Раб запертых земель - Артем Каменистый

На другой день отряд понес первые потери. И на этот раз досталось прежде бессмертному Росу.

До полудня продвигались по территории скрамов. Поначалу отбивались от «слоников», затем они пропали, но им на смену пришли стаи мелких с вожаками. Опасных ситуаций не случалось, расслабились — вот и поплатились за это: с потолка спикировал матерый теневик и, как в прошлый раз, выбрал своей целью Штучку.

Тварей будто раздражала беззащитность флайтинга.

Рос успел среагировать, кинул ему «Сон». Умение не сработало, а моб, оставив девушке меньше половины здоровья, перекинулся на обидчика. Двигался он неимоверно быстро, успеть спеленать его лапы не получилось. Пета, бросившегося на защиту хозяина, теневик несколько секунд игнорировал, нанося Росу удар за ударом. Тот попытался повесить щит, но каст был сбит в самом начале. И почти сразу наступила темнота.

А затем во мраке зажглась надпись:

«Игрок Опасная Штучка влила в ваше бездыханное тело живительную силу. Желаете встать на поле боя? Да/нет?»

Над выбором Рос не раздумывал и через миг обнаружил себя лежащим на сыром мху. В двух шагах Танг отчаянно отбивался от громадного теневика, Штучка, стоя вдалеке, раз за разом кидала ему лечение.

Самое паршивое, что при воскрешении персонаж поднимался с десятью процентами от запаса маны на момент смерти и пятидесятью процентами от общего значения жизненной энергии без учета бонусов экипировки. Спасибо, что моб не бил массовыми умениями, а то велик риск отправиться туда, откуда только что пришел.

Бросив Тангу щит, Рос достал кристалл с душой «слоника», активировал. Пет поднимался секунд сорок, все это время невозможно было применять умения, оставалось лишь бессильно наблюдать, как к точке зарождения питомца слетаются клочья мха, камни, какой-то непонятный мусор.

Бросив питомца в бой, Рос начал лечить нордера: здоровье его к этому моменту упало до опасной отметки. Спустя пару минут все дружно вздохнули. Проскочили: никто не улетел на точку воскрешения.

— Прости, Рос, я кинула ему «Сон», но он не прошел.

— Да видел я, все нормально. Крут он для нас.

— Ты упал, и пет твой упал.

— Ну да. Без хозяина они не живут.

— Ага. Я такое видела у некромантов. Будь у меня старый посох — и Танг бы умер. Я даже с ним его не могла лечить как следует, жизнь хоть не так быстро, но падала. Хорошо, ты помог, я уже чуть не плакала.

— Он мне шлем помял. Починишь?

— Давай, Танг.

Спустя полчаса подверглись нападению еще одного теневика, тоже матерого. Спасло то, что своей целью он выбрал Танга.

Тут уж даже до дураков должно начать доходить: здесь что-то нечисто. Похоже, отряд забрался на территорию этих опаснейших существ. Играть в лотерею, кого выберет затаившаяся на своде пещеры тварь, — не самое умное занятие. Изменили тактику: начали продвигаться куда медленнее, тщательно осматриваясь. В подозрительных местах Штучка применяла умение флайтинга «Свет истины». При этом повышалась вероятность заметить затаившихся противников, в том числе тех, кто скрывается в тени мира: опасных воинов-невидимок. И светлячков повесила целых три штуки. Пусть это останавливало регенерацию маны, но безопасность превыше всего.

Скорость движения резко замедлилась, зато увеличилось количество добываемой руды — ведь попутно замечали и ее, причем высокого уровня. Здесь впервые встретилась бериллиевая: уровнем равная циркониевой, но более редкая и дорогая. Частенько попадался литий, а вот золото практически исчезло.

Усиленные меры безопасности себя оправдали: следующего матерого теневика заметили раньше, чем он атаковал. Тот, поняв, что обнаружен, полетел вниз, но был остановлен дружными усилиями Роса и Штучки, после чего они разорвали дистанцию, в бой вступили Танг и питомец, а дальше было скучно. Зная, что эти мобы умеют бросать групповой «Сон», держались от него на расстоянии, где его умение не доставало. С танка монстр сбивал эффект своими атаками, пета рассеивал Рос.

Идти было страшно, но интересно. В любой момент на голову может свалиться моб, против которого даже Тангу не выстоять и полминуты без поддержки.

Пещеры начали менять облик. Влажный мох сошел на нет, уступив место белесым разводам лишайника. На стенах пестрели разными цветами непонятные пятна и ползали полупрозрачные жуки размером почти в ладонь, при этом ни одной большой мокрицы не встретили. Со свода свешивались пучки какой-то неизвестной растительности, совершенно не похожей на мох: больше всего она походила на тину с волокнами необычной длины. Под ногами частенько хрустели трухлявые кости, один раз нашли громадный череп матерого теневика. Даже на привалах держались настороже — эти твари очень нервировали.