Голем - Алексей Калугин

– Вопрос только – куда? – хмыкнул Лев Иммануилович.

Раздался звуковой сигнал, и в окошке появился ответ:

«Нет».

– Я же говорил, не похоже на глюк, – довольный собой, заметил Орсон.

– Сети нет! – Игорь Петрович указал на значок, подтверждающей отсутствие Сети.

– Забавно, – обхватил пальцами подбородок Лев Иммануилович. – Глюк, утверждающий, что он не глюк.

– Ну, тогда спросите, кто он такой! – ткнул пальцем в экран Семен Семенович.

«Кто ты такой?» – напечатал Игорь Петрович.

Пауза.

Никакого ответа.

– Все? – непонятно к кому обращаясь, спросил Лев Иммануилович.

– Попробуйте иначе, – сказал Осипов. – Напишите: «Я знаю, кто ты такой».

Игорь Петрович непонимающе пожал плечами и быстро набрал требуемый текст.

Едва он успел нажать кнопку «Отправить», как выскочил ответ:

«Зовите меня Измаилом».

– Измаил?

Орсон с Осиповым переглянулись.

– А почему бы и нет? – едва заметно улыбнулся Осипов.

– Измаил? – повторил Орсон. – Здесь?

– Кто такой Измаил? – удивленно посмотрел на квестеров Игорь Петрович.

Явление еще одного персонажа, пусть даже виртуального, стало для него в высшей степени неожиданным. Это казалось даже более странным, чем чат через компьютер, не подключенный к Сети. Откуда вдруг мог появиться этот самый Измаил? Он что, все это время прятался на свалке? Или же каким-то образом сумел достучаться до них извне?

– Это наш общий друг, – ответил Орсон.

– Скорее, просто знакомый, – уточнил Осипов.

– Приятель по Игре, – добавил англичанин.

– Если, конечно, это тот самый Измаил.

– А что, Измаил – очень популярное имя в России?

Осипов наклонился и одним пальцем напечатал:

«Измаил, это ты».

Ответ последовал незамедлительно:

«Я».

– Весьма информативно, – одобрительно наклонил голову Орсон. – Теперь мы можем не сомневаться в том, что это действительно он.

«Ты здесь», – напечатал Осипов.

Пауза.

– Вы не поставили вопросительный знак, – сказал Игорь Петрович.

– Так надо, – кивнул Осипов.

– Почему он молчит? – шепотом спросил Семен Семенович. – Он что, не знает, где находится?

– Или не хочет говорить, – высказал иное предположение Лев Иммануилович.

– Он не имеет привычки отвечать на вопросы, – объяснил Осипов.

– У меня тоже были такие ученики, – понимающе кивнул Семен Семенович. – Вот упрутся, и ни в какую! Клещами из них ответ не вытянешь!

– Тут другой случай, – помахал пальцем Орсон. – У Измаила такая манера общения. Он вроде как не понимает вопросы. На самом деле.

– И как же тогда с ним разговаривать? – спросил Игорь Петрович.

В окошке появилось новое сообщение:

«Без головы».

– Это уже было, – обиженно протянул Лев Иммануилович. – В самом начале.

– Он пытается нам что-то объяснить, – сказал Осипов.

– Плохо пытается.

– Да уж как может.

– А что, собственно, может быть без головы? – задал очень правильный вопрос Игорь Петрович.

– Человек, – не задумываясь, ответил Кугель.

– Ну ты сказал, Лев Иммануилович!

– А что? Запросто! Вжик! – Лев Иммануилович провел пальцем по шее. – И получайте Марию-Антуанетту!

– Можно и метафорически назвать человека безголовым, – заметил Игорь Петрович.

Лев Иммануилович многозначительно хмыкнул:

– Есть идеи?

– Есть кандидаты.

– Среди здесь присутствующих?

– Кончайте!

Лев Иммануилович улыбнулся, весьма собой довольный.

«Это проблема», – набрал Осипов.

«И очень серьезная», – тут же отозвался Измаил.

«Нам нужно поговорить».

«Мы говорим».

«Лично. С глазу на глаз».

«Невозможно».

«Мастер Игры говорит, что нет ничего невозможного».

– Когда это он такое говорил? – озадаченно сдвинул брови Орсон.

– Может, и не говорил, – не стал спорить Осипов. – Какая разница?

– Ну, в общем…

«Неосуществимо».

– Ловко, – одобрительно хмыкнул Игорь Петрович.

«У нас есть пакаль».

«Не важно».

«Мы хотим покинуть зону».

«Невозможно».

– Пустой разговор, – неодобрительно нахмурился Лев Иммануилович.

«Пустой разговор», – напечатал Осипов.

– Почему он не хочет говорить прямо? – спросил Игорь Петрович.

– Он не может, – ответил ему Орсон.

– Ему кто-то запрещает?

– Нет. У него такой стиль мышления. Он все время говорит обиняками. А мы должны догадываться, что он имеет в виду.

– Зачем?

– Ну… Это своего рода игра.

«Голова – конец».

– О какой голове идет речь? В конце-то концов!

– В фильме «Крестный отец» мафиози подложили в кровать одному из своих врагов лошадиную голову.

– Ну и что?

– Да, собственно, ничего… Просто вспомнил.

– Ну, конечно! – щелкнул пальцами Орсон. – Нужно выстроить ассоциативную цепочку, в которой присутствовала бы голова!

– Странная игра, – недовольно оттопырил нижнюю губу Лев Иммануилович. – Однако – захватывающая.

«Ноги – тело – голова», – напечатал Осипов.

– Садитесь, – встав со стула, уступил ему место за компьютером Игорь Петрович.

«Ноги – тело», – ответил Измаил.

– Ну, понятно, головы быть не должно, – взмахнул кистью руки Семен Семенович. – Это он уже говорил! Только что это за голова?

«Человек теряет голову от любви», – напечатал Осипов.

«Любовь сводит с ума», – ответил Измаил.

– То есть в этом случае голова остается на месте, – прокомментировал ответ «серого» Орсон.

«Приговоренный теряет голову на плахе».

«Она ему больше не нужна».

– Снова мимо?

– Похоже на то.

– Какие еще есть варианты?