Университет Ульгрейм. Лицо некроманта - Анастасия Левковская

И, конечно же, Гертвиш. О, этот персонаж в моем списке стоит отдельной строкой. Ибо умудриться за две встречи так меня заинтриговать, что и дня не проходило, чтобы я его не вспомнила, — это надо уме-е-еть!

Я настолько погрузилась в свои мысли, что опомнилась только тогда, когда начала замерзать. Ох, вода успела остыть! Сколько же я просидела? Пора, пора в постельку, а то завтра не сумею вовремя проснуться и преподаватель мне потом голову открутит.

Торопливо вытершись, я накинула халат и, зевая, вошла в спальню.

Да так и замерла на пороге. А затем принялась судорожно поплотнее завязывать поясок.

— Господин Гертвиш, — сухо проговорила я, — вам не кажется, что это уже даже не смешно?

— М-да? — ухмыльнулся тот, положив раскрытую книгу на пол. — Смотря с какой стороны посмотреть, la mia Stella.[30]

Он сидел на полу рядом с окном, вытянув одну ногу, а вторую — согнув в колене. Маска лежала рядом с ним, кажется, передо мной таиться он больше не собирался. С нашей прошлой встречи ни грамма не изменился. Впрочем, с чего бы ему?.. Приглядевшись, я поняла, что книжка, которую он читал, — моя. Ее вечером принес Марк, сказав, что там есть много сведений по духам.

Хм, интересно, и давно их милость самый таинственный некромант Содружества здесь сидит?

— С какой ни посмотри, — фыркнула я, торопливо забирая с кровати одежду. — Прошу прощения, я отлучусь…

— Прекрасно, я как раз главу не дочитал, — заявил Гертвиш, поднимая книгу с пола.

Я едва сдержалась, чтобы не выпалить что-то резкое.

Однако если кого можно назвать настоящим некромантом, так это его. Святые шестеренки, да он даже не пытается скрыть противный характер! Интересно, он всегда таким был? Или это я такой невиданной чести удостоилась?

Переоделась я очень быстро. Любопытство терзало меня, порождая сотни вопросов, которые я наверняка не решусь озвучить.

Вернувшись в спальню, я, недолго думая, села напротив Гертвиша на пол.

— Честно говоря, я не ждала тебя так быстро, — откровенно сказала, глядя в карие глаза.

Помнится, в прошлый раз я ему свободно тыкала. Надеюсь, он не оскорбится. Потому что мне так определенно легче.

— Я был свободен, — безмятежно отозвался он, а затем, усмехнувшись, помахал книжкой: — Ты решила сменить специализацию, chaton?

— Не дождетесь! — Я вернула ему усмешку. — Это для работы. Мне подкинули задачку, затрагивающую духов.

— Я могу помочь? — серьезно спросил Рин, чем очень меня удивил.

— Ну… От помощи не откажусь, — медленно отозвалась я и привычно потеребила браслет на левом запястье и сосредоточенно нахмурилась. — Но сначала надо понять, что именно мне понадобится в решении этой задачи.

— Если буду нужен, скажи Улли — он мне передаст. — Гертвиш отложил книгу в сторону. — Все-таки я тебе должен за прибор, — искренне улыбнулся.

— Глупости. — Я решительно качнула головой. — Если кто тут кому что и должен, так это я тебе. А я терпеть не могу быть неблагодарной. Ты ведь спас меня от участи худшей, чем смерть. И я…

— Нет участи худшей, чем смерть. Это я тебе как некромант говорю, baka,[31]— довольно резко оборвал меня Гертвиш и щелкнул по лбу. — Чтобы я от тебя подобной ереси больше не слышал.

Я рвано выдохнула и потерла пострадавшее место.

Вы посмотрите на него, наглец какой! Указывает мне еще, как быть и что думать!

— Как скажешь, папочка, — медовым голосом пропела я и, демонстративно похлопав ресницами, сложила ладошки в молитвенном жесте.

Он на миг опешил, а затем низко, протяжно расхохотался.

— Ну ты и язва, piccina, — выдохнул, отсмеявшись, Рин и пристально на меня уставился. — Тебе палец в рот не клади — по локоть отхватишь.

— Кто бы насчет язвы еще говорил, — фыркнула я и, скрестив руки на груди, склонила голову. — Мне до вас, о великий шивари, еще учиться и учиться.

Думаете, проняло? Ага, аж два раза. Этот нахал благосклонно улыбнулся и высокомерно заявил:

— Я некромант. Мне по статусу положено.

Так-то оно так, но… Я оперлась ладонями об пол и, подавшись к нему, хитро сощурилась:

— Вот мне интересно… Ты под личиной тоже язвишь направо-налево или сдерживаешь души прекрасные порывы?

— Вот мне интересно, — эхом отозвался он и наклонился вперед так, что расстояние между нашими лицами стало совсем незначительным, — ты никогда не упустишь случая, чтобы добыть нужные крупицы сведений, little fox?[32]

Мне почему-то стало не по себе, и я резко отодвинулась, молча признавая победу в этом раунде за Гертвишем. И, судя по его довольной улыбке, ему это понравилось.

— А почему бы и нет? — независимо заявила я и вскинула бровь. — Или это та информация, которую ты будешь трепетно хранить до последнего?

Он молчал долго. Сидел, смотрел на меня со странной полуулыбкой. И, честное слово, я бы многое отдала, чтобы узнать, о чем он думает. Наконец полуулыбка сменилась настоящей ехидной усмешкой, и господин опальный некромант задумчиво протянул:

— Это даже может быть интересным… Но скажи мне, ma fleur effronte,[33]что мне будет за то, что в перспективе может принести мне же крупные неприятности?

Тяжелый задумчивый взгляд почему-то заставил смутиться. И я едва сдержалась, чтобы не отвести глаза. Да чтобы я спасовала перед ним? Ни за что!

— Ой-ой-ой, какие мы меркантильные, оказывается, — я щелкнула пальцами и хитро на него зыркнула. — Если уж разговор пошел в такое русло… Как насчет того, что я помогла с прибором?

— Знания за знания, — ни секунды не колеблясь, отозвался Рин. — Все, чем я могу тебе помочь в некромантии, стихийной и портальной магии, — к твоим услугам. А вот что касается моей безопасности… — Он широко улыбнулся. — Мне нужна веская причина, чтобы на нее наплевать.

И в этот момент я осознала, что у меня закончились слова. Цензурные. Полностью. Редкий момент, когда даже бабулиного словарика мне казалось недостаточно. Я бы этого гада приласкала чем-то из лексикона наших рыбаков… От души. Он же меня провоцирует. Нарочно! Если бы его действительно так волновало, что я узнаю подобные крохи, наотрез отказался бы и все! А он… Дразнит, кружит, словно хищник. Так и хочется задать вопрос из разряда: «А не запали ли вы на меня часом, господин Форендай Гертвиш?» О-о-о! Нет. Куда-то меня уже не туда свернуло.