Заверните коня, принц не нужен, или Джентльмены в придачу! - Марина Рыбицкая

— Ветром надуло! — ответила Ар'Инна и широко улыбнулась. — Попутным!

Орк понятливо хрюкнул и не стал уточнять прогноз погоды на ближайшие дни. Вместо этого он застыл статуей скорби, разглядывая новый дизайн своей таверны и горестно вздыхая.

Я воспользовалась моментом и пошла копаться в сумке, выискивая самый маленький браслет под непрерывное ворчание паоса о молодости, глупости и пустотах в некоторых частях тела…

Ага. Уж кто бы говорил! Вода — тоже пустота, а у паоса костей нет по определению!

Хотя мой желудок охотно согласился с последним утверждением Къяффу и голодно заурчал.

Няня сразу оживилась, мигом подпрыгнула и вцепилась в Сирка, как клещ в собачье ухо:

— Насмотрелся? Давай на стол собирай, лось ленивый!

Орк почесал затылок и выродил, широко расставя кривые ноги и выразительно потирая большой и указательный пальцы:

— Не могу. Стимула нет.

— А как насчет такого, достаточно веского, на мой взгляд, материального стимула? Устраивает? — Я сунула ему под нос один из тонких браслетов с радужными камнями.

— Счас сделаем! — молниеносно отмер хозяин. Его лицо осветилось горячей любовью к постояльцам и небывалой доброжелательностью. Он прижал к сердцу побрякушку и радостно ускакал в сторону кухни с криком: — Живите сколько хотите, но не больше недели! Питание включено! Дебоши и пытки за отдельную плату!

— Везде все решают деньги, — вздохнула я, не зная — то ли смеяться, то ли плакать. Повернулась к подругам, наблюдающим действо округлившимися глазами, и попросила: — Пожалуйста, больше никаких безобразий без моей санкции. Тем более что, скорее всего, нам вскоре придется…

— И все же я советую подумать! — влез Къяффу. — Это чересчур опасное мероприятие. Да еще и ради тро…

— Или ты замолчишь сам, — строго пригрозила я, — или мне придется помочь, и тогда уже никто и никогда не услышит твоего мнения!

— Я еще писать умею, — намекнул паос. Это была с его стороны серьезная ошибка. Учту на будущее.

— Спасибо, — кивнула я. — Было бы чем. После того как я покажу тебе мастер-класс, тебе останется только практиковаться в передаче мыслей на расстоянии. — Многозначительно и с предвкушением в глазах: — И то не факт, что будет чем передавать.

— Ну, ты зверь! — восхитилась Шушу, зигзагом подползая к нам и протягивая руку Къяффу. — Давай знакомиться, жертва коварного женского произвола, меня зовут Шушу.

Я пропустила мимо своих ушей дальнейшую часть ознакомительной церемонии, потому что из кухни показался орк и замахал нам рукой, приглашая на обед.

Пищеблок, к преогромному нашему счастью, почти не пострадал, и мы, усталые и довольные, уселись за овальным каменным столом и откушали то, что нам орк послал.

Ничего так послал. Приемлемо. Еда была незамысловатая, но сытная и вкусная.

Я лично так разнервничалась, что уничтожала провизию, не особо вникая, что ем.

После насыщения умиротворенная орчанка отвалилась от стола и вопросительно воззрилась на бывшую звезду гарема:

— Сознавайся, Леля, какой подвиг ты на этот раз решила совершить?

— Ничего особенного. Мне всего лишь нужно проникнуть в Илостанский равелин и спасти одного челове… почти человека, — максимально доходчиво и вполне искренне призналась я, после чего девочки на пару минут утратили дар речи.

Потом они полезли дружно щупать мне лоб и начали невзначай интересоваться у няни — сколько раз за последнее время я ушибалась головой. Причем спросили ту раз пять.

И мы начали создавать план действий…

— Ты с ума сошла? — Первая реакция на мое предложение.

Спустя час и два литра пива…

— А все же какое-то рациональное зерно в этой авантюре есть! — высказалась эльфийка.

— Ты че, курица! — возмутилась орчанка. — Если тут и есть зерно, то размером с хорошего поросенка! И жрать его придется нам!

Спустя два часа, пять литров эля и два сломанных стула…

— Уговорила, речистая! — потягиваясь, откинулась на спинку оставшейся в трактире целой мебели Шушу.

Все с ней молча согласились, показали мне знаки одобрения кулаками и отбыли на заслуженный отдых. Я сгоняла в темную мыльню и ополоснулась чуть теплой водой. Завернувшись в мягкую простыню и не утруждаясь долгим одеванием, проскочила в потемках в постель. Как хорошо!

Ночью мне снились объятия и поцелуи. Что-то невероятно приятное, но абстрактное.

Утром меня разбудила надутая от значимости своей необходимости няня и попыталась еще раз уговорить не ходить в тюрьму.

— Дитятко мое, — заявила она, — чего ты там забыла?! Если уж тебе так приглянулся тролль, то давай отловим свободного!

— Мне нужен Мыр! — твердо настояла я на своем и пошла приводить себя в порядок, завороженно разглядывая в зеркале припухшие и зацелованные губы. Хорошо, что никто не заметил. Пришлось наносить помаду и покрывать сверху блеском.

Я вспомнила собственнические, довольные интонации голоса князя и чуть не лопнула от злости. Чтоб его, это волшебство диэров!

Через некоторое время, хорошо заправившись плотным завтраком, мы прошли сквозь оживленный южный город. Потом веселой компанией спустились вниз до излучины реки, дотопали до укреплений равелина, где разделились. Няню поставили караулить на шухере с вещами, мы с Къяффу засели в засаде в ближайших кустах, а девочки отправились отвлекать внимание.

Отвлечение стражи происходило следующим образом. Девочки твердым шагом и походкой от бедра приблизились к караулке около ворот и вежливо попросили:

— Молодые-интересные, а нельзя ли нам пообщаться с начальником Илостанского равелина?

— Никак нет, барышни! Нельзя! — сказали стражники со щитами и алебардами, сияя начищенной броней. Усатые вояки игриво подмигнули: — Идите, девочки, своей дорогой!

— Не можем! — трагически вздохнула Шушу и разлеглась бревном перед воротами. Скорбно призналась: — Увы, наша дорога лежит через ваш равелин.

— Безобразие! — возмутился начальник караула и пошел убирать неподотчетное имущество. Обратно он прилетел гораздо быстрее, отфутболенный хвостом змеелюдки, на который он так неосторожно наступил.

— …лапочки, — шипя сквозь зубы, чуть не выругался он, когда смог членораздельно выражать свои мысли и попутно разделил члены тела. Своего. — Шли бы вы подобру-поздорову!

— Не можем! — еще тяжелее вздохнула Эсме и полезла штурмовать ворота. — Все добро — там! А здоровье нам и так уже в гареме подпортили.

— Это хулиганство! — озверел начальник караула и послал одного из стражников отцепить орчанку от подотчетного имущества. Стражник не дошел, потому что был послан назад с ускорением. Шушу не дремала.

Караул на стенах насторожился и развернулся в сторону ворот.