Товарищ жандарм - Станислав Сергеев

Ему, как старшему по возрасту, да человеку из нашего мира прощались некоторые вольности. Я не стал юлить.

— Николаевич, бросай все. Тут у нас полный алес.

— Что случилось?

— Да местные гопники захватили наследника престола со всем выводком и требуют в обмен мою голову в прямом смысле слова.

Пауза. Он пытливо смотрел на меня, все еще предполагая, что я шучу, но, к сожалению, это было не так. Убедившись в серьезности сложившейся ситуации, он тяжело вздохнул и выругался.

— О как, ну точно паскудники оборзели, и что делать думаешь?

— А что, надо ехать на стрелку и устраивать пострелюшки, иначе проиграем. Мы с подполковником проиграли все варианты развития ситуации, и у нас остается только штурм с освобождением заложников.

Рыжков посуровел и уже другим голосом спросил:

— Что делать, капитан?

Странно было слышать такие интонации от водителя маршрутки.

— Готовь мой «Паджеро» и «Ниву». Идем колонной максимально быстро в столицу. На тебе техническая подготовка транспорта и пойдешь за рулем «Нивы», других водителей нет, а необходимое количество людей и груза одним моим джипом не увезем.

— Понял, командир. Сейчас прямо и займусь.

— Давай. На все про все у тебя два-три часа.

Пока машины проходили последний техосмотр перед поездкой, я быстро начал накидывать список необходимого оборудования, оружия, боеприпасов. Через полчаса примчался вахмистр Любкин, который после путешествия в наш мир выполнял обязанности моего заместителя для особых поручений и в некоторой степени телохранителя. После того как его поставили на ноги в больнице Семашко города Севастополя 2011 года, Мишка Логинов прогнал Любкина через детектор лжи, выявив парочку интересных моментов в его жизни. Ничего такого особого, но и этого хватило, чтобы привязать казака к нашей компании весьма плотно. Да и он сам был не против теперь служить под моим началом, прекрасно понимая, какие шансы и возможности по карьерному росту теперь открыты перед ним. Когда Димка начал тренировать первую группу боевиков, вахмистр был включен в отряд без экзамена, по моей рекомендации. Березин тогда ворчал по поводу дружеской коррупции, но после похвалил мой выбор, акцентируя внимание на особой тяге Любкина, который, побывав в будущем и насмотревшись фильмов про спецназ, загорелся идеей освоить это мастерство. К тому же тщательно сделанная подборка про историю казачества, когда большевиками уничтожались целые станицы и в отместку потомки репрессированных и раскулаченных казаков служили немцам, произвели впечатление, и в лице вахмистра мы получили достаточно умного, вдумчивого и, главное, желающего учиться соратника. Да, история казачества весьма неоднозначная и в ней много неприятных и непонятных моментов, но в данной ситуации, давая дозированную информацию, которая в общем-то достаточно достоверна, мы могли управлять этими людьми, играя на своем авторитете и знании будущего, которое для них было неоспоримо, как строки книги судьбы. Так же мы поступали и с высшим руководством империи, выдавая им информацию о серьезнейших просчетах их политики в нужном для нас свете, создавая таким образом нужную нам психологическую накачку и заставляя двигаться в необходимом направлении. Высветив реальные обстоятельства с Амурским бассейном, который благодаря подрывной деятельности Нессельроде был отдан Китаю навечно, сумели изменить отношение императора к нынешнему канцлеру. Уже сейчас, используя такой дозированный слив информации, позиции этого австрияка очень пошатнулись, особенно учитывая то, что именно его стараниями Россия ввязалась в Крымскую войну. Возможно, он как раз и поучаствовал в нынешних событиях, пытаясь подпортить репутацию III отделения канцелярии ЕИВ, откуда по его поводу императору был слит негатив, что и пошатнуло его позиции при дворе…

Любкин, как всегда, для приличия постучал в дверь и, не дожидаясь разрешения, лихо влетел в комнату.

