Профессиональный некромант. Мэтр на учебе - Александра Лисина

Я довольно быстро понял, что мое тело свежо, бодро и абсолютно невредимо. Подивился тому, что на затылке даже шишки не осталось. Потом почувствовал нарастающее тепло в спине, а затем с изумлением сообразил, что лежу не на чем ином, как на темном алтаре, который, хоть и был слабеньким, все же смог пробудить к жизни мою вторую печать и теперь добросовестно накачивал ее силой.

Более того, судя по тому, как меня сейчас распирало, за время отключки находящийся во мне ритуальный кинжал уже успел опустошить алтарь и на этом не остановился. Использовав жертвенный камень как переходник, он продолжал высасывать энергию прямо из воздуха словно дорвавшийся до крови упырь, которого много лет держали на голодном пайке. Бесхозной силы тут плескалось столько, что ее можно было пить, захлебываясь от жадности, и не бояться, что она когда-нибудь закончится. Настоящий бездонный колодец… разумеется, для тех, кто знает, как им воспользоваться.

Самое же смешное заключалось в том, что в нашей доблестной академии имелось лишь одно место, где постоянно сохранялась высокая концентрация темной энергии, — Черная башня. Вернее, находящиеся под ней лаборатории, в которые я так стремился попасть.

Честное слово, я едва не расхохотался, когда понял, что самым наглым образом обворовываю родное учебное заведение. Ведь, по всем законам, я должен был лежать сейчас в лежку, с ужасом чувствуя, как меня, светлого, с дикой скоростью покидают силы, а дар прочно блокируется влиянием алтаря. Но затем подумал, что в моем почтенном возрасте не к лицу оглашать подземелье зловещим гоготом, поэтому обошелся простым смешком. После чего поерзал, устраиваясь поудобнее, и блаженно прикрыл глаза.

Все. Ни за что отсюда не слезу, пока не наемся досыта. А когда наемся, то даже убивать никого не стану, сегодня я добрый и великодушный. По крайней мере до тех пор, пока могу без опаски использовать свой второй дар.

Браслеты на руках, отзываясь на заклинание, послушно щелкнули и раскрылись, позволяя мне сладко потянуться. Оставшиеся без дела цепи обиженно звякнули, сползая на стол. Висящий под потолком светляк пугливо затрепетал, когда я шумно выдохнул. И окончательно погас, погрузив комнату в кромешный мрак.

Чтобы ускорить процесс насыщения, я с головой ушел в «мундитацию» и принял максимально эффективную для этого позу — лежа на спине, положив одну ногу на другую и скрестив руки на груди. И пролежал так, наверное, минут пятнадцать, прежде чем мое уединение было грубо нарушено.

— Все, он дозрел, — донеслось до меня приглушенное из-за двери вместе с быстро приближающимися шагами. — Осталось только надавить.

— Вы обещали не причинять ему вреда! — вскрикнул девчачий голос. Ага, кажется, это моя маленькая обманщица объявилась. — Алес!

— Да помню я, не кричи, — раздраженно ответил парень, какой-то адепт, вероятно. Его голос — низкий, грубоватый, с отчетливой хрипотцой — был мне совершенно незнаком. — Чего заладила?

— Ты сказал, что не тронешь его! — настойчиво повторила Верия. — Ты обещал, что только поговоришь!

— Я и поговорю. Ты все правильно сделала, не волнуйся. Твоему приятелю нужно будет честно ответить на наши вопросы. Только и всего.

Я заинтересованно дернул ухом, не прерывая «мундитации». Так-так-так… кто тут собрался на меня надавить? И кому именно я обязан своим появлением в Черной башне?

— Ему не будет больно, честно, — с усмешкой пообещал Алес, остановившись у самой двери. — А если и будет, то назавтра он об этом даже не вспомнит. Даю слово.

— Алес! — отчаянно взвизгнула Верия, и в дверь с наружной стороны что-то несильно ударилось.

— А как ты хотела? — пренебрежительно фыркнул парень, судя по звукам, оттаскивая девочку в сторону, а затем с отвратительным скрежетом отодвигая засов. — Информация — самое важное, что у нас есть. И порой приходится чем-то жертвовать, чтобы получить ее от врагов. Мы ведь не можем отпустить твоего светлого приятеля, не добившись результатов, правда? Как не можем позволить ему рассказать о нашей встрече преподавателям…

— Но так нечестно! Ты обещал!

— Кто-нибудь, уберите ее отсюда, — холодно велел Алес, и за дверью тут же послышалась возня. — И проследите, чтобы мелкие сюда не заглядывали. Хватит им впечатлений.

— Нет! — снова вскрикнула Верия, заставив меня удивленно приоткрыть один глаз. — Нет, Алес! Не смейте его обижа-а-ать!..

В этот момент дверь со зловещим скрипом отворилась, показав мне кусок плохо освещенного коридора. Девчоночий визг на мгновение взвился под самый потолок, отозвавшись в ушах пронзительным звоном. Затем кто-то, похоже, зажал Верии рот. Наконец где-то неподалеку грохнула еще одна дверь, и шум в коридоре окончательно стих.

— Что такое? — удивленно пробормотал первый вошедший, обнаружив, что в комнате царит непроглядная темень. Судя по всему, именно тот парень, которого мелкая предательница называла Алесом. — Светляк, что ли, сдох?

— Наверное, — протянул другой адепт, заходя следом. — Надо было его еще вчера заменить.

— Я сейчас новый сделаю, — пообещал третий, закрывая за собой дверь, и я тихо хмыкнул. Правда, вставать с алтаря не спешил и даже руки опустил обратно, чтобы отсутствие браслетов не так сильно бросалось в глаза, — когда еще столько силы на халяву удастся хапнуть? А когда парень забормотал заклинание, я на пару секунд прикрыл веки, чтобы вновь зажегшийся светляк не ударил по глазам. Затем снова их открыл и, приподняв голову, с любопытством уставился на вошедших.

Их оказалось трое — самоуверенных темных, решивших устроить допрос первогодке. Причем, судя по нашивкам на мантиях, только один из них был с пятого курса и получил право носить на груди черную полоску, обозначающую род его будущей деятельности. Именно он-то, на правах старшего, и вошел в мою скромную обитель первым.

Их лиц, правда, я не увидел — адепты предусмотрительно надели маски в виде оскаленных звериных морд. Наверное, предполагалось, что они будут выглядеть устрашающе, но лично у меня обведенные черной краской прорези для глаз, клыкастые ухмылки и мазки светящейся в темноте вытяжки из семян астериса не вызвали ничего, кроме скептической усмешки.

Хотя стоит признать, что задумка была неплохой, — мальчишки, не полагаясь на магию, подумали даже о таких мелочах. И не только надели бесформенные балахоны, под которыми нельзя было различить особенности фигуры, не только притащили меня сюда оглушенным и забросили на алтарь, но еще и установили над комнатой полог тишины. Теперь меня можно будет тут на куски резать, и никто снаружи не услышит.

Способные мальчики, не правда ли?

— Ну, здравствуй, Невзун, — сказал Алес, остановившись в паре шагов от алтаря. — Наслышаны о тебе. Надо сказать, для первогодки ты сумел неплохо себя показать.

Я прищурился, изучая довольно средненький дар паренька, и хмыкнул.

— Вот спасибо. Надеюсь, это не зависть заставила вас пригласить меня на интимную беседу?