Чистовик - Сергей Лукьяненко

Союзники — в этом слове всегда есть элемент временности.Союзники Второй мировой благополучно разругались, едва закончив войну, да и вовремя войны уже готовились к будущему противостоянию. Советский Союз распался —и теперь отношения между бывшими союзными республиками куда хуже отношений спрежними врагами. Так и в обычной, человеческой жизни — часто ли мы употребляемслово «союзник»? Друг, товарищ, единомышленник — запросто. А в слове «союзник»будто заложен будущий раскол. Он не друг. У нас просто общие интересы. Вкакой-то одной сфере и на какой-то определенный период времени.

Ох, зря Советский Союз назвали Союзом! Заложилилингвистическую мину под будущее. А стоило хотя бы поинтересоваться, откудавзялось слово «союзник»! Две с лишним тысячи лет назад так называли подчиненныеРиму области Италии, которые обязаны были во всем помогать Риму, но саминикаких прав не имели…

Я вздрогнул, сообразив, что рассуждаю на тему, о которойникакого представления раньше не имел. Способности функционала прорезались.

Значит, я делаю выбор.

Та часть меня, которая, если верить роботу, вообще кчеловеческой плоти и крови не имеет никакого отношения, моя «измененнаявероятность», проснулась и любезно предлагает мне доступ к энциклопедическимзнаниям.

Я недолго колебался.

— Хорошо. Мы союзники.

— Я нуждаюсь в человеческой помощи. — Робот поднялся. — Входв здание открывается только для людей. Как ты видишь, я не слишком подхожу подопределение человека. Мне приходилось ждать появления людей, чтобы попытатьсявойти в строение.

— Эй! — Я тоже вскочил. — Так ты уже пытался?

— Да. Иногда здесь появляются люди. Авантюристы, искателиприключений, охотники за сокровищами. Если мне удавалось их задержать, то яотвечал на их вопросы и предлагал совместный поход в башню.

— И много таких было?

— Шестьдесят два человека. Совпадение с количеством лет,проведенных мной здесь, случайно. Иногда люди не появлялись три, четыре года.Самый большой перерыв прервало твое появление — девять лет.

— Замечательно. И что они спрашивали, что ты им отвечал?

— Они задавали другие вопросы: есть ли в здании сокровища,есть ли у нас шансы войти туда и выйти обратно. Я отвечал, что сокровища есть ишансы — тоже.

— И все соглашались?

— У них не было выбора. Я объяснял, что не могу допуститьширокой утечки информации о себе. Они должны были идти со мной — или погибнутьсразу. Они предпочитали идти.

— И гибли?

— Да.

— Просто чудесно! — Я уставился в безразличные стеклянныеглаза. — Ты не добрый робот, верно?

— У меня есть цель. Ты всегда бываешь добрым?

— Но я… — Я замолчал. Что «я»? Человек? Так и передо мнойчеловек в металлическом теле. Он не связан никакими законами, он поступаетсвободно.

— Они шли сюда, зная, что рискуют и могут погибнуть. Имхотелось приключений и сокровищ. Они получили приключения, и у них был шансобрести сокровища. Все честно.

— Ты и мне поставил бы этот выбор?

— Если бы ты отказался — конечно. Но ты же не отказался. Тысам хочешь туда попасть. Разве не так?

Логика — штука хорошая. Хоть и подлая.