ты… ты…

Сережка не стал отталкивать меня с пути, чтобы прорваться к обидчику, схватил со стола сахарницу и со всей дури швырнул в раскуривающего сигарету колдуна. Не попал, но оконное стекло разлетелось вдребезги, и Сокола, кажется, задело осколками.

— Ах ты ж гаденыш, — прошипел он. — С-сопляк! Я тебе сейчас…

— А ну прекратили! — Натали встала в дверях, уперев руки в боки. — Иначе сейчас я орать буду. Антон! Антон, ты где?

— Здесь, — как по волшебству появился рядом с ней охотник.

— Антон, как единственный нормальный мужчина в этом доме, можешь мне объяснить, что происходит?

Лысый развел руками.

— Ясно. Тогда слушайте оба сюда…

Провести воспитательную работу Нат помешал звонок в дверь.

— Соседи, — хмыкнула она. — Или охрана наша переполошилась.

Скорее второе. Соседи не слишком торопятся принимать участие в скандалах, чтобы и себе не отхватить.

В выводах я не ошиблась. Антон открыл и негромко уверил кого-то, что у нас все в порядке. И сахарницы у нас сами по себе летают, да. В это, возможно, даже поверили бы, если бы выскочивший в коридор Сережка не накинулся на визитера:

— О, примчался! Кто послал, если не секрет? Ле Бон? Ван Дейк? У вас там как, если по совместительству работаешь, налоговая не сильно прижимает?

— Да заткнись ты уже! — Сокол выбежал следом, отпихнув меня, а потом и Натали, и сгреб парня за грудки. — Визжишь, как баба!

— Кто — баба? — Серый извернулся, вырвался у темного из рук и резко ударил того кулаком в живот. — Я баба? Да ты у меня сейчас…