Не сотвори себе вампира - Галина Гончарова

– Можешь мне поверить, если он умрет – ты узнаешь об этом первой. Сразу после убийцы.

– Меня это очень ободряет. Ладно, я поплыла.

– Ну что же, попробуй, – благословил меня Даниэль. Я послала ему насмешливую улыбку. Высшие Силы, что со мной происходит?! Я превращаюсь в какую-то Никиту! А с другой стороны, почему бы и нет? Иногда я думаю, что это – естественное свойство русского человека. Особенно это заметно в институте. Во время сессии. До самого последнего момента мы ходим спустя рукава, даже не заглядывая в учебники. И в последние два дня рвем жилы, не спим ночами, зубрим и пишем шпоры, как одержимые, – и приходим на экзамен с красными глазами, полностью укладываясь в срок! И так у всех русских, во всех делах и во все времена. И этого никто еще понять не может. Хотя умом Россию так и так не понять… В нее верить надо! Вот и я в себя верю. Даже ВЕРУЮ. И потому у меня все получится. Обязательно.

Я сняла дубленку, завернулась в отыскавшиеся здесь старые одеяла, накрыла дубленкой ноги – и вытянулась на кровати. Попробуем уснуть. Даниэль сидел рядом и смотрел на свет фонаря. Я смотрела на него, и мне было грустно. Я ведь его и правда люблю. Очень. И влезла во все это только из-за него. Но у каждого свой пунктик. Я не могу, чтобы меня не уважали. Дедушка меня всегда приучал уважать себя. Он мне так говорил: «Начнешь себя уважать, Юля, и все остальные будут перед тобой на задних лапках ходить! А если позволишь один раз об себя ноги вытереть, то не обессудь – на всю жизнь пятна останутся, не отстираешь». И я была согласна с ним. Воспоминания о доме вызвали легкий прилив тепла – и я ощутила, что все идет как надо. Полусонный мозг заработал со скоростью компьютера. Или гипнотизер, или наркотики. А что делают алкоголь и наркотики? По большому счету – превращают человека в животное. Но если у фамилиара не возникает привыкания, то он получает только удовольствие?! Так или нет? Нащупала я ключ к вхождению в транс – или нет? Каждый гипнотизер предлагает расслабиться и подумать о чем-то приятном! Мозг должен получить удовольствие от мыслей! И тогда мне будет легче. Рассуждения были очень сумбурными, но я инстинктивно чувствовала их правильность. И попробовала уцепиться за первую же приятную мысль. Вот будет лето – и я поеду на дачу. Я буду там жить неделю, подальше от всех людей, в тишине и покое. Буду ковыряться на огороде, выращивать клубнику, ухаживать за розами, завтракать и обедать какими-нибудь овощами и каждый день пробегать несколько километров до города, чтобы купить себе порцию мороженого и новую интересную книжку. А вечером буду лежать на печке или сидеть у камина с новой книгой. Поленья будут потрескивать, а я буду смотреть то на страницы, то на языки огня. А потом растянусь на шкуре перед камином, завернусь в старенький черный плед, который дедушка приобрел по случаю еще лет пятнадцать назад, – и буду спать, чтобы утром проснуться от пения птиц. Буду купаться в речке, ходить за грибами и собирать первую землянику. И смотреть в окно, ожидая появления принца на белом коне! И бегать под грозовыми струями. И любоваться молниями. Все это обязательно будет! Только доживи! Очень тебя прошу – доживи!

Я медленно уплывала вдаль. Сознание растворялось и гасло. Под одеялами стало тепло и уютно. Да, будет лето. И будет все, о чем я мечтаю! Обязательно будет! Я плыла в золотом сиянии солнца. Или не солнца? Свечей? Да, определенно, это свечи.

