НЧЧК. Теория Заговора - Яна Горшкова

Когда великий военачальник современности Ардахир Карнанарион[18]под конец Второй Пиндостанской провозгласил свое знаменитое: «Мочить в сортире, тварей сволочных!», он подразумевал двуногих клопов – вампиров. Возможно, наделить кровососов гражданскими правами, отца всех пиндосов – Анкл Сэма вынудило отчаянное положение на фронте, но вряд ли он или его многомудрые советники предполагали, что появление в рядах пиндостанской армии вампиров спровоцирует в Серединной Империи такой взрыв патриотизма. Мальчишки и девчонки всех рас осаждали призывные пункты по всей стране, желая стать добровольцами и отправиться на фронт – мочить вампиров. Особо отчаянных юных хоббитов, сбежавших на войну из дома, полиция отлавливала по товарным поездам. Древние гоблинские патриархи достали из лесных схронов пищали и мушкеты времен Шестой Эпохи. Дриады и лешие пустили на колья заповедные осиновые рощи, и каждая эльфийская домохозяйка растила на подоконнике вместо роз и пуансетий чеснок самых едких сортов, а гномы массово сдавали в пользу армии запасы самородного серебра, включая столовые сервизы и приборы. Ненависть к вампирам сплотила подданных Владычицы, как никогда прежде за всю Седьмую Эпоху, она же склонила хинтайского императора, придерживавшегося в конфликте нейтралитета, заключить сепаратный договор о перемирии с СИВРом и прекратить тайные поставки оружия Пиндостану.

Старшему лейтенанту разведки, а ныне капитану НЧЧК, Эринрандиру ап-Телемнару в те неспокойные годы приходилось на практике выполнять приказ главнокомандующего и собственноручно делать вампирам обрезание головы. Оттого читать новомодные бестселлеры типа «Стать кровососом» и «Нижнее ухо Носферату», где романтизируются кровожадные мрази, он не мог в принципе, хотя и нечасто возмущался этим фактом вслух. Зато известие о том, что либрусек последние двое суток сидел где-то поблизости от их с Нолвэндэ жилья, всколыхнуло в Эрине всю накопившуюся за целую жизнь ненависть к бездушным клыкастым тварям. От одной только мысли, что, предположим, Нол могла остаться дома одна в прямой досягаемости либрусека, у капитана ап-Телемнара сорвало все ограничители злобности. И если бы не масть и цвет кожи, то не отличить рассвирепевшего Светлого эльфа от не менее взбешенного дроу – сына Дома Ушшос-Нах. Впрочем, не стоит думать, что хоббит Сталони и его напарник Кагырыб являли собой воплощенное умиротворение и спокойствие, не говоря уже об отважном Тылпахаше или увешанной серебряными сурикенами Юслагюлшахе. Вредный Маки сын Вуки, забыв о вражде и разногласиях, молча сунул в руки Эрина автоматный рожок с разрывными серебряными пулями.

Как это бывало всегда, в час испытания энчечекисты сплотились против общего врага, готовые положить свои жизни за спокойствие и мир в провинциальном Распадке, так же, как если бы за их спинами находился дворец Владычицы.

К моменту прибытия передовой группы НЧЧК, возглавляемой командиром ДОБРа, Ново-Форменовку оцепил полицейский спецназ. Взмыленный капитан Валко Дамкинс доложил Дзиру, что либрусек уже попытался прорваться через тройной кордон, но получил жесткий отпор. Есть жертвы.

– Плохо! – рявкнул в край расстроенный Эрин. – Ему потребуется кровь, чтобы восстановить силы и энергию. Много крови.

Дзир выругался.

– Нельзя дать ему насытиться, – напомнил капитан ап-Телемнар.

Он не стал стращать соратников возможностями высших вампиров, когда те полны сил. Самому не хотелось вспоминать о фронтовом прошлом и недавнем близком знакомстве с либрусеком.

– Тогда гоним его в сторону парка.

Обладающих ночным зрением ДОБРовцев распределили между пятью отрядами загонщиков в дополнение к приборам ночного видения, а Дзир провел краткий инструктаж, состоящий из одной фразы:

– Увидишь – стреляй!

Оно, конечно, неплохо бы захватить кровососа в плен, но это если очень сильно повезет. Инструкция в отношении высших вампиров была категорична – уничтожать.

И едва энчечекисты двинулись вглубь района – сразу стало понятно, что самая короткая ночь в году обречена стать самой кровавой в истории Распадка.

Старичок-леший, дриада, орк, гномка…кровь, кровь, кровь…целая река крови… Проклятье! Работа отнимала у Эринрандира все свободное время, он даже с ними познакомиться не успел, а ведь они были его соседями. Жили совсем рядом. А теперь не живут…

Либрусек не только выпивал кровь, он рвал тела в клочья, насыщая свою мертвую, вечно голодную плоть чужой энергией, придающей ему еще больше быстроты и силы.

Эрин бежал от трупа к трупу, ориентируясь не столько на свое зрение, сколько на команды Дзира, и думал о том, как бы сейчас пригодился вертолет с мощным прожектором, работающим в инфракрасном спектре. Ведь с каждой выпитой каплей крови вампир становился не только сильнее, но и теплее, а, следовательно, заметнее и для дроу, и для специальной техники. Впрочем, лучше глаз дроу для борьбы с темнотой еще ничего не придумали.

Капитан ап-Телемнар к тому же старался не упускать из виду свою напарницу. Все-таки Нол, при всей тренированности, очень устала за эти несколько дней.

– Держись рядом, хорошо?! – попросил он мыслечтицу, в последний момент поймав её руку и сжав пальчики в своей ладони.

Нолвэндэ сосредоточенно кивнула и передернула затвор АКМа. У неё были свои счеты с либрусеком.

– Никому не покидать жилища! Запереть двери! Закрыть окна! Никому не открывать! – голосил в громкоговоритель Дамкинс, пытаясь хоть как-то оповестить жителей Ново-Форменовки о грозящей им смертельной опасности. – Если вы находитесь в автомобиле – запритесь внутри и не выходите! Если у вас есть подвальное помещение – забаррикадируйтесь в нем! До рассвета укрытий не покидать!

Многократно усиленный колонками голос разносился по округе, в домах зажигался и гас свет, скрипели опускаемые металлические жалюзи, а те из обывателей, кто имел разрешение на ношение оружия, расчехляли свои стволы, готовясь достойно встретить неведомого врага. Надо сказать, подданные Владычицы даже в мирные и спокойные времена учениями по гражданской обороне не пренебрегали. Более того, резервистами считалось все взрослое мужское население.