Заверните коня, принц не нужен, или Джентльмены в придачу! - Марина Рыбицкая

— У тебя новые серьги и подвеска?! — Восхищенно затарахтела: — Какие необычные камни! Это искусственный минерал или полудрагоценный камень? Как называется и где купить? Я тоже себе хочу.

Бомм! — прогудел ближайший, церковный колокол. Сейчас этих типовых церквушек везде понастроили, в каждом микрорайоне. Вот и звонят.

Бомм! Динь-дон!.. А! Это что-то по телевизору идет.

Я оцепенела, заторможенно поднимая руку и нащупывая на цепочке знакомый «рог изобилия»… Неужели кулон князя? В глубине души поднялась волна ярости и неизбывной… тоски? Я зашипела от злости, как заправская гадюка. Как он посмел после всего? Как?!

— ЛАДОМИР! — рявкнула, пугая свою подругу и весь обслуживавший персонал. Попробовала сорвать ни в чем не повинный кулон, но потом передумала. Рука на него как-то не поднимается. Все-таки хоть что-то на память осталось… Еле удержала всхлип: — Ладомир… — Шепнула: — Как ты мог?..

— Я вернусь за тобой! — пронеслось легким ветром по залу, лаская жарким шепотом кожу, так что непонятно было — это говорит телевизор или прозвучал припев песни в музыкальном комплексе, что стоит в баре.

Я отвернулась к окну и шепнула стеклу:

— Прощай, Мыр…

— Я вернусь! — грохотало из динамиков.

— Я вернусь!!! — угрожающе неслось из телевизора. — Ты — моя!

— Никогда! — отвергла я его снова. — Никогда больше. Я буду готова к новому бою!

Мы с Лариской тихо вышли из кофейни и отправились каждая в свою сторону. Лариска в одну машину со мной садиться побоялась, сказала — выгляжу расстроенной и слегка невменяемой. Всю дорогу мне мерещились голоса, которые уговаривали меня простить, шептали сладкие слова искушения.

Но мне после приключений в тридевятом диэрском царстве все было нипочем. Даже глюки. Со словами: «Так, ребята. Я иду спать, а вы как хотите», — добралась до дома, одним махом выхлестала добрый стакан неразбавленного бурбона, закусила дорогой шоколадкой, которая показалась мне совершенно безвкусной, и, как была, одетая, рухнула спать.

Во сне я плакала, мне чудились золотистые отблески и крупная зеленая тень за окном. Она уговаривала отворить оконную раму и впустить, но когда я проснулась, то оказалось, что это всего лишь шумит гроза.

Вечер пятницы. Завтра суббота. Жизнь налаживается.