Секретарь палача - Валентина Савенко

— Нам подсказал один шустрый оборотень, — клыкасто усмехнулся архивампир. — А теперь позвольте вас проинструктировать…

В эту ночь извозчики пролеток, по случаю праздника задержавшиеся на работе далеко за полночь, увидели, как из ворот особняка лэра Регана показалась юная трисс. Руки девушки были заняты чемоданами и саквояжами, которые волочились по мостовой. На плече сидел белый хорь, точнее, соболь. Трисс была недурна собой и, судя по одежде, небедна. Но извозчиков опередили. Девушку подобрал незнакомый возница на неприметном обшарпанном экипаже.

Куда они поехали, извозчиков не волновало. Чужой клиент все равно что мертвый — никакой прибыли.

Зато это волновало меня.

Подпрыгивая на ухабах, я цеплялась за ручку двери, чтобы не улететь на сложенные в карете, из-за отсутствия крепежа, вещи. И где только Иден достал эту развалюху? Достоверность, как же! Я не могла поймать приличную пролетку, потому что не хотела привлекать внимание. Мне от их достоверности уже сидеть больно! Хотелось поскорее добраться до места, выполнить свою непростую задачу и попасть обратно в особняк. В ванну! С горячей водой. И волшебными притираниями.

— Ай! — Я все же приложилась лбом о дверцу. Попутно придавила хвост Рикарду. Зверек возмущенно заверещал. — Ну, извини! — сердито буркнула я, растирая шишку.

Приют для трисс и месс, попавших в сложные жизненные ситуации, весьма удачно для архимага находился в нескольких кварталах от Портовой слободы. Да, здесь жили весьма законопослушные люди. Но никто не удивится, если подъехавшая к приюту трисс неожиданно решит прогуляться в неблагополучный район и немного там потеряется. Навсегда. Юные трисс такие непредсказуемые!

Аккуратное двухэтажное здание ярко освещали фонари. Вывеска на глухих массивных воротах гласила, что здесь рады всем трисс и месс в любое время суток. Не знаю, как другие девушки, но меня высокий каменный забор и окошко в воротах, на котором не хватало для полноты впечатления решетки, наводили на мысли о тюрьме.

Громко, чтобы слышала вся улица, я попросила возницу подождать меня. Пообещала серебрушку. Иден сиплым голосом предложил проводить меня. Я согласилась. Ведь мне нужен свидетель, чтобы я вышла обратно так же, как и вошла. То, что случайного свидетеля могут убрать вместе со мной, юной трисс в голову, конечно же, не пришло.

Пока я стучала массивным молотком по специальной пластине на воротах, пока дородная тетка с взглядом надзирательницы вела нас в сад за зданием, где ждал лэр, я успела триста раз себя отчитать за беспечность. Надо же было придумать — назначить встречу не у приюта, а в самом приюте! Надеюсь, трехметровый забор для Константина и его людей не помеха. Потому что в квадратной каменной коробке, называемой тут садом, было глухо, как в подвале. Несколько грядок зелени, сохраненных слабым заклинанием стазиса, чахлые кусты смородины в снежных шапках и лавочки у стен. Тюремный двор. Очевидно, у приюта сейчас не лучшие времена.

Архимаг сидел на скамейке у дальней стены. Спорю на все перья хвоста, специально туда забрался. Знал, что я кого-нибудь приведу.

— Прошу вас, трисс. — Приглашая садиться, Густав Кьелл показал на свободное место рядом с собой.

Шагая между грядками, я молилась, чтобы архимаг хотя бы сделал вид, что собирается заплатить. Немного поиграл со мной. Потому что эхо вовсю шептало, что на стене затаились два его человека, и люди Константина, точнее, сам архивампир успел снять только одного. Сейчас с той стороны идет молчаливая драка. А второй подбирается к Идену. Палач заметил его, но пока медлит, дает мне время разговорить кукловода.

Я знаю, что ничего не выйдет. Все мои надежды — попытка себя успокоить. Он пришел сюда убивать. В рукаве камзола вместе с обычным клинком спрятана опасная для меня сталь. Из такой же сделано оружие палачей.

Густаву Кьеллу удалось разгадать ее секрет. Теперь он может сделать много клинков, способных убить любого, независимо от расы и силы. К счастью, он жаден, и никто больше не знает опасную тайну.

Но сейчас мне важнее другое: нужно предупредить Идена. Константин уже справился с противником и изучает его клинок. Как мне это сделать? Архимаг не случайно занял дальнюю лавочку — за его спиной потайной ход. При первой опасности он уйдет.

Попробовать чары? Не выйдет, стоит открыть рот, как мне его заткнут. Ударом кинжала.

У меня был всего один шанс, и я решила рискнуть.

Магия тараном ударила в стену, смещая потайную дверь, разрушая ее механизм.

Подскочивший архимаг длинно и грязно выругался. Неправда, нет у меня среди родственников таких существ!

Огромный хорь оттолкнул меня в сторону.

Глупец!

Смотреть, как оборотень подставляется под магический клинок, я не могла. Второй удар отбросил мага на осыпавшиеся со стены камни. А я осела на припорошенную снегом грядку. Кровь бежала из носа ручьем, в ушах шумело. Краем глаза я видела, что Иден дерется со спрыгнувшим со стены мужчиной в маске.

— Тварь! — Архимаг отряхнул с полы камзола каменную крошку. В его руках вспыхнули нити заклинания, в воздухе засверкали ломаные молнии. Если маг полностью закончит его и бросит, мне придется возвращаться вместе с Рикардом, Иденом и половиной квартала. Что в принципе невозможно.

И именно сейчас оборотень решил снова напасть. Кажется, я тоже хочу засунуть Рикарду хвост куда-нибудь поглубже, чтобы соображал и не лез на рожон…

Я в панике смотрела на два кинжала, валяющихся на земле. Какой из них?

Один уронил кукловод, второй вылетел из его рукава случайно. Ага, от этого фонит магией. Соблазн был так велик! Всего один удар. Отомстить за родителей. Но кем я тогда буду? Нет времени на размышления!

Я подхватила с земли кинжал.

Рядом как тень возник Иден.

Отрицательно покачала головой — поверь мне, пожалуйста! Палач кивнул, хотя в глазах были злость и боль. Чувствую, выскажут мне потом…

Прыгнула, оттолкнула рукой рычащую тушу на подлете к Кьеллу.

Маг бросил в меня не до конца сформированное, но уже весьма опасное заклинание. Успела. Не зря из меня хотели сделать убийцу.

Что было первым, яйцо или курица? Если бы меня спросили об этом, я не задумываясь ответила бы — яйцо. Каждый раз, возвращаясь, вначале ощущала себя в наполненной энергией скорлупе. Я была крохотной искоркой, которая, разгораясь, вылуплялась из горящего в изначальном пламени яйца.

Но в этот раз я была не одна.

Обозленная, жаждущая власти душа архимага возрождалась вместе со мной. Она умела ждать, умела плести паутину интриг. У нее были время и сила, чтобы идти к своей цели — к трону Тариса. Она даже была согласна терпеть глупца на троне, лишь бы стать тем, кем желала. Правителем империи.

Эту душу задевало, что она хуже магов Хайрана. Но делиться властью она не хотела. Рядом с ней не было ни одного свободного существа. Только рабы. Они послушно выполняли приказы. Нанимали тех, кто был нужен, подкупали, плели интриги по ее желанию. Так она хотела поступить со всеми жителями страны. Идеальная империя — все рабы. Маги связаны магической клятвой, остальные в специальных оковах.