Голос вождя - Роман Злотников

Честно говоря, пробиваться к своим я первоначально планировал «на мягких лапах» – отъехать как можно дальше на юг и там по-тихому форсировать реку на БРДМ. Но грузовик осназовцев плавать не умел, поэтому пришлось импровизировать на ходу – прорываться с боем к единственному на всю округу броду, находящемуся всего в пяти километрах от Бобруйска. А чтобы нас не накрыли свои, я поставил на башню броневика красный флаг и велел сидящим в кузове «захара» автоматчикам кричать «Ура!».

Оказалось, что такой наглости противник совершенно не ожидал, – до самой кромки воды мы прошли через негустые немецкие порядки, словно раскаленный нож сквозь масло, паля из всех стволов во все, что шевелилось. На берегу я притормозил, прикрывая переправу группы Наметова. Но тут с восточного берега по начавшим шевелиться фрицам ударили десятки крупнокалиберных стволов. Мне даже показалось, что вокруг «бардака» выросла настоящая земляная стена – настолько густо падали снаряды.

По броне БРДМ громко стучали комья земли, но ни одного звяканья от попадания осколков не было – наши артиллеристы свое дело знали отлично и заградительный огонь поставили очень грамотно.

Пора и нам в речку…

Осторожно, чтобы вода не захлестнула оптику, я свел тяжелую машину в воду и постарался ехать точно за «захаром», который уже достиг противоположного берега. В какой-то момент рядом рванул взрыв, то ли шальной «подарочек» от наших, то ли «гостинчик» от немцев – «бардак» сбросило с узкого брода, и мы поплыли. Быстро спохватившись, я врубил водометы. По корме хлестнула очередь, затем вторая, третья… Потом вокруг начали вставать небольшие всплески от взрывов минометных мин. Немцы пришли в себя и, несмотря на огневое противодействие, пытались достать меня из пехотного оружия. Слава богу, что до «фаустпатронов» пока не додумались…

– Колян, ты чего им даешь нас как в тире расстреливать?!! – заорал я. – Гаси их на хрен!!!

– Стараюсь, тащ командир! – проорал в ответ Николай. Он реально старался – КПВТ долбил вообще без пауз. – Там две танкетки на самый берег выкатились, сейчас я их…

– Давай, давай, Колян! Не подпускай их близко! Коси, на хрен!

– Есть косить!

Димон метался от бойниц левого борта к бойницам правого – гильзы из его РПК летели во все стороны, одна из них обожгла мне шею. Черт побери, ну когда уже берег? Березина ведь не такая широкая, как Волга в нижнем течении! Мне казалось, что мы плывем уже целый час. Но вот широкие рубчатые колеса зацепились за прибрежный песочек. Подняв напоследок тучу ила со дна, БРДМ вырвался на «наш» берег. Я «дал тапок в пол» – чуть не продавив до днища педаль акселератора. Движок ревел на низкой ноте, по бронестеклу хлестали ветки кустов и каких-то мелких деревьев, несколько раз по крыше боевого отделения проскрежетали крупные ветки. Я даже испугался, что у «бардака» снесет управляемый модуль с пулеметами. Но эта неприятность нас миновала – какие-то сто-двести метров и… наступила тишина, по броне перестали стучать пули и осколки, царапаться ветки кустов и деревьев, слышался только рев мотора. Пора бы уже и притормозить…

Я проскочил неширокий лесок и выскочил на длинную поляну. И почти сразу чуть не уперся в лобовую броню танка «КВ-1», едва тормознуть успел. Крышка командирского люка танка распахнулась, и из него показалась голова танкиста в танкошлеме советского образца. Морда у танкиста была очень знакомая…

Я тоже распахнул верхний люк и осторожно выглянул.

– Дубинка, твою мать!!! – раздался жизнерадостный бас Батоныча. Мой друг полностью вылез из танка и стремительно бросился вниз.

Я тоже выбрался из «бардака», и уже через пару секунд мы мяли друг друга в объятиях. Словно не виделись сто лет, а не десять дней. Впрочем, десять дней на войне – порой целая жизнь.

– А мне докладывают: кто-то шумит на той стороне! – радостно сообщил Батоныч. – Ну а я думаю: кто еще так нагло может с той стороны прорываться, кроме Виталика? Это же надо додуматься – выставить красный флаг и орать «Ура!» О, а кто это с тобой?

Увидев, что мне оказали добрый прием, экипаж БРДМ стал выбираться из машины.

– Ничего себе, это же Колян! Ох ты, и Димон с ним! Здорово, парни!!! – заорал Батоныч и по очереди обнял моих доблестных стрелков. – Кой черт вас сюда занес?

– Так ведь… мы вас искали, Владимир Петрович! – смущенно ответил Николай.

– Володя, это долгая история! – сказал я и шепнул на ухо Батонычу: – Это не совсем твои ребята… В Чечне они с нами не были и в твоем ОПГ не состояли.

– Ладно, потом объяснишь! – шепнул в ответ Батоныч. – А где?..

Последней из броневика выпорхнула (другого слова не подберешь – именно изящно выпорхнула!) Светлана, и Батоныч так и замер с открытым ртом. Да, на представителей мужского пола Света производила убойное впечатление.

Бат закрыл рот, сглотнул, закашлялся и наконец выдавил:

– Светланочка, добрый день! Очень рад вас видеть! С «перезагрузкой» вас!

– Спасибо, Владимир Петрович! – ответила Сморкалова, улыбаясь милостиво, как королева, принимающая восторги верноподданных.

Тут и я заметил торчащие из танка головы экипажа.

– Степа! Матвеич! Здорово, мужики! Как служба?!

– Здравия желаю, тащ комиссар! – хором ответили танкисты.

Стоя столбом напротив Светланы, генерал-майор осторожно пожал даме руку, но дама отвергла условности – обняла командира 1-й гвардейской за шею и поцеловала. Комдив залучился…

– Виталя, поехали в «располагу», там для тебя еще сюрприз будет! – только через полминуты сказал Батоныч, с трудом оторвавшись от созерцания внешнего вида доктора медицинских наук. – По машинам, товарищи!

До расположения штаба танковой дивизии мы добрались всего за пять минут. «Припарковав» наши бронированные машины, мы всей гурьбой пошли ко входу в землянку. При этом гости с удивлением разглядывали следы свежего обстрела – вокруг курились вонючим дымком десятки воронок.

– Что тут было, Володь? – негромко спросил я.

– Да, ерунда! – отмахнулся друг. – Просто малый сабантуй! Грузовик вон тот разнесли… Но он и не наш был… Блин, Виталя! Как же я рад всех вас видеть! Вот и прибыли! Ну, заходите, «гости из будущего!» Гостью – первой! Прошу!

Бат галантно пропустил Светлану в землянку.

– Спасибо, Владимир Петрович. – Света снова одарила генерала «милостивой» улыбкой. Батоныч снова расцвел.

Я попал в обиталище генерал-майора вторым и воскликнул, застав там трех растерянных летчиков:

– О, какие люди! И без охраны! Здорово, сталинские соколы!

– Товарищ комиссар! – обрадовался Захаров, крепко пожимая мне руку. – И вы здесь!

– И я здесь! Как же без меня! Не пропускать же такое веселье! Кто твои товарищи?

– Это ребята из моей эскадрильи, лейтенант Иван Баранов и младший лейтенант Федор Парчевский.