Иллюзия греха. Разбитые грёзы - Диана Соул

Голова закружилась, а воздуха не хватило в легких, когда Дей вновь коснулся моих губ. Я еще сильнее вцепилась в его рубашку, а затем и сама не поняла, как скользнула пальцами по коже его груди, провела по мышцам, осторожно коснулась округлых сосков и испугалась своей смелости.

Это ведь по-настоящему. Вот так, без игр и полутонов. Мужчина лицом к лицу, который целует так, что сердце заходится в груди, а глаза прикрываются от бесконечной сладости.

И я не врала, когда сказала, что испугалась. Это здесь, за стенами была демонстрация и беснующаяся толпа, которую заводил Кранмерд, а на окраинах города происходили более ужасающие бесчинства, которые полиция даже не пыталась остановить. Я видела, как подонки застрелили двух стариков, чтобы забрать у женщину сумку. Человеческая жизнь была отнята ими так легко и без малейших сомнений, что этого хватило понять – я попросту могу не успеть сделать то, что должна.

Но я сумела найти Деймона в этой библиотеке, но не смогла уговорить его пойти со мной. Я не могла признаться ему в любви, потому что не знала, что я чувствую к нему, но таяла сейчас от его ласк, и мне не хотелось отталкивать его, наоборот хотелось притянуть к себе сильнее, чтобы обнял и никогда больше не отпускал. И я впервые поняла поступок Виктории Райт, заставивший ее отказаться от дара, наверное она хотела испытать нечто подобное, что я испытывала сейчас, когда руки мужчины легли мне на ягодицы, подсаживая выше, заставляя обнять его руками за шею и закинуть ноги за спину.

– Что ты творишь, девочка? – шептал он мне на ухо, а я и сама не знала, лишь чувствовала как в спину упирается книжный стеллаж.

Было в этом что-то безумное и неконтролируемое. Наш с Деем первый раз был ужасен, хоть и происходил на мягкой кровати и в красивом доме, но сейчас, даже если бы я постаралась, не могла вспомнить подробностей. В крови словно горел бензин, выжигающий все приличные мысли, заставляющий меня немного откинуться назад и впиться руками в полку, что была чуть выше головы.

– Ты сумасшедшая, – прошептал он, прежде чем вновь впиться поцелуем в губы.

Мои ноги были закинуты ему за спину, а юбка почти полностью задралась, обнажая бедра в чулках и трусики. Дей осторожно погладил меня одной рукой через их тонкую ткань, провел вверх-вниз, а я прислушивалась к своим ощущениям. Таким острым и ранее не испытанным.

Все внизу живота скручивалось в тугой узел предвкушения чего-то неизбежного, особенно дразнящего, когда мужчина немного отодвинул белье в сторону и коснулся складочек уже без всякой преграды. Немного развел их и обвел по кругу чувствительный бугорок.

От этих действий я едва слышно вскрикнула, и Дей поймал этот крик губами. Мне казалось, такого удовольствия я не испытывала еще никогда. Чувственные пальцы мужчины знали свое дело и, вкладывая всю нежность, ласкали ту самую точку, заставляя изнывать от невыносимого томления. Издавая тихий стон от охватившей эйфории, я подняла голову вверх и закрыла глаза.

– Позволь мне любить тебя, Ло, – шептал Дей, выписывая знаки бесконечности у меня внизу. – Подари мне прощение за ошибки. Просто, позволь.

Мой кивок вышел судорожным, ведь я уже была где-то на той невидимой грани, за которую мог отпустить только этот мужчина. Но стоило ему убрать пальцы, и разочарование накрыло легкой волной, но уже через мгновение раздался шорох ткани брюк, и я почувствовала как что-то безумно горячее и твердое, вырвавшееся наружу, упирается мне между ног.

Паника накрыла с головой. Гнусные воспоминания все же вспыхнули в мозгу резкой вспышкой, и я распахнула глаза, встретившись с пронзающим страстью взглядом серых глаз.

Они словно гипнотизировали меня, заставили замереть и даже перестать дышать.

– Я больше никогда не причиню тебе боли, – пообещал Дей лицо к лицу и накрыл мои губы своими.

Он погружался в меня медленно, миллиметр за миллиметром, позволяя мне познать и привыкнуть к ощущению наполненности внутри. Нежно входил, замирая в наивысшей точке, и тут же выходил. Сакс ускорялся постепенно, делая каждый новый толчок все более сильным и яростным, и вот я уже начинала входить во вкус, ловить ритм его бедер, кусать его губы, все еще целующие меня, и все сильнее сжимать полку под своими пальцами.

Мне было совершенно плевать на то, что из-за наших движений со стеллажа с грохотом падают книги, а я готова кричать и просить большего, потому что та зыбкая и невидимая грань вновь приближалась. Дей сжимал мои бедра, дышал все чаще, а толчки становились ритмичнее и неистовее. Перед глазами заплясали звезды, когда внутри живота будто сработала бомба, начиненная счастьем. Я взорвалась вместе с ней, выгнулась, до дикого неудобства вжимаясь в стеллаж, но мне было настолько хорошо, что я даже не замечала дискомфорта.

Я пульсировала, я была сверхновой, я была вселенной.

Хрипло рыча, Деймон ударился во мне особенно глубоко, войдя до предела, и излился с глухим стоном, а после прижимал обмякшую меня, все еще отходящую от орзгазма, гладил по волосам, целовал скулы и шептал самые нежные признания, которые я когда-либо слышала:

– Я ведь люблю тебя. Так сильно, что жить не могу. И куда угодно за тобой пойду, хоть в Арсамаз, хоть в ад. Только не отталкивай больше…

А я трясла головой, кивая, отвечала невпопад, и жалась к сильному телу, наслаждаясь теплом, которое от него исходило.

– Мы должны идти, – спустя какое-то время, все же прошептала я. – Нельзя сидеть в этой библиотеке вечно.

– Но очень бы хотелось. Где ты оставила машину? – он помог мне подняться, поправил сбившуюся блузку, набросил шубу, которая валялась в нескольких шагах на полу. – Далеко?

– Не очень. Пол квартала пешком, в переулке за магазинчиком сладостей “Марципан”, – я произнесла название и даже немного удивилась, когда Деймон узнал место.

– Выходить будем отдельно. Постараемся не привлекать внимания, – командным тоном произнес он. – Сначала ты, затем через какое-то время я. Нужно только захватить кое-что с собой. Вначале хотел сжечь, теперь передумал. Может пригодиться.

Мужчина подошел к полке, достал оттуда две книги, которые я забрала у него из рук, когда пришла.

– Хорошо, думаю я сумею взять одну, – оценив размер томов, произнесла я. – Под шубой будет не особо незаметно.

Минут через пятнадцать, мы стояли у центрального выхода из библиотеки. Была идея выбраться через черные ходы, но они оказались заперты.

– Рядом с “Марципаном” через десять минут, – напомнила я.

– Я не настолько потерял от тебя голову, чтобы забыть, – неожиданно съязвил он, и прежде чем я выскользнула за дверь, поймал за локоть. Притянул и почти целомудренно поцеловал в лоб. – Будь осторожна, Ло.

Рассеянно кивнув, я выбралась на улицу. На меня никто даже внимания не обратил.

Толпа завороженно продолжала слушать рыжего таракана. Я же могла только поразиться его неуемной энергии – вещать с трибуны столько часов подряд.