Древние тайны - Кир Булычев

Пашка вспомнил старую детскую книжку, которую читал когда-то. Там джинн спросил мальчика, от чего бы тот хотел умереть, и мальчик ответил: от старости. И Пашка, скрывая улыбку, повторил:

– Я хочу умереть от старости.

Троглодиты серьезно выслушали Пашкины слова и стали думать. Они еще не очень часто думали, и им трудно было разобраться, в чем тут подвох. Потом Крот сообразил:

– Он же совсем молодой, и смерть от старости наступит не скоро. Мы все уже умрем. Как мы узнаем, что он тоже умер?

– Такая смерть не годится, – подтвердила Мама. – Такой смерти нет в законе.

– А какие есть? – спросил Пашка.

– Есть смерть от копья. Есть смерть от веревки. Есть смерть в воде, есть смерть, когда падаешь с большой высоты. Есть смерть от голода, – перечислил Тигр.

– Не подходит, – сказал Пашка. – Я же у вас всего-навсего на практике. Мне пора домой возвращаться.

– У тебя нет другого дома, – сказала Мама. – Или ты врал?

Пашка вздохнул. Он не думал, что из-за легкомыслия он попадет в такое положение. Ему вдруг представилось: приходят ребята в школу, все с практики, веселые, и видят – в зале висит портрет Пашки и написано: «УЧЕНИК 5 «Б» КЛАССА ГЕРАСКИН ПАВЕЛ ПОГИБ СМЕРТЬЮ ХРАБРЫХ ВО ВРЕМЯ ИСТОРИЧЕСКОЙ ПРАКТИКИ В ПЕРВОБЫТНОЙ ЭПОХЕ».

– Прости, многомудрая Мама, – сказала девушка Ора, – но, может быть, мы возьмем огонь в пещере Медведя? Он нам даст.

– Нет, – ответил за всех остальных Гром. – Медведь даст нам огонь, но за это сделает своими рабами. Он поселит нас в своей пещере, и мы будем выполнять всю черную работу и получать за это кости. Но ведь мы – вольные троглодиты!

– Мы вольные троглодиты! – закричали остальные. – Смерть Седому!

– Стойте, стойте, – воспротивился Пашка, – а что, если я сделаю огонь?

– Как ты сделаешь огонь?

– У нас найдется кусочек сухой веревки? Ну, лианы какой-нибудь, может, даже паутины?

– Найдется, – сказала Умница.

– И кремни найдутся?

– И кремни найдутся, – отозвались троглодиты.

Пашка понимал, что им вовсе не хочется убивать своего знаменитого охотника и, если бы не проклятый закон, он бы просто получил взбучку.

– Тогда несите все сюда, мы сейчас с вами сделаем огонь.

И в самом деле, дети тут же притащили кремни, сухие лианы и ветки. Пашка сложил горючие материалы на плоском камне и ударил кремнем о кремень. Так как в пещере было полутемно, то все увидели, как между камнями полетели искры.

Троглодиты отшатнулись – они были поражены могуществом Седого.

– Повелитель молний! – прошептала Ура.

Крот отполз в угол пещеры и утащил за собой младенца, чтобы тот не видел страшного волшебного огня.

– Сейчас он вернет нам огонь! – закричала Умница. – Вот увидите!

– Все равно я его тогда выпорю, – сказала Мама, которую, похоже, нельзя было удивить даже искрами из камня.

Пашку, конечно, обидели такие слова, но он не мог оторваться – ветки вот-вот вспыхнут.

Искра за искрой пролетали между камнями, руки у Пашки устали, но огонь не зажигался.

Первобытные люди – как дети. Сначала они были поражены могуществом Пашки и трепетали перед ним, а после безуспешных попыток зажечь костер тут же забыли, как только что восхваляли героя. Крот снова выполз из темноты и первым сказал:

– Ничего не выйдет. Надо Седого убивать. Тогда духи леса и гор нас пожалеют. Нужна жертва!

– Нужна жертва, – подтвердил Тигр.

И все повторили:

– Нужна жертва!

Пашка отбросил кремни и сказал:

– Не годятся ваши кремни. Нужны другие. Давайте искать.

– Нам надоело искать, – сказал Гром. – Нам надоело тебя слушать. Ты низкий обманщик!

– А ну, повтори! – возмутился Пашка и вскочил на ноги. – Я вызываю тебя на поединок.

– Чего? – удивился троглодит.

– Мы будем биться с тобой на дубинках до полной победы! – заявил Пашка.

– Да я тебя одним ударом... как лягушонка!

– А вот попробуй. Сейчас я пойду в лес, сломаю сук покрепче, сделаю дубину – тогда держись!

И Пашка направился к выходу из пещеры.

Как вы понимаете, он меньше всего думал о дубинах – Пашка хотел убраться подальше от этой пещеры и троглодитов, отыскать в лесу машину времени и вернуться домой. Фильм уже есть. А что еще делать человеку в первобытной эпохе?

Но Тигр оказался проворнее Пашки. Одним прыжком он перекрыл выход из пещеры и приказал:

– Делай огонь! Нет огня – нет жизни. Смерть.

– Слушай, – сказал Пашка, – мы с тобой так славно охотились. Не надо этих угроз. Ну какие могут быть ссоры между охотниками? Мы с тобой еще мамонтов будем стрелять.

– Работай, – сказала Мама.

Пашка присел на корточки.

Пути назад не было.

Будущее окрасилось в черный цвет.

Пашка несильно ударил кремнем о кремень. Даже искры не получилось.

Как же сбежать?

И тут он услышал знакомый голос противной старухи, которая до тех пор скрывалась в темноте.

– Ах, Седой, Седой! – сказала она, склоняясь над ним. – Разве такие кремни родят огонь? Тебе дали плохие кремни.

– А ты иди, Туча, иди, не мешай! – выкрикнула Мама.

– Нет, – возразила старуха. – Седой – великий охотник. Он может вернуть огонь. Смотрите.

Она скрылась в темноте, затем вернулась, протянула Пашке пучок сухой соломы и приказала, словно была вождихой племени, а не последней, никому не нужной старухой:

– Бей кремнями! Бей! Пусть будут искры.

Пашка послушался и изо всех сил ударил кремнем о кремень. Посыпались искры. И тут же в руках у старухи вспыхнул пук соломы.

– Ой! – воскликнули троглодиты. Они убедились в том, что Пашка – настоящий волшебник.

А Пашка мог бы поклясться, что в тот момент, когда он высек искры, старуха поднесла к соломе маленькую зажигалку, и именно от нее, а не от кремней огонь перекинулся на солому.

Старуха умело сунула горящий пук в угли, остальные стали быстро подкладывать сучки и сухие веточки. Через две минуты посреди пещеры уже похрустывал ветками костер – огонь ожил и вернулся к людям.

Пашка поднялся на ноги и отступил.

Ему надо было подумать.

Троглодиты хвалили его, хлопали по плечу, а дети норовили поцеловать.

– Будь моим мужем, – сказала Ура.

– Нет, – сказала Ора, – он будет моим мужем.

Девицы вцепились друг дружке в волосы, и тут Пашка услышал, как старуха прошептала: