Попробуй ее сжечь! - Надежда Первухина

Ведьмы принялись перешептываться в том смысле, что это уже мало похоже на праздник.

– Да вы что! – взревел Акашкин. – Вы что же, думаете, это настоящий костер?! Дамы, вы меня обижаете! Я же почетный пожарный, специалист по технике безопасности! Это имитация, всего лишь имитация! Световое волокно! Шарики-фонарики! Светодиоды!

– А, будь что будет! – воскликнула Юля и вышла вперед. – Я залезу на этот ваш помост!

– Отлична-а-а-а!!! – взвыл Акашкин. – Кандидатка на роль сжигаемой ведьмы нашлась!!!

– Юля, без глупостей, – с болью в голосе сказал Данила.

– Да прекрати, – рассмеялась Юля. – Это же театр.

И при помощи Акашкина она почти взлетела на помост.

– Браво! – вскричал Акашкин. – А теперь… Да будет огонь!

И едва журналист выкрикнул эти слова, вспыхнули разноцветным светом светодиоды и «шарики-фонарики», да еще по периметру помоста заискрились бенгальские огни.

– Вот он, костер ведьмы! Урра-а! – закричал Акашкин.

Все ведьмы растерянно зааплодировали этому мощному световому эффекту – и в самом деле тоненькая фигурка девушки в потоке ослепительных огней смотрелась просто потрясающе…

А потом… Никто не заметил, как это произошло.

Только Акашкин перестал быть Акашкиным. Он превратился в худого нескладного мужчину в черном одеянии. И глаза его были холодны, как мертвые пески времени. А речь словно вылепили из пластилина.

И всеми ведьмами, всеми, кто был тогда у помоста, вдруг овладела странная… бездеятельность, что ли. То есть всё видеть – видели, понимать – понимали, а сделать ничего не могли. Даже Анна Николаевна. Даже Данила и Марья Белинская.

То, что было проводами и светодиодами, вдруг ярко и дружно полыхнуло настоящим, яростным огнем. Пламя взметнулось высоко, почти до самого звездного неба, и мгновенно потонул в этом пламени отчаянный крик Юли:

– Я горю!

Костер бесновался недолго. Когда он прогорел, оцепеневшие жители Щедрого увидели только обугленный помост да оплавленные провода.

Да еще как безумный хохотал худой невзрачный человек:

– На ней был знак, и она сгорела! На ней был мой знак, и она сгорела! Они все сгорают! Стоит только разжечь костер!!!

– Замолчи! – властно приказал женский голос.

Расталкивая толпу, как кукол, к корчащемуся человеку подошла Безымянная Ведьма.

– Я победил! – сказал он, распрямляясь, но всё равно заглядывая ей в глаза снизу вверх.

– Ты не победил, – покачала она головой.

– Я сжег ведьму, – заявил Теодитор. – Всё-таки сжег.

– Мне жаль тебя, – сказала Безымянная Ведьма. – Но ты заблуждаешься. И вместе с тобой будут заблуждаться очень многие, до тех пор, пока…

– До тех пор, пока…

– Пока я не решу, что пришло время остановить костры, – загадочно сказала Безымянная Ведьма и исчезла во тьме.

Тьме, которой известно слишком много тайн.

Тула, 2006