Арагонские хроники - Елена Мельникова

— Он прав! С такой рожей среди человечков сейчас не покажешься! — встал кто-то на сторону Джека, тот оттянул уголок рта, обнажив клык в ухмылке.

— У костра я бы порассказал всякие истории о своей морде и отношении к гололицым короткоухим выродкам, — легко вошел в роль кот, но на его беду в отряде случился очень мнительный командир.

— Конечно, жди! Так мы и приветили тебя у котелка, ну-ка, пошел! — рявкнул темный эльф и огрел Джека древком копья по спине. Не сильно — так, для разгону.

Какой-то доброхот пытался бубнить возражения, мол, «не человек же!», «харю-то его видали?», но заткнулся сразу же после яростного «молчать!». Да, дисциплина в армии нелюдей соблюдалась. Джек, впрочем, не унывал. Зачем? Пока смерть не таращится прямо в глаза, все хорошо.

Его провели между плотными рядами палаток, шатров, древних машин к ставке главнокомандующего, то есть прямо к Царице Бурь. Там как раз проходил военный совет, вернее, военный разброд и шатание, которые Марджолина, откровенно скучая (гнев сменился усталостью — все это уже было), направляла, не допуская драки. Старейшины не желали действовать сообща, даже под давлением авторитета своей Царицы. Однако если пустить все на самотек, нелюди снова проиграют, но теперь к их уничтожению наверняка подойдут не столь халатно. Правда, есть неплохая вероятность — гнев и ненависть приведут ее армию к победе, но ценой полного опустошения Леодара, ценой многих тысяч жизней с обеих сторон. Ох, невыносимо столько знать! Тут приятная неожиданность прервала бестолковые споры: патруль изловил подозрительно знакомую персону. Эстарийка легко вскочила с трона — изначально кресла, выдранного из неисправной машины, — и обошла вокруг человека-кота.

— Ты мне напоминаешь ту очаровательную кошечку, которая искала встречи со мной. Только окраска другая, да и одеждой ты не гнушаешься, — Марджоли встала напротив него, сложила руки под обнаженной грудью, выпятив ее почти в лицо Джеку, и прищурилась. — Приятель, да у тебя страсть к военным совещаниям! Точно, я же видела тебя в Аэнаре вместе с Клодией и Арагоном!

В шатре наступила напряженная тишина, которую взорвали крики, требующие незамедлительной и лютой смерти для лазутчика. Царица подняла ладонь, возмущения стихли до недовольного перешептывания и бульканья.

— Зачем ты сюда пришел? Может, люди опомнились и хотят мира, готовые выполнить наши требования? — сарказм сочился прямо-таки из каждого произнесенного эстарийкой звука.

— Отнюдь, они еще не наигрались в войну, — спокойно заявил Джек. — Ну а мое появление в вашем стане объясняется заурядным любопытством. Мне, как иноземцу, глубоко наплевать на ваши разногласия, но наблюдать их истинное удовольствие. Не буду отрицать, когда я гостил в Аэнаре, я позволил себе дать пару дельных советов государю, впрочем, вам, похоже, нужны те же рекомендации, — кот осмотрел собравшихся, прижмурившись, махнул хвостом и завершил: — Если в уши льется слишком много мнений, вы рискуете не обрести собственного. Если очень часто прислушиваться к желанию толпы, можно забыть свои помыслы.

— И как отреагировал мальчишка? — со смехом уточнила Марджоли.

— Чтобы Арагон XIII внимал, нужно говорить с Клодией. Пока.

— Хитрая бестия! А ты не боишься кары за двойную игру?

— Нет. С моей стороны было бы неприличным так торопиться на свидание со смертью, я жаждал встретиться с вами. Но если Царице, — тут Джек поклонился, — надоело скромное общество человека-кота, я откланяюсь.

Ему позволили дойти аж до входного полога, настолько старейшины были ошеломлены услышанным разговором и наглостью пришельца, а Марджолина задумчиво следила за ним, но ничего не предпринимала, пока рука Джека не откинула полотно.

