Ментальный факультатив - Лена Летняя

Марта улыбнулась и кивнула. Ей эта идея определенно понравилась.

К тому же, ища себя, Лана не валялась в постели, бездумно глядя в потолок. Она вставала по утрам вместе с сестрой, провожала ее на работу и даже начала заново изучать бытовые заклятия, чтобы помогать по хозяйству и чем-то наполнять свой день. Правда, приготовленный ею ужин есть оказалось невозможно, но обе сестры лишь посмеялись над этим.

– Я научу тебя готовить, – пообещала Марта.

Лана пообещала научиться. И только постоянная печаль в глазах младшей сестры омрачали дни Марты. Они обе тревожились за Братта, но о нем по-прежнему не было никаких вестей. Попытка узнать что-нибудь через Хильду Сатин успехом не увенчалась.

К субботе страсти окончательно улеглись. В честь выходного дня Марта и Лана проснулись поздно и к одиннадцати утра все еще сидели на кухне с чаем, завернувшись каждая в свой халат. Гостей никто не ждал, но в дверь тем не менее постучались.

– Ралм? – удивленно выдохнула Лана, когда Марта пустила в квартиру неожиданного визитера.

Молодой человек, широко улыбаясь, вручил хозяйке небольшой букет, и повернулся к Лане.

– Привет. Давно не виделись. Я все караулил тебя в «Сиянии», но ты не появлялась. Пришлось подкатить к твоей подруге, чтобы узнать, где тебя найти.

– А… зачем?

Ралм Ле Крок бросил быстрый взгляд на Марту, как будто ища ее поддержки, но та не прореагировала, наблюдая за их разговором с легким недоумением. Только тогда Лана сообразила представить их друг другу.

– Хотел пригласить тебя, – бодро сообщил Ралм, когда с формальностями было покончено. – На прогулку. Можем куда-нибудь сходить. Что скажешь?

Он лучился энтузиазмом, и Лана непроизвольно заулыбалась сама. Всю неделю она просидела дома, поэтому идея немного проветриться в хорошей компании ей понравилась. Она собиралась чуть позже предложить аналогичную прогулку Марте, но сестра никуда не денется. Вполне возможно, ей и самой есть, чем заняться, не может же она все время с ней нянчиться.

– Я только переоденусь. Подождешь?

– Тебя я готов ждать всю жизнь, – неожиданно серьезно заявил Ралм.

Это Лану смутило, но отступать было уже поздно.

* * *

– Хватит вешать мне лапшу на уши. Это твой голос, Марек.

– Это не мой голос, он только похож на мой. Подделать голос еще проще, чем внешность. За Занавесью с этим справляются даже без магии.

– Значит, ты утверждаешь, что кто-то специально изобразил твой голос и записал им послание? На обезьянке, ставшей решающим свидетельством на процессе против твоего отца. Которую непостижимым образом нам передала девушка, убитая на монументе, воздвигнутом твоим отцом. Все это больше похоже на месть королю за его казнь.

– Возможно, кто-то хочет, чтобы все так выглядело. Сама подумай, зачем мне так явно подставляться?

– Затем, что ты не думал попасться? Кто мог связать Рейна Братта с Мареком Кроллом?

Марек устало выдохнул, потер лицо руками да так и оставил его в ладонях. Этот разговор повторялся снова и снова уже несколько дней – он потерял им счет – с незначительными изменениями. Хильда не демонстрировала усталости, только нервозность. Она хотела его «расколоть», но все ее усилия были напрасны.

– Хильда, ты можешь повесить на меня все, что хочешь, но это не поможет вам найти короля. Не знаю, кто и зачем меня подставляет, но клянусь: я не имею к разрыву никакого отношения! Да, когда-то я ненавидел Сорроу, но у меня давно нет к нему претензий за судьбу моего отца. И уж тем более я не стал бы мстить, рискуя уничтожить весь мир и себя заодно!

Хильда уперлась руками в стол и наклонилась так близко, что Марек почувствовал это даже с закрытыми глазами.

– Но кому нужно подставлять тебя?

Он отнял руки от лица и откинулся на спинку стула, чтобы восстановить расстояние между ними. В тесной допросной стены и так давили.

– Я не знаю.

Она хотела сказать что-то еще, но стук в дверь отвлек ее. Поскольку никто не попытался войти, Хильда вышла сама.

За дверью ждал Дилан. За прошедшие несколько дней он почти восстановился, по крайней мере, мог теперь позволить себе пользоваться магией, хотя доктор по-прежнему предостерегал его от сильного расходования потока.

Но удивил не визит главы Легиона, а Марк Арант, стоящий рядом с ним.

– Никакого прогресса? – поинтересовался Дилан.

– Стоит на своем: ничего не знаю, отношения не имею.

– Может быть, это действительно так? – немного насмешливо предположил Арант.

Хильда одарила его тяжелым взглядом и снова повернулась к старшему легионеру столицы.

– Он здесь что делает?

– Господин Арант просит разрешения поговорить с Браттом… То есть, с Кроллом, – нарочито небрежно сообщил Дилан.

Как будто это было самым обычным делом: глава лишь условно легализованного Темного Ковена является в Легион без вызова и о чем-то там просит.

– Послушайте, я знаю этого мальчика много лет. Он мне по-своему дорог. А король – мой друг. Я хочу поговорить с Мареком ради них обоих. Если он виновен, я пойму и вытрясу вам из него правду.

Хильда недоверчиво сощурилась, сверля Аранта взглядом, но на того это не произвело впечатления.

– У вас все равно никакого прогресса. Так дайте попробовать мне.

Это заставило Хильду все-таки шагнуть в сторону, освобождая ему путь.

Когда Арант вошел в допросную, Марек заметно оживился, но Хильда, шедшая следом, не смогла определить, что именно тот испытал: радость, страх или просто волнение.

Она еще не успела толком войти и закрыть за собой дверь, как в конце коридора раздался отчаянный оклик:

– Хильда!

Дилан, оставшийся у порога допросной, первым увидел Марту, торопливо шагающую к ним, и нахмурился.

– Какого демона? Кто вас сюда пустил?

Вернувшаяся в коридор Хильда успокаивающе положила руку ему на плечо, а Арант почему-то обернулся, как будто внезапно потерял интерес к Мареку.

– Я же говорила: она была невестой Виктора. У нее тут много знакомых, способных провести внутрь. Что случилось?

Ее вопрос был обращен уже к запыхавшейся подруге, которая как раз добралась до них.

– Лана, – выдохнула та, пытаясь перевести дыхание. – Мне кажется, она в беде.

В допросной громыхнул резко отодвинувшийся стул: Марек вскочил на ноги.

– А что случилось? – уточнил Дилан, все еще хмурясь.

– К ней пришел приятель, пригласил на прогулку. Она ушла с ним, а полчаса спустя меня буквально начало трясти. Я не могу тебе объяснить, как, но я чувствую, что ей грозит опасность!