Жениться за 30 дней, или Замуж по-быстрому  - Екатерина Романова

— Я тебя люблю.

Райан даже в лице изменился. Мое признание его шокировало, напугало и… польстило. Поспешила осадить:

— Тише, ковбой. Я не особо горжусь своими чувствами. Строго говоря, ты не соответствуешь ни одному пункту из списка идеального мужчины, и эти эмоции наверняка продиктованы стрессом.

— Что за список? — он самодовольно улыбнулся и, положив руку мне на колено, пленительно посмотрел в мои глаза.

— Какой в этом смысл, — я нарочито демонстративно переложила его ладонь на его же колено, — если не соответствуешь?

— Может, смысла нет как раз в списке? А я хорош. Очень хорош. И стараюсь стать еще лучше.

— Я это вижу.

— Тогда выходи за меня, — словно пригласил кофе попить. И лицо такое невинно-недоуменное.

— Я вижу твое старание. Но мне этого недостаточно. Я не могу любить в одностороннем порядке. Это… вампиризм какой-то. Жить надеждой, что никогда не сбудется — изматывать себя.

— Лира, ты мне очень, очень, правда, очень сильно нравишься! Ты волшебный талантливый человек, который знает, чего хочет и не полезет за словом в карман. Который не заискивает передо мной, несмотря на статус…

— Тоже мне, статус, — усмехнулась я. — Ты вообще любил когда-нибудь?

Снова мой вопрос застиг его врасплох.

— Пожалуй, лишь одну женщину…

Судя по тому, как спала с лица Макнамары веселость, эту женщину он любил особой любовью:

— Свою маму… — предположила осторожно, внимательно наблюдая за реакцией. Не перешла ли я грань?

— Это неважно.

— Это очень важно! Возможно, в этом и проблема. Ты не смог уберечь ее и теперь не позволяешь себе любить. Боишься, что не хватит сил сохранить возлюбленную? Но это совершенно разные вещи и ситуации…

— Не хватит сил? — возмутился он. — Я маг огня! У меня верховный княжеский титул! Да я могу прийти на обед к королю без приглашения и ноги на стол положить! Вот сколько у меня власти. И своих женщин я способен защитить. Они никогда ни в чем не нуждались!

— Кроме твоей любви, — грустно заметила я. — И в нашем мире нет твоего короля, титула и всей этой власти.

— Разве?

— Ой. Райан. То, что твоя улыбка способна открыть многие двери совершенно ничего не значит.

— Не улыбка, так деньги. Ваш мир устроен удивительно просто. В моем власть нужно заслужить, у тебя ее не будет, если не будет уважения подданных и страха врагов. Здесь же все иначе. Есть деньги — есть власть. Есть слава — тоже есть власть. Тебя могут презирать, но все равно будешь на коне.

— И это отвратительно, — заметила я, втайне жалея, что наш мир устроен иначе, чем мир Райана. Мир Райана… я о нем никогда не думала прежде.

— Что есть, с тем и приходится работать. Значит, не пойдешь за меня замуж?

— Это не шутки. Это моя жизнь. Наша жизнь. Требования Морааны для меня совершенно ничего не значат. Пусть засунет их в свою тощую задницу.

Макнамара рассмеялся и по-дружески похлопал меня по плечу:

— Мне нравится твой боевой настрой. Увы. Недолго тебе радоваться. Когда богиня заберет твое тело, и ты поймешь, что не можешь этому сопротивляться, что медленно умираешь внутри себя, еще миллион раз пожалеешь о принятом решении.

— Возможно, — легкомысленно пожала плечами, не веря в подобное развитие событий. Райан уловил мое настроение:

— Не веришь. Жаль. Думал, что хотя бы веру своим словам я заслужил.

— Ты очень переменчив. Это тяжело. То ты весь такой, что хочется расцеловать, то настолько низко падаешь, что даже плюнуть в лицо противно…

— Ого, — он вскинул брови и снова рассмеялся. На этот раз невесело. — За последние дни важные для меня люди столько всего наговорили, что, признаться, я… несколько потерян.

Важные для него люди? Он, правда, считает меня важной?

— Тогда давай попробуем?

Я с надеждой обратилась к блондину, надеясь, что он воспользуется предложением пойти наперекор проклятью.

— Я все время буду рядом с тобой. Мы пройдем через это вместе и пошлем к черту старую каргу с ее вороньем!

— Ну-ну, осторожней. Она или ее воронье могут оказаться поблизости.

— Хватит, Райан. Все или ничего. Если ты пройдешь через это, я стану твоей женой.

Мужчина замолчал, потер переносицу и посмотрел на меня как на ребенка:

— Ты хоть понимаешь, на что хочешь меня обречь?

— Не думаю, что это больнее, чем рожать. Каждая женщина проходит через роды. Боль, поговаривают, такая, что некоторые на стену лезут и сознание теряют!

— Нашла с чем сравнить. С болью я справлюсь. Но потом…

— Я все время буду рядом.

— В том и проблема. Ты станешь первой жертвой.

— Откуда такая уверенность?

— Откуда такая вера?

Мы сами не заметили, что ругаемся. Остановились и сверлили друг друга гневными взглядами. Наверняка в мире Райана между нами сейчас сверкали бы молнии.

— И ты готова собой пожертвовать? — негромко спросил он. Взгляд мужчины совершенно изменился. Не знаю, что точно в нем было, но ни один мужчина не смотрел с таким восхищением на Лиру Элиссон прежде. Тем более Райан.

— Я верю, что ты справишься, и до этого не дойдет.

— Если не справлюсь, — настаивал он. — Ты готова собой пожертвовать?

Замялась, прислушиваясь к своим ощущениям, и сама словно мешком по голове получила от осознания:

— Да. Я готова.

— Но я не готов тебя потерять! — слова звучали, словно приговор. А потом Райан припал к моим губам и поцеловал. Я не стала сопротивляться мягкой, чувственной ласке. Растворилась в ней, тянулась навстречу. А, когда открыла глаза… мага уже не было рядом. Последний узел остался прочно завязанным. Сердце щемила тоска… Почему-то казалось, что это было прощанием.

Дни полетели один за другим. Действительно, доктор Штайцингер и Райан приходили, чтобы проведать отца и дать свое заключение… в письменном виде. Его передал лечащий врач папы. Получилось так, что Макнамара приезжал рано утром, пока мы с мамой спали, выполнил обещание — проверить состояние папы — и уехал, даже не встретившись со мной. Почему он так поступил? Поведение блондина вызывало все больше вопросов ответы на которые я не находила. Если подумать, несмотря на все существенные недостатки в его поведении, он добрый, отзывчивый и чуткий человек. Помог мне в сложный период и ничего не просил взамен. Конечно, подозреваю, он еще надеется, что я соглашусь помочь в ответ и снять проклятье. Вот, если бы не уверенность в том, что проклятье не такое страшное и, возможно, вообще только в его голове, наверное, так бы и сделала. Однако интуиция прямо-таки кричала, что мы должны попробовать пойти наперекор вредной богине! Увы. Райан не хотел попробовать, а неволить не в моих правилах.