Земля воина - Марик Лернер

— Первый и третий десятки, — крикнул Блор для всех, перекрывая возбужденные разговоры, — вниз! Перекрыть улицу с обеих сторон. Проверить и собрать трофеи. Джил, твои тоже. — И, не дожидаясь возражений и уточнений, зашагал к лестнице.

Хозяйских людей он сознательно не называл, вопреки их участию. Обойдутся. И лучше им сидеть за спинами, не провоцируя незнакомых с ситуацией соседей. Куча недовольных наверняка объявится в ближайшее время. Законная добыча дома мятежников, а к ней не подпускают. Каждому не объяснишь. Вот и не надо лишний раз раздражать своим видом.

Трупы, трупы, трупы. На лицах удивление: уж очень неожиданно все произошло. Многие умерли в первые мгновения. Десятка три на глаз, не меньше. Остальные — уже при отходе. Все северяне, судя по виду, и прекрасно вооруженные. И опять же по две, а то и три стрелы или дротика в телах. Плохо. Могли бы положить еще десяток-другой, но отстреливали чуть ли не всем скопом одних и тех же.

Блор сделал себе заметку в уме обговорить потом с командирами десятков безалаберность происходящего. Надо уметь распределять цели и четко знать свой сектор. При этом орать будет бессмысленно. Тот самый азарт боя, воспетый в стихах. Ничего такого он не испытывал. Видимо, врожденное — спокойно оценивать ситуацию и не поддаваться желанию скакать с мечом.

Повзрослел, что ли? Достаточно одного раза в самом начале. Разум обязан руководить телом, а не наоборот. Так правильно, или не выживешь в бою. Везение не бесконечно — это всем известно. Раз, два, три — и хлестнет тебя за все предыдущее, так что мало не покажется.

— Не убивать! — поспешно крикнул Блор, когда один из покойников вдруг поднялся на колено и попытался достать поспешно шарахнувшегося в сторону молодого кнехта из его ближнего десятка мечом. Из бедра у несостоявшегося мертвеца торчал обломок болта самострела, и стоять нормально он не мог. Вся штанина черна от крови.

Возмездие мелькнул мимо, подскочив играючи, уклонился и ударил. Меч зазвенел на камнях, а человек опрокинулся навзничь. Тут же на северянине повисли сразу трое, напоминая собак, вцепившихся в медведя. Уж очень он был высок и силен даже сейчас, раненный и оглушенный ударом.

Он поднял голову и, глядя с ненавистью из-под грязных спутанных волос, принялся говорить, буквально выплевывая слова:

— Все сдохнете! Все! Рубен скоро будет здесь и всех на кол посадит! Он идет через Гвитолин, и армию уже не остановить. Обе крепости наши! За все ответите!

— И сколько у Рубена войска? — вкрадчиво спросил Блор.

Северянин мутно посмотрел и уже без прежнего запала произнес:

— На вас хватит. Всем сидеть на колу, а волки будут выть на пепелищах ваших городов и деревень.

— Начал говорить — продолжай. Я внимательно слушаю.

Молчание. Только ненависть во взоре. Похоже, до него с опозданием дошло, что сейчас брякнул. Правильно говорят: варвар сначала делает, потом думает. Но за дела, как и за слова, приходится отвечать.

— Лучше скажи сразу.

Он задал еще несколько вопросов быстро и четко и дождался всего лишь молчания.

— Позволь мне, — попросил Денес, примчавшийся к концу столь познавательной беседы.

— Ну займись, — без особой охоты разрешил Блор. Время не ждет, и пытать придется предельно быстро и жестко. Не так это просто, как кажется многим. Не в бою, не по горячке, а сознательно увечить ничего тебе не сделавшего. Убить много проще.

— Ты у меня соловьем запоешь, — почти ласково пообещал Денес, подходя к пленному. Присел и запихнул в рот пленному неизвестно откуда взятую тряпку. — Фем Грай хочет знать, и ты это обязательно скажешь. Сразу или потом. Но тогда уже ничего хорошего тебя не ждет. Кивни, когда придет время, а бессмысленных воплей я не люблю. Молчишь, глазами сверкаешь. Сначала я выковыряю у тебя глаз. — Огромное тело рванулось и выгнулось в веревках под невольный вопль. — И это только начало. Как тебе понравится жить без рук и ног? Чем больше станешь молчать, тем меньше останется. Пальцы по очереди, чтобы не смог держать не только оружия, но и обычной ложки. — Еще один мычащий стон. — Это первый пальчик, а это второй. Ты будешь даже не нищим, ты будешь куском мяса. Второй глаз я тебе оставлю, чтобы плакать смог…

Смотреть на это было более чем неприятно, как и слушать задушевные слова с откровенным злорадством и клокочущей яростью. Денес, похоже, получал удовольствие. Понять пленного Блор мог, а своего старого приятеля — нет. Такие вещи необходимы, но не присутствует в них приятного… А хорошо, что есть кому заняться этим. Самому бы не хотелось.

— Горит что-то, — пробормотал Рей.

Собственно, это не первый отсвет огня. До соседнего квартала добрались. В городе продолжается резня и поднимается все выше по склону. Признаки достаточно ясные.

— Посмотрим, — ответил Блор, чувствуя почти облегчение, что нашлась причина не торчать здесь.

У выхода из квартала стояли почему-то шестеро. Один из десятка должен был остаться в лагере, охраняя лошадей. Последнего для комплекта пока не имелось — мешал недостаток обученных конников и скакунов. Где еще двое? Сзади их точно не наблюдалось, обязательно попались бы на глаза. Ему крайне не понравились и количество, и бегающие глаза десятника.

— Где остальные? — потребовал резко.

— Сейчас подойдут.

— Он боится, — послал сообщение Возмездие. Уставился на человека, и тот ощутимо занервничал.

— Чего?

Картинка оказалась крайне невразумительной, но общий смысл достаточно ясен. Происходящий из простецов десятник терялся в общении с этими, и они делали что хотели. В данном случае поступили поперек прямого приказа. А это уже вещь наказуемая. Причем для всех.

— Где они? — подчеркнуто требовательно спросил Блор.

— Там был шум, — показал десятник вперед, — отправились проверить.

Не теряя больше времени на бессмысленные выяснения, он прошел мимо и двинулся в глубь чужого квартала. Локтей через пятьдесят уже не потребовалось и подтверждения. Ругаются и шумят. Завернул за угол и обнаружил бойцов в полной красе. К стене прижалась совсем девчонка, на вид лет четырнадцать, с зажатым в кулачке маленьким кинжалом.

Здесь же валялся мужчина с разрубленной головой. А эти герои развлекались, делая выпады и норовя не просто пугнуть, а разрезать одежду. Между прочим, немалое мастерство потребно, чтобы не искалечить, а сделать все точно. Судя по шуточкам и репликам, они таким образом проверяли, кто больше достоин залезть на девочку первым.

— Развлекаемся? — спросил Блор с издевкой.

Оба резко обернулись. Морды сплошь разбойничьи, да и оружия не выпускали. А кто он такой, уж видели, без сомнений. Демон у ноги знаком практически всем в войске, спутать не позволит.

— Ну от нее не убудет, — криво усмехнулся один, со шрамом на щеке.

— А кто она?

— Какая разница? — крайне удивился второй, уже в возрасте, но столь же наглый.