Братство Конца - Евгений Малинин

– Все, хватит стонать! Пошли к Душегубу!

– Пошли! – тут же согласилась Эльнорда, и они шустро пошагали вдоль слабо освещенного коридора в сторону троллева узилища. С умилением глядя на неожиданно подружившихся извечных скандалистов, я двинулся следом.

Довольно быстро мы достигли дверей Душегубовой камеры. Здесь Фродо справился с замком еще быстрее и сам распахнул камеру, пропуская вперед эльфийку. Она заглянула в открывшуюся перед ней темноту и негромко позвала:

– Душегубчик…

Ответом ей стало негромкое всхрапывание, заканчивающееся неразборчивым бормотанием. Она позвала погромче:

– Душегу-у-б…

– М-да… – глухим басом проворчал тролль, и не думая просыпаться.

– Ну-ка, пропусти… – Я легко подвинул своих товарищей чуть в сторону и в свою очередь заглянул в камеру. Мрак, царивший в ней, мне очень не понравился, он имел явный запах колдовства. Слабый свет, мерцавший в коридоре, не перетекал и одного сантиметра за порог обиталища Душегуба.

Быстренько прикинув по памяти размеры темной комнаты, я сотворил заклинание, и в моих ладонях появился ярко светящийся шар величиной с голову тролля. Шар, словно живое существо, вырвался из моих рук и шмыгнул внутрь.

Камера мгновенно осветилась, и мы увидели, что Душегуб спит, сидя на своих нарах. Лечь ему мешала укороченная цепь, приковывавшая его к стене.

Увидев тролля, Эльнорда метнулась к нему и принялась его трясти. Голова Душегуба, с минуту помотавшись самым замысловатым образом, треснулась наконец со всего размаха о стену, и тролль промычал, не открывая глаз:

– В ухо хочешь?

– Душегубушка, просыпайся… – буквально пропела эльфийка, и я клянусь, у нее на реснице блеснула слеза.

Ее нежный голосок проник в затуманенное колдовским сном сознание тролля, и он медленно разлепил глаза. Несколько секунд Душегуб мутным взглядом рассматривал склонившееся над ним лицо, а затем на его толстых губах расцвела блаженная улыбка.

– Какой сон! – прорычал тролль и снова закрыл глаза.

– Надо что-то делать! – деловито проговорил хоббит и, протянув руку, бесцеремонно приподнял Душегубу веко. Глаз под ним закатился, и тролль даже не шелохнулся.

– Спит, зараза! – констатировал Фродо. – Что будем делать?

Он наклонил свою головенку, рассматривая сидящего тролля и неожиданно добавил:

– Хочу вас сразу предупредить, если он не проснется, я его на себе не потащу!

– Я потащу, – тут же высунулась Эльнорда. – Нельзя же его здесь оставлять!

– Никого тащить не придется, – зашипел я на обоих довольно свирепо. – Своими ногами пойдет!

Мне уже было ясно, что нашего друга держат под заклинанием. Более того, я вполне отчетливо видел переплетение наговора, охватывающее голову тролля, и то, что наговор постоянно подпитывается. Вот только я никак не мог обнаружить источник этой подпитки. Склонившись над сидящим телом, я взял Душегуба за плечи и попробовал чуть-чуть отодвинуть его от стены. Цепь, удерживавшая тролля, натянулась.

– Ты его задушишь! – чуть ли не взвизгнула Эльнорда, пытаясь помешать моим действиям. Тролль и в самом деле чуть захрипел, но я уже увидел на стене за его спиной маленького зеленого клопа. Именно он генерировал заклинание.

Просунув ладонь между троллевой спиной и стенкой, я прижал клопа ногтем. Тот слегка дернулся, пожелтел и прилип к подушечке моего пальца, а Душегуб тут же открыл глаза.

– Так это не сон! – прогудел он несколько ошарашенно, уставившись на эльфийку. – Ты на самом деле пришла ко мне!

– Конечно, на самом деле… – прошептала девушка, также не сводя с тролля глаз.

– Гляньте-ка! – пробурчал Фродо. – Они ж никого кроме друг друга не видят.

Левый глаз Душегуба съехал в сторону и уставился на хоббита.

– Во! И потерявшийся малыш здесь… – нисколько не удивился тролль.

– Ты как себя чувствуешь? – вмешался я в это разглядывание. – Нам надо срочно уходить из Храма, ты сможешь идти самостоятельно?

– Или Эльнорда тебя понесет… – немедленно добавил Фродо.

– Не надо меня нести! – пробасил тролль, поднимаясь с топчана, но цепь немедленно дернула его назад.

Душегуб поневоле сел на место. Но тут же ухватился обеими своими ручищами за сковывавший его стальной ошейник и одним движением порвал его. Отбросив цепь в сторону, Душегуб снова поднялся и буркнул:

– Пошли…

Но не тут-то было!

Цепь, с громким бряком рухнувшая на пол, извернулась и, как удав, метнулась к своему пленнику, а разорванный ошейник обхватил его ногу и снова сомкнулся.

Тролль, собиравшийся как раз в этот момент сделать первый шаг, едва не упал, и по каземату пронесся его разъяренный рык. Стремительно наклонившись, он взялся за ошейник, вновь разорвал его. Тот цапнул тролля за запястье и, мгновенно сократившись, обхватил его. Тролль, не обращая больше внимания на ошейник, ухватил свободной рукой толстое звено цепи и с силой дернул. Из стены выскочила еще пара метров цепи, а тролль, тут же перехватившись, снова дернул. Однако цепь, судя по всему, вышла из стены уже на полную длину, и второй мощный рывок тролля порвал цепь у самого основания. Ее свободный конец с глухим звоном попытался опутать ноги тролля, но тот, перехватив метнувшийся хвост, мгновенно завязал цепь узлом, а затем еще и еще раз. Длинная толстая цепь превратилась в какой-то узловатый дергающийся комок, а тролль в очередной раз порвал ошейник и отбросил завязанную цепь от себя. Она откатилась под топчан и бессильно задергалась там, пытаясь освободить свои звенья.

– Пошли… – повторил тролль и шагнул к выходу.

Вся эта борьба длилась буквально несколько секунд. Я не успел произнести отыскавшееся в памяти заклинание «на укрощение дикого железа», как все было кончено.

Мы выскользнули в коридор, и Фродо аккуратно запер дверь.

И снова маленький хоббит двинулся по темному коридору в одному ему известном направлении, но теперь за ним скользили три высокие тени.

Скоро коридор кончился лестничной клеткой, и мы начали подниматься вверх. Поднявшись на четыре этажа, мы оказались на площадке, и выхода с нее не было. Во всяком случае, мне так показалось. Однако хоббит, похоже, очень хорошо изучил наш маршрут. Наклонившись к голой кирпичной кладке, он пошарил по кирпичам своими мохнатыми ладошками, и неожиданно часть стены бесшумно вывалилась наружу.

Нам в лицо пахнул свежий ночной воздух.

– Свобода, – восторженно прошептала Эльнорда, но ее тут же осадил суровый писк Фродо:

– Нет еще…

Он первым нырнул в образовавшийся проем, а следом с немалым трудом выбрались и мы. Лаз, открытый хитроумным хоббитом, был очень мал, так что Душегубу пришлось попыхтеть, выбираясь наружу. Но все кончилось благополучно. Над нашими головами мерцало звездами темно-коричневое небо.