— Звали, ваше благородие?

— Гриша, готовься, едем в столицу. Там наследника с семьей взяли в заложники. Придется пострелять. Собирай снаряжение, продукты. Через час жду. Все, выполняй.

— Понял, ваше благородие. Все сделаю.

Я не успел ответить, а дверь уже хлопнула за вылетевшим из комнаты вахмистром. Но новости по усадьбе распространялись быстро, несмотря на особо жесткие меры секретности: результатом было появление у меня в рабочем кабинете Марии Тихвинской, как всегда великолепно выглядевшей в ушитом под ее фигурку камуфляже, с травматическим пистолетом в набедренной кобуре. Ну не княжна из позапрошлого века, с няньками, мамками, французскими булками, роскошными платьями, а натуральная солдат Джейн. Я невольно залюбовался, сглотнув слюну и представив девчонку в купальнике на пляже и, естественно, себя, любимого, рядом, а может быть, даже и сверху. Она, чертовка, естественно, все это просекла и загадочно улыбнулась, понимая, что потихоньку получает определенную власть надо мной, а марш Мендельсона медленно, но верно и необратимо приближается.

— Александр Павлович, что случилось?

— Привет, Маша.

— Ой, здравствуйте. Я слышала, в столице что-то произошло, и вас вызывают чуть ли не под конвоем?

— Ну почти…

И я вкратце изложил ей суть проблемы. Девушка ненадолго задумалась, покусывая губы.

— Я с вами.

— С чего бы это? Там штурм будет. Ты-то там каким боком?

Но неприкрытое хамство на нее не подействовало.

— Я, между прочим, неплохо из вашего карабина стреляю, даже с оптикой. А что такое снайперы во время спецопераций, я знаю, а также и то, что во время Великой Отечественной войны будущего было много девушек-снайперов. В бой я не полезу, но со ста метров попасть в голову террористу я смогу.

Честно говоря, слышать такие разговоры от девушки, которая только месяц назад была папиной дочкой, не знавшей, что такое террористы, штурмы, спецоперации, снайперы, было просто дико. Я еще раз поразился женской адаптивности к разного рода ситуациям. Хотя, если быть до конца откровенным, решение взять с собой Машу в качестве снайпера уже витало в воздухе — слишком у нас было мало подготовленных, а главное, допущенных к информации людей. А девчонка действительно показывала очень неплохие результаты по стрельбе из моего «Форта» с глушителем и оптикой.

Я испытующе посмотрел ей в глаза.

— Маша, ты понимаешь, что придется стрелять в живых людей. Это очень трудно, особенно в первый раз.

Она смутилась, и по ее виду я понял, что трудновато девочке придется, но другого выхода я не видел. В дороге попробую сделать ей нужную психологическую накачку.

Через два часа к центральному входу усадьбы подогнали два внедорожника и стали их загружать по спискам, которые я разрабатывал в течение часа. Еще через час мы, уже загрузившись, ждали телеграммы из Тулы, где на данный момент находилась Наташа Станкевич, которая в нынешних условиях должна была обеспечить медицинское сопровождение операции. Чтоб не делать крюк в сторону Тулы, ее в особом порядке должны были вывезти из города и в условленном месте передать под нашу опеку. С момента получения известия о захвате наследника на всех объектах, задействованных в наших проектах, был введен особый режим безопасности. К тому же час назад с особой помпой из усадьбы выехал небольшой смешанный отряд казаков и драгун, который сопровождал человека моего возраста, даже издалека похожего, и чтоб нападающие не ошиблись и не перепутали, и не тратили время на поиск «самобеглых карет», несущихся в сторону столицы, одели его в камуфляж. Зачем хорошим людям мучиться. Учитывая свою природную злопамятность, я все еще надеялся встретиться с товарищем Махерсоном, который и Машу похитил и меня вроде как пытал. Так что дружески пройтись прикладом карабина по его хлеборезке было уже делом чести.