Академия Ранмарн - Елена Звездная

Я невольно начала смеяться и чуть не подавилась салатом.

— Мам, — я откашлялась, — не знаю, кто больше удивился. Инор Адан, который вместо младшеньких узрел маленькую армию, или обучающиеся, когда им в качестве сюрприза по завершении обучающего путешествия предложили сладости.

Киен, глядя на мое воодушевленное лицо, тяжело вздохнул, взял палочками еще лист салата и нагло скормил его мне. Я, гневно посмотрев на ведущего, яростно прожевала, и мне скормили еще и вареный рис… Прожевала и это, после чего Киен милостиво произнес:

— Теперь рассказывай!

Мама громко рассмеялась и похвалила Шао:

— Киен, правильно, иначе она как начнет о своих детях рассказывать, так отвар и обед остынут, а она все будет говорить.

Ведущий с улыбкой посмотрел на меня и восторженно произнес:

— Истинная знающая… Рассказывай уже.

И я рассказывала… Как включила им инструктаж, какие у них при этом были лица… Киен так искренне хохотал, особенно предполагая реакцию своих одногруппников. Потом начала рассказывать про обучающее путешествие. Мне было так хорошо, я словно забыла, кто такой Киен, хотя видела, какие методики он использует, чтобы я сейчас чувствовала в нем равного и не боялась, но тут сидела еще и мама, поэтому… я сама не заметила, как проговорилась про Агейру… Поняла это только по мгновенно увеличившимся глазам мамы и резко повернулась к Киену.

— Повтори, — спокойно произнес истинный ведущий, используя техники дознающих.

Ведущие никогда не срывали занятий, ведущие всегда были предельно сдержанны и вежливы, ведущие всегда были дисциплинированны, потому что… ведущие могли подавить даже волю знающих. Легко и без усилий могли заставить говорить правду, потому что их этому учили, а знающих нет. Но ведущие никогда не использовали свои возможности на знающих, потому что это было запрещено уставом Ранмарн.

— Инор Агейра сделал мне больно, — сказала против воли и оставалось лишь надеяться, что мама не поняла, что происходит, — словно это я виновата в гибели покоренных планет и…

— Не это! — так же спокойно, даже чуть насмешливо оборвал Киен, и снова техники дознающих. — Почему мнение этого атакующего так важно для тебя?

Сейчас он почувствует любую ложь, поэтому ответила предельно честно:

— Агейра — неформальный лидер в группе «Атакующих», наш конфликт мог подорвать доверие ко мне как к знающей и…

— Эля, не юли!

— Я не знаю, Киен, — оторвала глаза от сжавшихся рук, посмотрела на ведущего. — Хоть это и запрещено уставом знающих, но в каждой группе всегда есть один или несколько любимцев… В группе «Атакующих» это Агейра и Даган…

Киен кивнул и продолжил есть рис с оранжевыми кружочками нарийских овощей. Я взглянула на маму, поймала ее встревоженный взгляд, но тут же потянулась к чашке, стараясь скрыть страх.

— Эля, — мама прервала молчание, — в академии тебя поздравили?

Тяжело вздохнула и продолжила рассказывать о перипетиях сегодняшнего дня.

— Сначала поздравили, потом… потребовали, чтобы на этот раз обучающее путешествие прошло без… сладостей.

— И? — Мама улыбалась, предчувствуя, что все оказалось не столь просто.

— …И попробуйте себе представить полсотни из элитарных таларийских войск, которые, давясь смехом, выходят из катера с перемазанными сладостями мундирами, — завершил за меня Киен, протянул руку, ласково погладил по щеке и продолжил: — Должен признать, что видел подобное впервые в жизни.

Мама посмотрела на смущенную меня и расхохоталась. Глядя на маму, я тоже улыбнулась и снова почувствовала себя счастливой.

— И самое интересное, — продолжил Киен, — что я впервые видел такое воодушевление в своей группе… Искренне сожалею, что Эля только сейчас начала вести у нас занятия.

— А я нет, — снова сорвалось с языка, — для меня было удовольствием работать в младших группах.

— Почему? — снова внимательный взгляд.

Что происходит? Я начала говорить то, что думаю, а не то… что нужно.

— Потому что это большая нагрузка. У вас выпускные группы, следовательно, сейчас у вас прогоняются в основном предметы, формирующие мировоззрение. Сам посмотри: у младших групп «История Талары» два раза в рабочую ган, у средних три раза, у вас — ежедневно. И если моя цель в младших группах — формирование навыков логического мышления и новый материал, в средних к этому добавляется формирование интереса и уважения к историческому прошлому Талары, то у вас… В ваших группах необходимо формировать умение анализировать, сопоставлять и логически мыслить, способствовать пониманию единства исторического прошлого, учить извлекать уроки из истории, строить прочные связи с другими предметами… Последнее для формирования целостного процесса обучения… Очень сложно… Приходится контролировать каждое свое слово, каждый жест, каждый вопрос. И вместе с тем очень разный подход к преподаванию! У ведущих я обязана говорить полуправду и акцентировать ваше внимание на гении исторических личностей, у атакующих преподается адаптированный вариант истории, формируются навыки работы в команде, и вместе с тем я обязана закладывать в их сознание мысль о необходимости подчинения ведущим и… Сама не могу понять, почему я все это тебе рассказываю?

— Потому что мне интересно, и ты чувствуешь это. — Киен улыбнулся, хотел сказать еще что-то, но в это время раздался резкий звук, ведущий поднялся. — Маноре Манире, прошу меня извинить.

Мама понимающе кивнула, и Киен оставил нас одних, судя по шелесту открывающейся двери, разговаривать с вызвавшим его он вышел на лестницу.

— Сан вернется. — Мама сказала очень тихо, словно боялась, что если скажет громко, это не сбудется.

— Как? — Я поняла ее: сама боялась поверить.

— Киен сказал, что Санадена переведут в Исикаре… на базу, и он будет жить здесь…

Мама вытерла слезы радости, посмотрела на меня и тихо прошептала:

— Спасибо…

— Мам, это не я… я видела Сана, но… не смогла тебе сказать, прости… а Киен…

— Киен мне рассказал, — мама пересела ближе, ласково обняла, — не все, но многое. Я благодарна ведущему и понимаю, что он сделал это только ради тебя.

Вспомнила, как Киен не стал принуждать меня на стоянке, что сказал в преподавательской, и тихо ответила:

— Я тоже благодарна… Ты была права, мама, Киен хороший.

Отстранившись, она поднялась, достала маленькие сладкие айрес и разложила по тарелкам:

— Что же такого сказал этот молодой атакующий, что ты так злишься?

— Мам! — Вскочила, начала торопливо помогать. — Он сделал больно словами… но очень больно… Как будто обвинил меня во всем… Как будто я такая, как все…

— А ты не такая? — с хитрой улыбкой спросила мама.

Ответ? У меня его не было…