Ментальный факультатив - Лена Летняя

Она позволила заманить себя в маленький скромный зал. Полноватая румяная женщина за стойкой тут же поприветствовала их и предложила садиться, где им больше понравится. Ралм выбрал маленький круглый столик у окна, залитый летним солнцем.

Оказалось, что заведение все еще подает завтрак, но выбрать можно лишь из двух комбинаций. В одной предполагались оладьи с джемом и пресным молодым мягким сыром, а в другой – омлет, жареный бекон и тост. Лана, конечно, отдала предпочтение оладьям, а Ле Крок неожиданно с ней согласился.

– Вообще-то я уже позавтракал, поэтому просто перекушу за компанию.

– Это опасно для фигуры, – рассмеялась Лана.

– Не для моей, – самонадеянно возразил он, и ей осталось только согласиться.

Ле Крок был в прекрасной форме. И с ним ей почему-то было непривычно легко. Он располагал к себе открытой улыбкой и позитивным настроем, но что-то в глубине серых глаз говорило о том, что жизнь его потрепала в свое время. Однако он победил свои обстоятельства. Наверное, это нравилось Лане в нем еще больше.

Как с каждым днем ей все больше нравилось перекусывать в таких вот простых местах, где люди ведут себя естественно, словно друзья, к которым ты внезапно зашел на чай. Даже когда обслуживание немного хромало, Лана не испытывала раздражения, как раньше в местах более дорогих и пафосных.

– Скажи, почему ты ушел в оппозицию? – поинтересовалась она, разрезая пышную оладью и намазывая на кусочек вишневый джем.

В их прошлую встречу Лана так и не решилась об этом спросить, предполагая, что им могли двигать такие же личные мотивы, как и ею.

Однако Ле Крок лишь беззаботно пожал плечами, энергично пережевывая.

– Так интересней, – объяснил он, проглотив. – Слишком многие хвалят короля. Уж не знаю, по старой доброй привычке, как раньше они хвалили канцлера, или из искренних побуждений. А каждый человек должен получать свою долю критики. Иначе он начнет верить в собственную непогрешимость.

Его ответ удивил Лану. Она читала не так уж много статей Ле Крока, но в каждой ей чудилась личная обида на короля, на Легион. Или это были ее собственные обиды, а на Ле Крока она их просто бессознательно переносила?

– Значит, ты ничего не имеешь против Сорроу лично?

На одно короткое мгновение в его взгляде промелькнуло нечто. Лана не успела определить, что именно это было. Гнев? Ярость? Ненависть? Но оно промелькнуло – и тут же погасло. Точнее, его погасили сознательным усилием.

Ле Крок снова улыбнулся.

– Не больше, чем против любого другого, кто мог бы быть на его месте. Все они становятся одинаковыми, когда добираются до самого верха. Ты, наверное, уже совсем не помнишь последнего канцлера, Кролла? Тот еще мерзавец был.

– Значит, ты просто оппозиционер по природе своей? – немного разочаровано протянула Лана.

– А ты думала иначе?

Она неловко пожала плечами и призналась:

– Думала, что тебе он тоже жизнь испортил.

Улыбка померкла, словно сквозь жизнерадостную маску проступило то, что пряталось под ней.

– Ну, моего отца никто не сажал за коррупцию. Просто потому что мои родители погибли, когда я был еще ребенком.

Лане стало стыдно.

– О, прости, пожалуйста, я не знала.

– Ничего, – отмахнулся Ле Крок. – В жизни есть трагедии и пострашней.

Она недоверчиво на него покосилась, но расспрашивать не стала, не хотела еще больше ковырять старые раны. Хотя было очень интересно, что может быть страшнее потери семьи. Лана предпочла сменить тему:

– Так в чем же ты подозреваешь Аранта?

– О, этого парня можно подозревать в чем угодно – и, скорее всего, окажешься прав, – заметно оживился Ле Крок. – Но в настоящий момент я думаю, что он как-то связан с гибелью девушек по всему нашему миру.

Лана едва не поперхнулась и вопросительно уставилась на него.

– Да, – подтвердил он мрачно, – это серия, которая началась с Анны Вест.

– Серия?

– Легион пока успешно это скрывает, но информация уже начала просачиваться. Думаю, еще пара дней – и это будет во всех газетах.

– И ты думаешь, Арант как-то с этим связан? – нахмурилась Лана.

Грядущее «свидание» теперь выглядело еще менее привлекательно.

– Он или кто-то из его Ковена. От всего этого за километр несет темной магией и какими-то ритуалами. Так что, – он снова выразительно посмотрел ей в глаза, – чем бы ты там с ним ни занималась, будь осторожна. Что-то грядет.

Лана с трудом проглотила кусочек оладьи, что уже был у нее во рту, после чего аппетит отбило напрочь. Ле Крок, как ей показалось, осознал свою оплошность и даже попытался отвлечь другими разговорами, но ничего не вышло, поэтому им осталось только расплатиться и снова выйти на улицу.

– Мне нужно вернуться в академию. Меня ждут горы учебных материалов, – с сожалением признала Лана.

Ле Крок кивнул и улыбнулся своей широкой открытой улыбкой.

– Рад был повидаться. Надеюсь, не в последний раз.

Лана вдруг склонила голову набок и игриво уточнила:

– Скажи, а ведь Ралм Ле Крок – это не настоящее имя? Как тебя зовут на самом деле?

– Если я скажу, то потеряю всю свою загадочность, – притворно нахмурился он. – Это не пойдет на пользу делу.

– Да ладно, я же не прошу документы показать. Просто… как мне тебя называть? Ралм – слишком искусственно звучит.

Он помолчал, разглядывая ее лицо и как будто мысленно взвешивая какие-то неведомые ей «за» и «против».

– Можешь звать меня Марком, – наконец предложил он.

– Как Аранта? – хмыкнула она. – Ты это только что придумал?

И вновь сквозь его улыбку что-то проступило, но настолько мимолетно, что Лана не успела определить, что это было.

– Можно и так сказать.