— Неприлично уходить слишком быстро. В гостях так не принято! — фраза прозвучала как приказ, Джека схватили и вернули в шатер, эстарийка прошептала ему в лицо: — Такого умника лучше держать при себе! Крогг, ты все равно безвылазно сидишь у меня, этот чудик составит тебе компанию, — весело крикнула Царица в сторону каменистого холма, обосновавшегося в дальнем углу.

Джек и охнуть бы не успел, если б даже захотел. На его ноге замкнулось металлическое кольцо, от которого шла длинная цепь, другой конец ее Марджолина бросила в бугор. Тут шерсть на загривке кота встала дыбом — от нагромождения камней отделилась лапища и схватила цепочку, потом в холме зажглись два красных огонька, разверзлась громадная щель, и раздался довольный рокот.

— Рекомендую тебе не злить царя троллей, котик. Засим оставляю вас наедине, — эстарийка вылетела из шатра, за ней последовали старейшины, а Джек уставился на своего тюремщика.

— Итак, царь? — иронично вопросил кот, усаживаясь поудобнее напротив холма на максимальном расстоянии, которое позволяла цепь. — А заправляет делами особа женского пола не каменнокожего происхождения? Печально, но предсказуемо.

Крогг ухнул. Джек не был уверен в его разумности и способности вести диалог, но, получив хотя бы подобную реакцию, решил продолжить. У него в запасе имелась вся мудрость кошачьих шаманов, его Учителя и еще много других ее разновидностей, а до встречи с друзьями оставалось четыре дня. Единственное, что удручало, — вполне реальная возможность быть съеденным во сне.

— Главное, не задремать от собственной болтовни, — дал себе установку человек-кот, потом коротко зыркнул на тролля и ободряюще добавил: — Зато не придется заботиться о приличном погребении! Могильный холм уже есть, о надежности закапывания в него и беспокоиться не стоит.

— Любезный Крогг, а знакомы ли вы с замечательным высказыванием Учителя по поводу неподвижности скал?.. — в таком духе начался этот долгий монолог.

Джек повествовал о центре покорности, существующем у слабых рас в области основания черепа («надеюсь, тролли не относятся к такому виду, иначе получается — Царица и ее раб»), о точке равновесия Вселенной, о методах обучения молодых послушников приему «Холодная голова», о преимуществах гибкой костно-мышечной основы тела против каменно-почвенной… Бугор изредка рокотал, алые искры вспыхивали, но не больше. Джек уже исследовал шатер вдоль и поперек, теперь он сидел боком к Кроггу за опорным столбом, вокруг которого цепь делала полный оборот, — кот очень устал, глаза слипались, а вкопанное бревно выглядело прочным гарантом его безопасности.

— Пожалуй, мне стоит подробнее остановиться на обычаях того удивительного народа. Обряд инициации у них крайне интересный: мальчик, претендующий на звание мужчины, должен успешно совокупиться с матерью землей. Успешно — значит…

Кот не успел договорить, холм с диким ревом начал расти (царь троллей возлежал в шатре, на треть провалившись в грунт), прорвал потолочный занавес. Столб не защитил Джека, напротив — едва не прибил, когда цепь перерезала его у подножия.

— Никто не смеет сношать мою мать, паскудыш! Аррргх!

Около получаса тролль гонял кота по всему шатру (естественно, никто не пожелал вмешаться, резонно опасаясь за собственную шкуру). Джек стал явственно ощущать в себе задатки человека-паука и человека-змеи, когда гранитный кулак монстра начал вращаться, наматывая цепь. Кота неотвратимо потянуло к распахнувшейся пасти, но у самых зубов чудовища движение прекратилось. Крогг сел, лениво покручивая кусок цепи с Джеком. «От круговорота меня в природе голова идет кругом», — мелькнула у того расплывчатая мысль.