Ярость тьмы - Наталья Жильцова

— Не стоит раздражаться, — легко уловив настроение дочери, заметил его величество. — Выслушай сначала. Алеорн ведь не пара тебе, и ты сама это знаешь. Ты — полукровка, хоть и высокого статуса. К тому же дом твоей матери не относится к числу великих. Думаешь, старший сын первого дома согласится на такой брак? Нет. Ему нужны чистокровные потомки, которые будут способны и дальше удерживать первенство рода Айанор. Ты этого ему дать, Лана, физически неспособна, увы. Дети от полукровок с большой вероятностью рождаются куда слабее своих чистокровных собратьев, даже при наличии всех признаков темных эльфов. А у Алеорна уже есть один признанный сын от любовницы. Что помешает ему обзавестись еще парочкой? Думаю, препятствий этому нет. Разумеется, в таком случае он не станет связывать себя узами брака. Как дальновидный мужчина, Алеорн просто будет оттягивать этот момент вновь и вновь, придумывая какие-то отговорки и приводя убедительные аргументы. А в результате ты так и останешься на вторых ролях, как приятная сердцу игрушка. Неужели ты, моя гордая, сильная дочь, готова к такому унижению? — Ульрих серьезно смотрел в полыхающие глаза дочери, видя, как гнев пробивается сквозь неумелую маску сдержанности и искажает черты миловидного лица девушки.

Ланатиэль слова отца и впрямь глубоко ранили. Все ее естество кричало, что это лишь наговор, однако разумом девушка понимала: Ульрих прав. С детства воспитанная именно в таких условиях, Ланатиэль, как никто другой, знала об отношении темных эльфов к полукровкам. И это знание вновь предательски зашептало где-то в глубине ее души: «Подумай, кто ты и кто он? Таких, как ты, подобные Алеорну ни во что не ставят…»

Нет! Ланатиэль резко тряхнула головой, отбрасывая предательские мысли. Алеорн уже не раз говорил, что ему плевать на статус.

— Он любит меня и никогда так не поступит! — выдохнула полуэльфийка и резко поднялась с кресла, намереваясь уйти.

Вот только в ответ король сдвинул брови и незамедлительно спросил:

— Даже так? А Алеорн тебе признавался в любви? Тогда почему я не вижу на твоей руке его браслета?

Вопрос оказался для Ланатиэль неожиданным, и девушка замерла, не успев сделать и шага. В голове полуэльфийки проносились воспоминания, но в них не оказалось ни слова о любви. Да, поначалу и она, и Алеорн ждали, когда снимут блок с памяти Ланатиэль, чтобы не осталось никаких препятствий быть вместе. Именно поэтому, как казалось девушке, Алеорн не касался темы признания и не упоминал о браслете. Однако…

— Так я и думал, — обрывая мысли дочери, заключил Ульрих. — Ланатиэль, я не враг тебе, я твой отец. И искренне беспокоюсь о твоей судьбе. Прошло два дня с того момента, как ты вернулась во дворец, вновь обрела свою память и заявила о разрыве помолвки с Алариком Карминским. Однако даже сейчас я не вижу ни малейшего внимания, проявленного к тебе Алеорном. Первый дом не связывался со мной и не высылал прошения твоей руки. Да и сам Алеорн даже малейшего внимания к тебе не проявил. А карминец, в отличие от эльфа, уже два подарка прислал, весьма недешевых, заметь.

Да, подарки и впрямь были. Две чудесных парюры: одна с бриллиантами и сапфирами, вторая с великолепными крупными изумрудами. Но разве драгоценностями можно купить любовь?

Сердце Ланатиэль заныло, требуя сию же минуту все выяснить. Тем более что карминский принц вызывал в ней отвращение, несмотря на всю его красоту. Дабы избежать членовредительства и дипломатического скандала, на брак девушка не согласилась бы и под пытками.

— Подарки можете вернуть, мне они без надобности, как, собственно, и сам Аларик, — заявила принцесса. — А с Алеорном я выясню все сама!

— Разве есть что выяснять? По-моему, и так все предельно ясно, — проворчал в раздражении Ульрих, но тут же взял себя в руки и, тяжело вздохнув, произнес: — Впрочем, хорошо. Давай договоримся: завтра Алеорн прибудет во дворец, чтобы официально закрыть контракт по твоей защите. Вот тогда и поговорите. Лично. Я буду не против вашего брака, но только если он незамедлительно сделает тебе предложение и предложит браслет. Тогда я поверю, что ваши чувства взаимны.

— Хорошо! — выдохнула Ланатиэль и со скоростью ветра покинула кабинет, на прощанье громко хлопнув дверью.

О, в тот момент она была уверена, что сумеет добиться признания Алеорна! Тем более отец дал формальное согласие на брак, а какие в этом случае могут быть еще препятствия? Никаких!

Прибытия любимого мужчины Ланатиэль дожидалась с нетерпением, а едва Алеорн появился на пороге ее покоев, в ту же секунду бросилась эльфу навстречу.

— Наконец-то! — прижимаясь к его груди, облегченно выдохнула девушка.

Вот сейчас все ее мучения, долгие дни ожидания и ссоры с родственничками закончатся!

— Так достали? — с усмешкой откликнулся Алеорн, легко целуя кудрявую полуэльфийку в макушку.

— Не то слово, — призналась Ланатиэль и решила, что пора перейти к более приятной части. — Но теперь ты меня заберешь, мы поженимся, и все будет хорошо.

— Заберу, — проговорил Алеорн, — хоть сегодня. А вот с помолвкой придется повременить.

Ланатиэль тут же напряглась и отстранилась от мужчины.

— Повременить? — с подозрением переспросила она. — Сколько?

— Полгода примерно, — спокойно ответил тот, и от этих слов Ланатиэль буквально накрыло болью, обидой и злостью.

Неужели отец оказался прав? А она настолько сильно желала этой запретной любви, что сама придумала и поверила в то, что просто не существует? Нет, этого не может быть!

— Но почему? — с остатками надежды залепетала принцесса. — Зачем нам ждать? Препятствий больше нет, помолвку с Алариком я разрываю…

— Лана, эта задержка необходима, — успокаивающе сжав плечи девушки, проговорил Алеорн. — Поверь, так будет лучше.

— Лучше? Для кого? Для тебя? — прошипела Ланатиэль, вырываясь из его рук и окончательно потеряв над собой контроль. — А через полгода ты придумаешь что-нибудь другое? Хватит, не хочу я больше ждать! Если я тебя не устраиваю в качестве жены, так и скажи, чистокровный зазнайка! Я устала быть игрушкой! Я достойна большего!

Глаза полуэльфийки полыхали яростью. Маленькие кулачки сжимались с такой силой, что ногти болезненно впивались в ладошки почти до крови. Но Ланатиэль ждала. Ждала, что вот сейчас Алеорн все же поймет, насколько ей важно знать, что она ему небезразлична. Почувствует ее обиду, боль и надежду.

Вот только вместо этого взгляд темного эльфа наливался презрением и холодом. А потом дейморец, не проронив ни слова, развернулся и вышел из комнаты.

Не совсем соображая, что творит, Ланатиэль схватила вазу и с силой швырнула ему вслед. И только звон разбившегося о закрытую дверь хрусталя привел ее в чувство. Спустя мгновение, осознав происшедшее, принцесса выскочила коридор, но тот оказался пуст. И в душе девушки все оборвалось. «Неужели он ушел? Просто ушел?!»

Со стоном Ланатиэль рухнула в ближайшее кресло и, закрыв руками лицо, разрыдалась.