Альв - Макс Мах

Альв была сейчас изумительно хороша. Она буквально светилась от счастья, и дело, как полагал Яков, было не только в том, что она снова оказалась дома, в своем родовом замке, и, разумеется, не сводилось к тому, что именно она ела или пила в этот момент, а в том, наверное, что, выйдя в путь три месяца назад беспамятной, забывшей свою жизнь и самое себя, она вновь обрела память, а значит и себя, ту, кто она есть на самом деле. Но и это не все. Судя по всему, ее сомнения относительно своей человечности и чувств, которые испытывает к ней Яков, были окончательно разрешены. Она приняла свою природу, суть и судьбу, не находя ее теперь ни ужасной, ни отвратительной. Но ее двойственная природа продолжала привлекать Якова ничуть не меньше, чем в самом начале их более чем странного знакомства. И в самом деле, глядя на Альв, едва успевшую сменить запыленный и насквозь пропотевший мужской дорожный костюм на одно из к счастью сохранившихся платьев из ее богатого гардероба — Николао и его пассия просто не успели в волю похозяйничать в Черном замке, — трудно было представить себе, какой она была раньше и какой может еще стать в будущем. В этой хрупкой женщине притаилась опасная, как сама смерть, виверна — маленький, но обладающий огромной силой, беспощадный и не ведающий страха дракон. За обликом милой смешливой девушки скрывалась умная, отменно образованная, пожившая и узнавшая жизнь во многих ее проявлениях аристократка и колдунья.

Конечно она изменилась. Угадывая чутьем опытного дознавателя прошлую версию Альв и сравнивая ее с нынешней версией этой незаурядной женщины, Яков отчетливо видел различия, в особенности, во всем, что касалось ее мотивов и этики. И тем не менее, он не обольщался. Альв не смогла бы стать пай-девочкой даже если бы очень захотела. Настолько сильно измениться она не могла, да и не должна была, если честно. Как ни крути, а в этом мире и в этом времени, правящая княгиня не может себе позволить быть мягкой или сентиментальной. Вернувшись в свое родовое гнездо и возвратив себе имя, принадлежащее ей по праву рождения, Альв приняла на себя множество разнообразных обязательств, — перед вассалами и союзниками, клиентами и просто людьми, жившими под ее властью и защитой, — но не только. Она должна была ощутить, ну или еще ощутит в ближайшем будущем то нечеловеческое давление сложившегося за годы и годы образа могущественной и безжалостной колдуньи, без которого нет и не может быть Альв Ринхольф правящей княгини Горицкой. Мир, раскинувшийся за пределами "Темных аллей", не примет теперь некую Альв Ринхольф — подругу Якова Ицштеда по прозвищу Швед. А у княгини Горецкой в этом мире слишком много врагов, завистников и недоброжелателей, чтобы отказываться от образа Темной госпожи. Впрочем, Хозяйка полуночи нужна и ее союзникам, клиентам и клевретам. И все они — знающие ее лично или понаслышке — видят ее не такой, какой она стала, потеряв память и познакомившись со своим Яковом, а такой, какой Альв была до покушения, случившегося больше года назад на большом Венецианском карнавале. И ждут от нее соответствующих слов и поступков.

"Да, — вынужден был констатировать Яков, — просто не будет, но это скорее хорошо, чем плохо. И ведь мне еще придется отвоевывать для нее княжество!"

И в этот момент Яков рассмеялся. Он вдруг осознал, что это не кому-нибудь другому, а ему, Якову Шведу, придется бодаться с венецианскими дожами, герцогом Штирии и Австрийским императором, не говоря уже о том, что, как любящий мужчина и истинный кавалер, он просто не может — не имеет права — не отомстить Винченцо Гонзага герцогу Мантуи. Перспективы, что и говорить, более чем захватывающие. Но, с другой стороны, он ведь тоже не "просто так, погулять вышел". Его благословил сам бог воинской доблести Тюр, а это, согласитесь, обязывает! Но, если честно, все, как всегда, сводилось к простой, но вечной формуле "чего не сделаешь для любимой женщины!"

"Практически все, что угодно!" — решил Яков, вытирая выступившие от смеха слезы.

Он смеялся, и, по-видимому, смех его был заразительным, потому что уже через мгновение смеялись они оба. Сидели на двух концах длинного уставленного изысканными яствами стола, глядели друг на друга и смеялись. Жизнь была прекрасна, и это была их жизнь.

Январь 2018 — Март 2019