Паутина - Алексей Калугин

За все то время, что они шли по тропе, квестеры всего раза три или четыре заметили темные тени, проскользнувшие у них над головами. И то нельзя было с уверенностью сказать, что это зонтичники. Должно быть, с рассветом крылатые вампиры скрылись в своем тайном убежище. И все равно незримое присутствие этих мерзких тварей ощущалось едва ли не на подсознательном уровне. Зловещая напряженность, казалось, витала вокруг. Как будто сельва, все ее обитатели жили в ожидании сумерек, когда зонтичники снова вылетят на охоту.

Нельзя сказать, что никто из квестеров не надеялся, что сельва, по которой они шли, когда-нибудь наконец-то закончится. Но когда это на самом деле произошло, то стало неожиданностью для всех. Заросли деревьев и кустов не становились постепенно реже, между деревьями не появлялись просветы. Просто в один прекрасный момент квестеры сделали несколько шагов и вдруг поняли, что сельва осталась за спиной. А перед ними расстилаются ухоженные плантации, засаженные невысокими деревьями, достигающими четырех-пятиметровой высоты. Далеко, за деревьями, белели стены невысоких сельских домиков, над которыми возвышалась такая же белая колокольня.

– Ну, вот и пришли, – только и сказал, глядя на эту пастораль, Камохин.

– Цивилизация, – расплылся в блаженной улыбке Брейгель.

– Я не любитель кофе, – сказал Орсон. – Но говорят, что гватемальский непременно стоит попробовать.

– Это – кофейная плантация? – взглядом указал на деревья Осипов.

– Именно, – кивнул биолог. – Основной продукт экспорта Гватемалы.

Теперь они шли по уже хорошо утрамбованной дороге, на которой тележки оставили две неглубокие колеи. Яркое солнце, то и дело пробивающееся сквозь редкую тень листвы кофейных деревьев, слепило глаза. Так что квестерам пришлось снова достать солнцезащитные очки. А Орсон еще и шемаг на голову накинул. Только завязал он его не по-арабски, а по-бабьи – затянул узел на шее под подбородком, а болтающиеся концы закинул на спину. Людей не было видно, но плантация не производила впечатления заброшенной. Значит, кто-то за ней присматривал. И собирал созревшие плоды.

Вскоре квестеры увидели ручную тележку с высокими бортами. В тележке стояли корзины с большими пластиковыми бутылями и далеко не новый ручной опрыскиватель с длинной рукоятью.

– Инсектициды, – сообщил Орсон, изучив наклейки на бутылях. – Кофейные деревья не переносят вредителей.

– Похоже, местные жители не заметили, что оказались в аномальной зоне, – пошутил Осипов.

– Местные жители – обычные крестьяне, живущие от урожая до урожая, – вполне серьезно сказал Камохин. – Им дела нет до того, что происходит вокруг – им нужно сохранить и собрать урожай. Для них это вопрос жизни и смерти.

– Не преувеличивай, – скептически улыбнулся Орсон. – Сейчас не восемнадцатый век.

– В некоторых странах с тех пор мало что изменилось.

Камохин поправил автомат на плече.

Брейгель отбежал на два шага в сторону и придирчивым взглядом окинул своих спутников.

– Слушайте! А местные, часом, не примут нас за боевиков наркокартеля?

В словах фламандца была доля истины. Вид у квестеров действительно был довольно-таки устрашающий. Разве что невысокий рост Орсона не соответствовал распространенному представлению о том, как должен выглядеть высокооплачиваемый громила. Да и шемаг, который он повязал на голову, не придавал ему стати. Но за провинциального головореза англичанин мог запросто сойти.

– А в Гватемале есть наркокартели? – спросил О сипов.

– Конечно есть, – уверенно ответил Орсон. – Это же Южная Америка! Здесь в каждом городке с населением, превышающим тысячу человек, есть свой наркокартель!

– Ага, – на ходу кивнул Камохин. – А в Москве по улицам медведи ходят.

– Медведи в Москве по улицам уже не ходят, – невозмутимо возразил ему англичанин. – Москва утонула! Там теперь вместо медведей – морские котики.