* * *

Я опять стояла посреди огромной комнаты. Только теперь она для разнообразия была отделана в ярко-алых тонах. Алый ковер под ногами, такой толстый, что ступни тонули по щиколотку. Алые драпировки на стенах. Огромная кровать, с алыми покрывалами и подушками. И балдахин над ней – из такого же ярко-алого газа. Да и сама я была одета под тон этой комнате. Во что-то черное, крайне облегающее и полупрозрачное. Кружевная черная кофточка едва прикрывала грудь, а в таких коротких шортиках я не вышла бы даже из дома. Поверх всего ансамбля был накинут черный кружевной пеньюар.

Наряд для ночи с любимым человеком. Или просто для бурной ночи.

– Тебе здесь нравится, кудряшка?

Голос принадлежал Мечиславу. Ну, разумеется, кого я еще могу встретить во сне? Только Федю Крюгера и Кинг-Конга. Вампир опять застал меня врасплох, я вздрогнула – и выдала первое, что пришло на ум.

– Никогда бы не решилась спать под балдахином. Мало того, что он всю пыль собирает, так еще и на голову может шлепнуться. Выпутывайся потом из этих тряпок!

– Заинька, ты совсем не романтична, – в голосе вампира дрожал с трудом сдерживаемый смех.

– Какая нафиг романтика! Меня тут Даниэль напугал до потери пульса, – отозвалась я, так и не поворачиваясь к вампиру лицом.

– И чем же тебя напугал наш дорогой Даниэль?

Теплое дыхание шевельнуло волоски у меня на затылке. Я невольно поежилась. Хочу я того или нет, но стоит Мечиславу заговорить – и я готова упасть на кровать. Вот на эту. Интересно, почему в наших совместных снах всегда присутствуют кровати? Они ведь далеко не обязательны. И декорации выбирает сам вампир.

– Это пока не важно.

Я повернулась и чуть не уткнулась вампиру в грудь. Теперь Мечислав выглядел гораздо лучше. Осиновый кол в плече не торчал, и моя повязка была девственно чистой. Кровавые потеки исчезли, и золотистая кожа как будто светилась изнутри. Сапог на этот раз не было, и босые ноги вампира утопали в красном меху. Очень красивые ступни. Длинные, узкие, красивой формы, с высоким подъемом и изящными ровными пальцами. Весьма сексуальные… Мне вдруг захотелось опуститься на колени и потереться щекой о ноги вампира. Никогда раньше меня не возбуждал вид мужских ног. Черт, да что же со мной такое?!

Я поспешила перевести взгляд выше. И зря. Глаза буквально наткнулись на голый живот Мечислава. Узкая полоска черных волос сбегала вниз по животу, уходя в штаны. Меня тут же потянуло провести по ней пальцами и узнать, каковы эти волоски на ощупь. Такие же шелковистые, как и на вид, или гораздо жестче? Пришлось за спиной сжать руки в кулаки. Ногти впились в ладонь. Так-то лучше.

– Вы приняли ванну в одном из снов?

– Нет. Просто мне легче принять этот облик. Теперь, когда я больше не теряю кровь, я чувствую себя гораздо лучше. Как тебе удалось попасть в мой сон?

– Довольно легко, – пожала я плечами. – Мне надо с вами о многом поговорить.

– Я внимательно слушаю, кудряшка. Давай присядем?

Почему бы и нет? Я уселась на кровать и постаралась оказаться подальше от вампира. Если он это и заметил, то не подал вида. Просто растянулся на одеяле с барственным видом. М-да, меня можно одеть под стать этой комнате, но создавалась она исключительно для него. Кожа Мечислава казалась медной на алом фоне. Черные волосы разметались по шелку, глаза горели зеленым огнем. Я отлично знала, что стоит только сделать первый шаг – и эта кровать станет нашим ложем страсти. Мечислав откровенно предлагал мне себя. А я отказывалась. Из упрямства? Из страха? Не знаю. Но мне казалось, что наше, именно НАШЕ, время еще не пришло. Хотя моя решимость хранить целомудрие таяла с каждой минутой.